Эйлирия. Мужья Виолетты
Шрифт:
— Тебе нравится? — я подняла бровь. — Ты говоришь так, будто я должна быть польщена.
— Возможно, — он пожал плечами, но его взгляд стал чуть мягче. — Ты не такая, как остальные дроны. Ты слушаешь, думаешь, и, кажется, даже заботишься о своих мужчинах. Это… необычно. Твои дроины хотели тебя защитить.
— Это преступление? — я скептически взглянула на него.
— Нет. Это шанс, — он остановился, убирая руки в карманы. — Но ты стоишь на грани, Вета. Ты могла бы выбрать сторону.
— Сторону? —
— Я хочу, чтобы ты задумалась, — сказал он серьёзно, его улыбка исчезла. — Но ты же и так уже думаешь, разве нет?
Его слова задели меня. Я не знала, что ответить, но ощущение, что он видит меня насквозь, заставляло нервничать.
— Подумай, маленькая дрона, — сказал Вернер, его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем следовало. Потом он развернулся и ушёл, оставив меня стоять в одиночестве на заброшенной улице. Его слова эхом отдавались в моей голове.
Когда я вернулась, меня встретил Кейз, который первым заметил мой задумчивый взгляд.
— Всё в порядке, Вета? — спросил он, с лёгким беспокойством заглядывая в мои глаза.
— Да, просто… — я замялась, раздумывая, стоит ли рассказывать. Но потом решила, что скрывать это будет глупо. — Я знаю одного из тех, кто вчера напал. Вернера.
На эти слова в комнате наступила тишина. Каир, который до этого беззаботно листал какой-то журнал, резко выпрямился.
— Того самого? — уточнил он.
— Да, — я кивнула и рассказала всё, что произошло. Как я встретила его в первый раз. Опустила лишь одну деталь с поцелуем. Когда я закончила, братья-рыжики переглянулись, а Кейз нахмурился.
— Ты понимаешь, кто это? — наконец проговорил он.
— Очевидно, кто-то злой на систему, — ответила я, чувствуя, что они знают больше.
— Это сын одной из женщин из совета, — сказал Лис, его голос был слегка напряжённым. — Той самой, что хотела себе наших рыжих.
— Что? — я моргнула, удивлённо смотря на них.
— Да, — подтвердил Кейз, поглаживая подбородок, словно обдумывая что-то. — Его мать очень его любит. Он её любимчик, насколько это вообще возможно для женщины из совета.
— Она наверняка с ума сойдёт, если узнает, что он связан с этим… восстанием, — добавил Лис. — Её это убьёт. Или она усыпит его. Хотя, думаю, она попробует это скрыть иначе другие потребуют его усыпления.
— Они могут так поступить? — ужаснулась я.
— Конечно. Более чем уверен, что так будет со всеми найденными, — сказал Кейз.
— Выглядит странно, что такой человек оказался вовлечённым, — сказал один из рыжиков, Нейл. — Но ещё более странно, что он так легко открывается тебе, Вета.
— Я сама этому удивлена, — честно призналась я. — Но что теперь делать?
— Пока ничего, если не желаешь ему
Но, несмотря на его совет, я не могла избавиться от ощущения, что эта встреча ещё аукнется мне в будущем.
Через два дня состоялся новый совет. Повестка была ожидаемой: очередное нападение. На этот раз мужчины в масках разбомбили одну из комнат для наказаний в публичном месте.
Мне пришлось приложить усилия, чтобы не улыбнуться при обсуждении этого «чудовищного акта вандализма». Внутри я была готова аплодировать им стоя. Комнаты для наказаний всегда вызывали у меня отвращение, и тот факт, что кто-то осмелился их уничтожить, казался мне актом справедливости.
Как только я вошла в зал, мне стало ясно: напряжение витало в воздухе. Члены совета были разделены на два лагеря. Одни требовали немедленных жестких мер — больше охраны, казни всех задержанных. Другие, к которым относилась и Ровена, предлагали задуматься, почему начались нападения, и искать более дипломатические решения.
Когда настала моя очередь говорить, я встала и, собравшись с мыслями, произнесла:
— Усыпление — дикость. Это одна из причин, по которой мужчины начинают бунтовать. Вы думаете, они не знают, что за любую ошибку или неподчинение их могут лишить жизни? Это не наказание, это террор. И этот террор ведёт нас к войне.
Зал наполнился гулом недовольных голосов. Несколько дрон откровенно рассмеялись.
— И что вы предлагаете, дрона Виолетта? — язвительно спросила одна из женщин, Лорелия. — Убедить их в том, что их действия неправомерны, милыми словами?
Я выдержала паузу и ответила:
— Я предлагаю отменить усыпление. Сделать первый шаг к тому, чтобы прекратить эту войну.
— Отменить усыпление? — изумилась другая дрона, Селия. — Вы понимаете, что говорите? Это разрушит всю нашу систему.
— Разрушит? — я резко повернулась к ней. — Вы считаете, что уничтожение жизни ваших мужей одним мановением пальца — это система? Или что их страх перед вами — это стабильность?
— И как вы планируете решать проблему с нападениями? — спросила Лорелия, её голос сочился сарказмом.
Я вдохнула глубже и посмотрела на них прямо.
— Я найду этих мужчин. Решу проблему без помощи армии, без ваших «усыплений». И нападения прекратятся.
Гул стал ещё громче. На моё заявление отреагировали все, кто был в зале. Одни смеялись над моей самоуверенностью, другие качали головой, как будто я несла какую-то чушь.
— Вы? Найдёте их? — язвительно переспросила Лорелия. — Дрона, которая даже не знает, как работать с армией? Да ты в нашем мире еще и полгода не прожила!
— Именно я, — твёрдо сказала я. — И мои методы принесут больше толка, чем ваши войска и бессмысленные казни.