G.O.G.R.
Шрифт:
– Я думал, что Эвелине Ростиславовне детскую мебель привезли, – говорил он. – Она заказывала на фабрике, а я там работаю...
Теперь Синицын сидел на прослушке в квартире Кораблинских. Пока никто не звонил. Эвелина складывала разбросанные вещи и рыдала, что она во всём виновата, потому что оставила дочку одну.
У них была большая трёхкомнатная квартира. Евроремонт, новая мебель. В углу спальни – пустая детская кроватка с кружевным одеяльцем. На краю кроватки пристроился жёлтый игрушечный медвежонок. А ведь у самого Синицына тоже есть семья...
Вдруг запищал мобильный телефон Эвелины Кораблинской:
«Новое сообщение. Номер не определён» – горело на экране телефона. Содержание сообщения было таким: «Салют, клуха! Готовь четыре штуки баксов и всё, что нарыл твой муженёк. Завтра в семь утра бросишь всё в мусорник возле «Олимпа». Тогда девчонку отдадим. Притащишь ментов – капут».
– У меня нет таких огромных денег, – прошептала Эвелина Кораблинская.
– Мы сделаем вот как, – сказал майор Синицын. – Вы возьмёте две стодолларовые купюры, а я нарежу старых газет. По цвету они похожи на доллары. Мы сложим их стопкой. Одну купюру положим сверху, другую – снизу. Потом вы всё это хорошенечко замотаете в пакет. Так, чтобы узел был хороший. И возьмите три чистых диска. Завтра утром вы всё это бросите в мусорник, а мы будем наблюдать за тем, кто достанет.
– А у вас выйдет?
– Да. Несите газеты.
Эвелина Кораблинская ушла в гостиную и принесла две купюры и стопку газет. Синицын взял ножницы и вырезал из них прямоугольники. Потом сложил всё стопкой и замотал в пакет. Получилось так, словно в пакете действительно, лежит пачка денег.
– Ой! – изумилась Эвелина Кораблинская. – И, правда, на доллары похоже!
Потом майор Синицын взял цветастый, красочный кулёк, сложил туда диски и фальшивые деньги, и протянул Эвелине Кораблинской.
– Вот, – сказал он, возьмите и держите на виду. Завтра просто, спокойно выйдите и бросьте в мусорник. Не надо оглядываться, искать нас. Мы будем наготове. Вы должны постараться не выдать себя, хорошо?
– Я постараюсь...
– А теперь – ложитесь спать и ничего не бойтесь.
Выйдя от Кораблинских, майор Синицын позвонил Петру Ивановичу и сказал, что похититель позвонил и теперь надо составить план захвата.
====== Глава 17. Спасение Насти. ======
В полседьмого утра все заняли свои места. Сидоров, переодетый бомжём, сидел возле мусорника, делая вид, что не может открыть бутылку водки. Ради этого маскарада сержант сегодня даже не побрился. Майор Синицын и Пётр Иванович в служебной «Самаре» прятались среди таксистов, на пятачке, на проспекте Богдана Хмельницкого. А «Газель» с группой захвата, которой руководил лейтенант Самохвалов, замаскированная под маршрутное такси, притаилась в тупике под раскидистой ивой. Утро выдалось прохладное, моросил дождик, Сидоров замёрз и промок немного. Дворничиха, подметая окурки и обёртки от мороженого, смерила сержанта презрительным взглядом.
– Тьфу! Совсем допился, бомжара! – буркнула она и повернулась к нему спиной.
«Значит, похож!» – довольно отметил про себя Сидоров.
В без пяти семь из-за дома показалась Эвелина Кораблинская с ярким пакетом в руке. Она подошла к мусорнику, опасливо посмотрев на бомжа – Сидорова. Сержанту было велено не подавать
Прошло около получаса. Никто пока не приходил. Дворничиха скрылась. Сидоров уже продрог под дождевой пылью, даже чихать начал. Но вдруг откуда-то из-за кустов выцарапался другой, наверное, настоящий, бомж. Он не спеша, подошёл к мусорнику и принялся ковыряться в баках. В одном из них он нашёл джинсы. Осмотрев их, бомж довольно крякнул и спрятал джинсы в свой баул. Потом бродяга добрался до того бака, где лежала «посылка». И выволок её!
– Ага, – изрёк бомж и собрался уходить.
– Эй, братуха! – пробухтел Сидоров пьяным голосом. – Давай на двоих, а? Я угощаю!
И повертел своей бутылкой.
– Давай, – согласился бомж. – Я только вот этот кулёк одному чуваку отдам и – сообразим. Он мне целую штуку за него обещал. Айда!
Бомж помог Сидорову встать.
– Ты там, за деревом подождёшь, я мигом обернусь.
Шатающейся походкой они пошли со двора в сторону улицы Щорса.
– Ты вот тут постой, – просипел бомж. – А я – сейчас. Тот чувак сказал, что бы я один был, а то денег не даст.
Сидоров спрятался за деревом, а бродяга поплёлся к стоявшей у обочины грязной «Ниве». Это была та же машина, которая тогда выскочила из-за поворота. Сидоров вытащил рацию и сказал:
– Пётр Иванович, приём! Их машина – на пересечении Щорса и Богдана Хмельницкого, возле «Евросети». Тёмно-зелёная «Нива», очень грязная. Номера не видно – сильно заляпан.
– Понял! – ответил Серёгин. – Едем.
Бомж подошёл к «Ниве» и протянул пакет водителю. Тот выхватил и, оттолкнув бомжа, тронулся. Стоя за деревом, Сидоров видел, как с улицы Щорса заворачивает служебная «Самара» и, не спеша, пристраивается в хвост к машине преступника. Чуть поодаль ехала «Газель» спецназа.
– Вот, братуха, жизнь – малина! – услышал сержант хриплый баритон. – Не дал мне этот сайгак ни гроша!
Это пришёл разочарованный бомжик. Естественно, бандит его обманул. У него самого, наверное, нету «целой штуки»!
– На, вот, тебе бонус, – Сидоров отдал ему так и не открытую бутылку. – Дарю.
Бродяга расплылся в улыбке.
– А ты? – спросил он.
– Я уже завязал, – сказал Сидоров и ушёл.
– Ну и воля! – изумился бомжик.
Пётр Иванович и Григорий Григорьевич ненавязчиво преследовали «Ниву» похитителей. Та петляла, как заяц, по каким-то переулкам. Один раз следователи подумали, что упустили её. Но потом «Нива» всё-таки нашлась в потоке других машин. Наконец, машина похитителей свернула в совсем уж узенький переулочек и остановилась. Остановилась и служебная «Самара». За ней притормозила и «Газель». Из «Нивы» вышел невысокий человек в джинсовой куртке. Держа двумя руками цветастый пакет, он пошёл к маленькому двухэтажному дому. Поздоровался со старушками, которые заполнили две лавочки у подъезда. Пётр Иванович вылез из «Самары» и последовал за бандитом. Бандит поднялся на второй этаж. Достал ключи. Открыл довольно ободранную дверь и скрылся в квартире.