Эйлирия. Мужья Виолетты
Шрифт:
— Я хотела, чтобы вы сначала сами его увидели, — призналась я. — Чтобы вы приняли решение, не основываясь только на моих словах.
— И всё же… — начал Алан, но замолчал, оглядывая Вернера. — Почему ты?
— Потому что она идеальная и самая желанная для меня, — уверенно сказал Вернер, глядя прямо на него. — И, похоже, я ей тоже пришелся по душе.
— У вас что-то было? — осторожно спросил Нейл, но в его голосе не было злобы, лишь желание разобраться.
— Мы целовались, если ты об этом, — честно
Кейз вздохнул и, кажется, немного расслабился.
— Ладно. Ты уже решила, и это не нам оспаривать, — сказал он. А потом обратился, к Вернеру. — Но ты прав: докажи, что можешь быть с нами. Ты мятежник и можешь подорвать репутацию нашей жены.
— Я не наврежу Виолетте, — ухмыльнулся Вернер, глядя на них так же дерзко, как и на меня. — Я тут, чтобы помочь ей изменить мир.
— Что ж, — сказал Лис, кривя губы в полуулыбке. — Добро пожаловать в наш дом. Надеюсь, ты понимаешь, на что подписываешься.
— Более чем, — уверенно ответил Вернер.
Мужчины переглянулись, и я поняла, что лед, пусть медленно, но тронулся.
Вернер пробыл с нами весь день, как и планировалось. Он оказался удивительно внимательным: внимательно слушал, задавал вопросы и пытался понять динамику нашей необычной семьи. Особенно его удивило присутствие Арна, который, несмотря на свои обязанности в доме, не носил браслета.
— Почему он здесь? — спросил Вернер, указывая на Арна, когда тот проходил мимо с какой-то бумагой.
— Это долгая история, — коротко ответил Кейз. — Но он наш гость, а не муж.
Вернер недоверчиво посмотрел на меня, но промолчал. Зато, когда его внимание переключилось на Лиама, он буквально преобразился. Он явно проникся к мальчику теплотой, что заметили все. Лиам, как обычно, был полон энергии и увлечённо рассказывал о том, как он помогает Дейну в саду.
— Этот парень точно знает, как привлечь внимание, — с улыбкой сказал Вернер, когда Лиам убежал выполнять очередное поручение.
Вечером, когда мужчины собрались в гостиной, я наконец вручила Вернеру его браслет. Он взял его, внимательно посмотрел на меня, а затем на всех моих мужей. Его лицо стало более серьёзным, но в глазах плескалось дерзкое удовлетворение.
— Думаю, я уже понял, что здесь быть мужем — это не просто носить браслет, — сказал он, застёгивая его на запястье. — И всё же я готов.
— Тогда добро пожаловать, — ответил Кейз, и на мгновение мне показалось, что между ними пробежала искра взаимопонимания.
Когда наступила ночь, я уже начала забываться в лёгком сне, когда дверь в спальню распахнулась, и на пороге появился Вернер. В полутьме его силуэт казался ещё более внушительным.
— Ты что тут делаешь? — спросила я, садясь на кровати. Я не звала его в спальню сама, не зная готов ли он к такому
— Забираю своё, — произнёс он низким голосом, подходя ближе. Его глаза смотрели так, словно он ждал этого момента весь день.
— Ты что-то путаешь, — сказала я, но голос выдал меня — в нём дрогнуло возбуждение.
— Разве? — усмехнулся он, присаживаясь на край кровати и склоняясь ко мне. — Ты дала мне браслет. Теперь я твой муж. Или нет?
Его пальцы коснулись моего лица, скользнули по щеке и остановились у подбородка, приподнимая его так, чтобы я смотрела прямо в его глаза. Уверенные, властные, с лёгким огоньком вызова.
— Ты действительно хочешь этого? — прошептала я, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее.
— Ты даже не представляешь, как сильно, — прошептал он в ответ, прежде чем захватить мои губы в поцелуе — страстном, жадном, полном требований.
Я отвечала ему, полностью отдаваясь моменту. Вернер не был мягким или осторожным. Он хотел показать, что заслуживает быть здесь, со мной. Его руки скользнули по моему телу, откидывая одеяло в сторону. Я почувствовала, как он ложится рядом, а затем накрывает меня своим телом.
— Докажи, что я действительно твой, — хрипло произнёс он, прежде чем целовать меня снова.
И я доказала.
Ночь с Вернером оказалась совсем иной, чем с кем-либо из моих мужей. Он был не просто страстным, он был жадным, неутомимым, словно хотел за одну ночь наверстать всё, чего был лишён. Его поцелуи были глубокими, властными, а прикосновения — одновременно нежными и требовательными.
— Ты сводишь меня с ума, — прошептал он, отрываясь от моих губ, чтобы покрыть поцелуями мою шею и ключицы. Его руки жадно изучали каждый дюйм моего тела, заставляя стонать от удовольствия.
— Это ты сводишь меня с ума, — прошептала я, чувствуя, как он прижимает меня к себе, будто боялся отпустить даже на мгновение.
Мы полностью потеряли счёт времени. Каждый раз, когда я думала, что его страсть угаснет, он находил новый способ заставить меня кричать от удовольствия. Его движения были то резкими и грубыми, то неожиданно нежными, но всегда идеально выверенными, как будто он знал каждую мою реакцию. Я полностью растворилась в этом вихре эмоций.
— Ты моя, Вета, — хрипло сказал он, наклоняясь ближе, пока наши дыхания смешивались. — И я твой.
— Да, твоя, — едва смогла ответить я, чувствуя, как очередная волна удовольствия накрывает меня.
Мы снова и снова находили друг друга, словно боялись, что ночь закончится слишком быстро. Вернер двигался уверенно, его глаза горели огнём, который я видела раньше, но теперь этот огонь был только для меня. Я прижималась к нему, чувствуя, как наши тела становятся единым целым, и не хотела, чтобы это заканчивалось.