Фейри-убийца

Омер Майк

Они стремятся разрушить то, что дорого нам.

Но вот что я обещаю вам!

Мы не закроем глаза на пожар.

Мы найдем ответственных за эти теракты и в полную силу нанесем ответный удар.

Я призываю граждан: если вы знаете тех, кто, возможно, с вредителями общается, то не сомневайтесь и сразу же сообщайте.

Бинго. Я поискала другую информацию о мэре. На вид ей около пятидесяти. Седые

волосы, проницательные глаза, твердая линия рта. Но это ничего не значит. Это запросто могут быть наведенные чары. Я попыталась представить смутный силуэт, который видела в Кенте. Похоже на эту женщину?

Я не была уверена до конца, но голос похож.

Если верить интернету, ее избрали мэром в мае 2016 года. А ее предыдущий политический опыт был…

Абсолютно нулевым.

Ходило много разговоров о ее принадлежности к секретному подразделению МИ-6, что отрицали и МИ-6, и сама мэр. Отрицание, конечно, лишь подпитывало слухи. Возможно, она сама их и распространяла, придумав себе прошлое, чтобы прослыть авторитетной и беспощадной. Особенно во времена, когда люди напуганы, а факты не имеют такого значения, как раньше. Одним из ее самых ярых сторонников был не кто иной, как старший инспектор Вуд, он же Рикс.

Мания рифмовать. Явная связь с Риксом. Ответственная должность в центре внимания. Она использует последние события, чтобы разжечь в городе огонь ненависти и страха. Очень пристально следит за расследованием.

И тут мое внимание привлекла заметка.

«Мэр устраивает выставку зеркал в Сити-холле»^[42].

Она была датирована шестью днями ранее и проиллюстрирована фотографией мэра среди десятков зеркал в искусных рамах. Ее отражения преломлялись в стеклах, на лице играла легкая довольная улыбка.

Глава 31

Сити-холл высился над Темзой подобно стеклянному пальцу. Солнечные блики отражались во множестве окон. Здание из зеркал – идеальное место для магии отражений. Ветерок с Темзы обдувал кожу. Я быстро прошла мимо молодой пары в спортивных костюмах, пораженной танцевальной чумой. В глазах испуг, кожа в поту. Светлые волосы женщины, убранные в хвостик, развевались на ветру, рот искажен гримасой ужаса. У меня внутри все перевернулось.

Если я остановлю Сиофру, то, возможно, сумею их спасти…

Я подошла ко входу, готовясь продемонстрировать сумку охраннику. Я заранее спрятала оружие, закрепив нож Рикса на лодыжке.

Но в дверях охранников не обнаружилось. Да и вообще во всем здании было зловеще пусто: за стойками администратора ни души, в коридоре тоже. Я медленно вошла в круглый зал, разглядывая современную архитектуру – водоворот этажей, закручивающихся надо мной по спирали, словно ракушка. Сиофра знала, что я иду к ней, и следила за мной через отражения. Она могла остановить меня где угодно, если бы захотела.

Возможно, она хотела именно этого.

И она могла ждать меня только в одном месте. Следуя указателям на выставку зеркал, я спускалась по спиралевидным уровням в выставочный зал. Шаги эхом отдавались от пола, пока я неторопливо спускалась; уже

виднелся зеркальный зал. Я добралась до нижнего этажа, и по моей коже побежали мурашки.

По всему круглому залу стояли десятки зеркал: и старинные в позолоченных рамах, и изящные современные, и с надписями в стихах. Некоторые были слегка наклонены так, что бесконечно отражали друг друга. Было выгнутое зеркало в форме полураковины. А в центре зала поставили громадный осколок мозаичного зеркала, в котором световым столбом сверху отражалась спираль этажей.

Сиофры не было, что неудивительно. Она следила за мной через отражения, а я угодила в ее ловушку, как муха в паутину. Скоро она эффектно появится.

Я подняла руки:

– Ну и?.. Я здесь!

Я ждала. Сердце гулко стучало, я чувствовала себя совершенно беззащитной. Попыталась установить связь с любым из отражений и ощутила, что они заблокированы, пусты. Сиофра контролировала всё.

Зеркальный осколок замерцал, и в центре зала медленно появилось изображение – огромное отражение мэра, которое я видела в газете. Стареющая серьезная женщина. Затем, одно за другим, все зеркала вокруг заполнило то же самое отражение. Мэр с улыбкой подмигнула мне. Выражение ее лица было странно девчачьим.

При виде нее по венам растеклась ярость. Хотелось вырвать сердце из ее груди и запихнуть его в дурацкий ухмыляющийся рот. Она убила моих родителей. Пытала мою лучшую подругу. Попыталась уничтожить половину Лондона. Прямо передо мной, улыбаясь и хлопая ресницами, предстало лицо истинного зла.

Сиофра не слышала мой голос через отражения, но есть вещи, понятные без слов. Ярость разлилась по моим венам, и я зарычала на нее, оскалив зубы, подчиняясь свирепому первобытному инстинкту.

Множество лиц вокруг меня округлили глаза и приоткрыли рты в притворном удивлении. Женщина, которой на вид за пятьдесят, вела себя как ребенок, и это тревожило. И все-таки нужно подобраться к ней гораздо ближе.

А потом, потрясенная, я увидела, как восемь ее отражений вышли из зеркал; их одинаковые тела появились в зале.

– Пришла поиграть, фертная? – хором спросили все восемь. Мэры синхронно теребили края своих пиджаков, игриво поводили плечами взад-вперед и говорили нараспев. – Хочешь поиграть со мной сейчас?

Мэры окружили меня, и я почувствовала, как мир уплывает из-под ног. Я лихорадочно огляделась, пытаясь понять, что происходит. Эта женщина в тысячу раз могущественнее меня. Восемь мэров, и все у меня на глазах словно впали в детство.

У меня только один козырный туз в рукаве, один безумный план.

Я нацепила маску спокойствия, стараясь скрыть страх:

– Боишься встретиться один на один? Восемь тебя против одной меня?

– Ну конечно, – ответили они хором, застенчиво улыбаясь. – Кто же не испугается большой и страшной Кассандры Лидделл? Агента ФБР, любимой дочери, которой все восхищаются и обожают… – Мэры прикусили свои нижние губы и кокетливо улыбнулись. – Кассандры Лидделл – воровки, похитительницы жизней, убийцы. – Мэры захлопали в ладоши. – Каков твой план, дорогая двойняшка? С нетерпением жду, что ты для меня приготовила.