Фейри-убийца
Шрифт:
– И что же он подарил тебе, Сиофра? – Я смахнула слезу со щеки. – Куклу? Ты про ту, которую он бросил в тебя? Ту, которую он сжег? Разве ты ему нравилась? Он когда-нибудь проявлял к тебе хоть каплю искренней теплоты?
– Заткнись! – взвизгнула она. – Он… он любил меня! Он был очень строгим, но он… он…
Воспоминания затопили зеркала. Сиофра что-то говорит Риксу, он поворачивается к ней спиной. Рикс захлопывает дверь в свой кабинет перед ее носом. Рикс выезжает из замка, Сиофра
В каждом воспоминании он отворачивался от нее, бросал.
Теперь она всхлипывала, все еще уставившись на нож и бормоча:
– Он любил меня… Любил…
Снова замелькали изображения, показывая Рикса, который улыбается какой-то молодой женщине, не обращая внимания на Сиофру. Комкает ее рисунок и насмешливо кривит губы. Еще больше воспоминаний; десятки Сиофр сидят в одиночестве в огромных безлюдных комнатах замка, их глаза становятся все более пустыми и безжизненными.
За окнами что-то промелькнуло; я посмотрела туда и не смогла вздохнуть. Воспоминания Сиофры мерцали снаружи, танцевали в лужах, переливались над Темзой. На другом берегу реки я видела цветные отблески, пляшущие в окнах зданий. В скольких зеркалах и окнах отражаются воспоминания Сиофры?
Сиофра поднесла нож к щеке.
– Скажи что-нибудь, – прошептала она. – Поговори со мной.
Видения снаружи исчезали из окон и реки, гасли одно за другим. Магия Сиофры иссякала – управлять таким количеством отражений было тяжело даже для нее.
Одна из Малышек Кассандр, удерживавших меня, растворилась в воздухе, хватка другой ослабла. Теперь снаружи в реке отражалось только небо, а зеркало в зале стало обычным. И по всему залу зеркала начали отражать мир вокруг, а не разум Сиофры.
Ледяные пальцы разжались, и только в одном зеркале до сих пор отражалось воспоминание. Сиофра что-то говорит Риксу, а тот ехидно отвечает. А потом и это изображение задрожало, и зеркало показало только Сиофру. Она выдохлась. Ее магия полностью иссякла.
От этих картинок из жизни Сиофры мне стало тошно, сердце разрывалось от боли.
– Прости, – шепнула я.
Она подняла на меня блестящие от слез глаза:
– Ты украла мою жизнь! Конечно, это все ты. Заняла мое место, когда родилась извращенкой. Монстром.
Я медленно покачала головой:
– Монстрами не рождаются, Сиофра. Ими становятся.
Как можно быстрее я соединилась с отражением в зеркале в виде полукупола. Сиофра бросилась на меня. Я отпрыгнула в сторону, схватила ее за руку, навалилась на нее всем весом и, используя силу инерции, швырнула в одно из зеркал. И сама нырнула туда вместе с ней, чувствуя, как отражение скользит по коже – холодное, как лед.
На долю секунды мы задержались в мире между отражениями. Там, внутри, все было вязким – мои силы заканчивались.
Я выпустила
Выбравшись из холодного отражения, я обернулась и увидела ее. Сиофра застыла между отражениями; обессиленная, она не могла прорваться наружу. Ее глаза широко распахнулись от ужаса, и у меня сдавило горло.
Зеркало замерцало, и Сиофра исчезла из виду. Я выжила – и остановила монстра. И все же при мысли, что она застряла там, как насекомое в капле янтаря, внутри у меня разверзлась пустота.
Я взглянула на двух бегунов – ту самую пару, ставшую жертвой танцевальной чумы. Они лежали на земле, постанывая, судорожно дыша и растирая мышцы.
Сиофра исчезла – и чума закончилась.
Глава 33
Я остановилась перед домом Габриэля на Брик-лейн и уставилась на ярко-синюю дверь рядом с магазином садового инвентаря. Я жила в его квартире этажом выше больше недели, свободно входя и выходя. Но я не могла сейчас просто так взять и зайти, хотя у меня по-прежнему был ключ. После секундного колебания я нажала кнопку звонка.
Домофон с треском ожил:
– Алло?
Голос Габриэля прервал пронзительный крик на заднем плане:
– Мои соски пульсируют от восторга! Каррр!
Я подавила желание рассмеяться.
– Это Кассандра.
– Минутку.
Я услышала скрип ступенек по другую сторону двери: Габриэль спускался, сопровождаемый пронзительными воплями. Через несколько секунд он открыл дверь, вид у него был явно взволнованный.
Сидящий на его плече Один взмахнул крыльями:
– Предательская влага! Никогда.
Я выгнула бровь:
– Я не вовремя? Похоже, у тебя уже есть компания…
Габриэль нахмурился.
– Это всё из-за тебя. Смотритель воронов Тауэра отказался его забирать.
– Извини.
– И он уверен, что действовал по воле священной Богини Ужаса. Ты что-нибудь об этом знаешь?
Я невинно захлопала глазами:
– Похоже, он сумасшедший.
– Это официальный диагноз?
– Конечно. Профессиональное мнение.
– Агенты перестали спрашивать о тебе. Как тебе это удалось? – Послеполуденный свет окрашивал его кожу в золотистый цвет, отражаясь в карих глазах.
– Скарлетт убедила их, что я работаю на нее в качестве фейри-информатора. Шпион на темной стороне. Хотя, конечно, мой допуск аннулировали.
– Ясно. Чем обязан визиту? Не ожидал тебя увидеть.
Я пожала плечами:
– Просто пришла поблагодарить. И попрощаться.
Габриэль нахмурился и глубоко вздохнул.
– Возвращаешься в Штаты?
– Не совсем. – Он взбесится, если я скажу, что собираюсь в Триновантум – выполнить данное Роану обещание. – Но какое-то время меня не будет.