G.O.G.R.
Шрифт:
Пётр Иванович встал из-за стола, вытащил из-за шкафа пластмассовую, позеленевшую изнутри, бутылку с водой и полил из неё все растения на подоконнике.
– Тут нужно поднимать из архива все эти дела, – Серёгин спрятал бутылку назад, за шкаф. – И об убийствах, и об угонах. Обязательно разыскать и допросить всех свидетелей.
Сидоров подумал, и сказал:
– Ну, может, сохранились старые протоколы... – так он хотел избежать большой и трудоёмкой работы.
– Это – не то, – возразил Серёгин, кружа по кабинету. – Я должен лично пообщаться с каждым из них. А что касается
Да, да, поиск свидетелей нужно было начинать именно со старых протоколов, где были записаны их имена и адреса. Старые протоколы давно пылились в архиве. И, прежде чем взять их, Серёгину пришлось расписаться в четырёх учётных книгах. А так же выслушать целую кучу наставлений от архивариуса Зинаиды Ермолаевны: «Не засаливайте листы, не загибайте углы, не держите на солнце, не ешьте над бумагами, не оставляйте без присмотра» и ещё целый перечень различных «не». После этой долгой и нудной процедуры нужные папки лежали на столе Серёгина.
« «Не держать на солнце» будет трудновато», – подумал Серёгин, бросив взгляд на голые окна без штор. Недавно в кабинет заходила техничка Зоя Егоровна.
– Ой, ну и шторы! – всплеснула она руками. – В них скоро клещи размером с кабана заведутся!
Зоя Егоровна сняла шторы и унесла, чтобы постирать. Однако при стирке переборщила с отбеливателем (неужели, и правда клещи были так велики, что она насандалила двойную дозу?!). Шторы разлезлись на хлопья, а кабинет Серёгина теперь озаряет красное солнышко...
И вот, Пётр Иванович и Сидоров начали разбираться. В их распоряжении оказались две папки: об убийстве Сёмы и об убийстве Короткого. Другие преступления были совершены не в их районе, поэтому за делами по ним пришлось рассылать запросы чуть ли, не по всему городу. Сидоров занимался этим, пока Пётр Иванович читал про Короткого и Сёму. В Ворошиловском районе у сержанта было много знакомых. Ему даже позвонил один его друг и испуганным голосом забормотал:
– Саня, не нужно перекапывать Рыжего! Опасно это. У нас следователь был, майор Кораблинский, ты его помнишь, наверное?
– Помню, – согласился Сидоров.
– Так вот, он расследовал убийство Рыжего, и его грохнули! Лучше ты поберегись, а?
Но Сидоров не стал слушать трусливые причитания. Он так ответил:
– Заодно и это убийство мы раскроем. Пришлите и дело майора Кораблинского тоже.
Дружок на том конце забито икнул, но дело, всё же, прислал.
====== Глава 10. Поиск. ======
Самым загадочным из всех трёх оказалось убийство Рыжего. По нему было совсем мало материалов и всего два свидетеля – его охранники. Одного Серёгин пока не смог разыскать: переехал, наверное. А второй говорил, что они дежурили возле кабинета Рыжего, и никого не видели. А потом нашли шефа в кабинете застреленным. Одна пуля угодила ему в глаз, другая – в лоб.
– Марат ещё покурить вышел на улицу, – рассказывал свидетель – внушительных габаритов богатырь. – И сказал ещё мне, что «Волгу» раздолбанную там видел. Она там, рядом с офисом нашим затормозила. Он ещё удивился, потому что такие таратайки к нам не подъезжают –
– Скажите, вы не знаете, где сейчас Марат? – спросил Серёгин.
– Не знаю, – покачал головой свидетель, которого звали Олег. – После того, как тот Кораблинский его допросил, он сказал мне, что домой поедет. А потом – пропал. И до дома не добрался. Я ему звонил на мобилу – глухо. Оператор что-то там бухтит, что его номер не существует. Вот, я наберу сейчас.
Олег отыскал в записной книжке своего телефона номер Марата и нажал на «Вызов»
– Слушайте, – он поднёс аппарат к уху Петра Ивановича.
– Цього номера не існує, – приятным голосом сообщил оператор.
– Хм, действительно, – хмыкнул Серёгин.
Ещё Пётр Иванович внимательно изучил протокол допроса Марата, составленный покойным майором Кораблинским. Да, он говорил про «Волгу», говорил, что удивился её появлению. Когда майор Кораблинский спросил у него, выходил ли из машины кто-нибудь, Марат ответил: «Нет». «Но не материализовался же убийца из воздуха?!» – подумал Серёгин. То ли они не договаривают чего-то... Пётр Иванович задал несколько вопросов по этому поводу Олегу. Однако тот начал клясться, что не видел никого. Самый интересный вывод по этому поводу сделал Сидоров.
– Знаете, что, – сказал он, когда Олег ушёл. – Я думаю, что этого верзилу нужно засадить в обезьянник и повесить на него, кроме Рыжего, ещё и убийство Марата. Потому что я считаю, что пока Марат выходил курить, Олег поднялся и грохнул Рыжего. А потом ещё и друга своего замочил – для верности...
По Сёме свидетелей было множество. Потому что его застрелили, когда он выходил из банка «Экспресс-банк» на бульваре Шевченко. Обдавая грязью всё вокруг (включая самого Сёму), примчался из ниоткуда старый и чумазый «Москвич». Из него и выстрелили из автомата в Семёна Стрелецкого, он же Сёма. Убийца выкинул автомат в лужу, и «Москвич» умчался в никуда.
Серёгин и Сидоров на опрос всех свидетелей ухлопали целый день. Они рассказывали о том, что видели, но ни один из них не смог ни номер машины назвать, ни описать стрелявшего.
– Номер был грязный, – говорил один свидетель.
– Он слишком быстро проехал, – говорил второй.
– Из-под колёс того тарантаса идиотского мне такая лепёха грязи в лицо плюхнула, что я чуть не окосел! – заявил третий. И тут же:
– Кто мне моральный ущерб выплатит?!
Сидоров еле выпроводил скандалиста в коридор.
Короткого не застрелили. Его «Понтиак» был подрезан старым зелёным «Москвичиком». Водитель Короткого не совладал со «штурвалом», и «Понтиак» слетел с дороги, покатился в балку, и впечатался в дерево. Авария, конечно, была кошмарная. Море крови, три трупа, весь мотор – в кабине... «Москвич» же не пострадал и молниеносно «улетучился» с места происшествия. Случай расценили, как убийство, потому что «Москвич» сначала ехал навстречу «Понтиаку» Короткого, по параллельной полосе. А потом вдруг выпрыгнул перед «носом» «Понтиака», заставив водителя резко свернуть в сторону. А когда «Понтиак» свалился с дороги – «Москвичик»-убийца возвратился обратно, на параллельную полосу.