Это я, Катрина
Шрифт:
Что ещё подобрать? Пожалуй, вирусологию. Исхожу из предположения, что воздействие вампира на человека происходит по очень похожему механизму. Более масштабному: обычный вирус клетку перестраивает, а фактор вампира — весь организм.
— Вирусология — доцент Войкова Ольга Андреевна.
Смотрю на Сашку, хотела сказать, что ставку надо делать на профессора, но не успеваю. Этот наглый тип запечатывает мне рот поцелуем. Хорошо, что я в кресле. Будь на тахте — уже растеклась бы тёплой лужицей. Брыкаться не нахожу нужным,
Знаю, как прекратить нахальные поползновения. Не обязательно делать резкие движения и отпрыгивать. В выбранный момент, когда он готов вспыхнуть и окончательно потерять голову, начинаю втыкать в него когти. В районе шеи и груди. Слегка царапаю — бескровно, разумеется. И он начинает млеть, активность стихает. Элемент технологии управления мужчинами, рекомендую…
16 марта, понедельник, время 07:45.
Москва, Третий имперский лицей, холл.
— Да, я всё понимаю, Зинаида Павловна, — Лев Семёнович явно с трудом справляется с робостью перед представительной дамой властного вида.
Дама и несколько человек рядом — все в белых халатах.
Нечто подобное я ожидала и готовилась. Хотя, честно сказать, моя подготовка состояла в отдаче распоряжений в основном. Но с собой кое-что тоже принесла.
Генеральша в белом халате грамотно и профессионально ставит задачу всему коллективу лицея в лице его руководителя. И педсоставу, и техперсоналу. Одобряю. Поэтому тактично жду, когда инструктаж закончится.
— Извините, вы же главная? — влезаю сразу, как только генеральша завершает многословный приказ директору.
— Тебе чего, девочка? — на мне фокусируется недовольный взгляд.
Директор делает лицо: «Опять ты, Молчанова!»
— Я — Дана Молчанова. Это я выявила патологию в крови Кости Стаховича. Врач Коновалов сообщил вам об этом по моей просьбе. Мы сформировали из учеников санитарную бригаду и готовы оказать любую посильную помощь, — киваю на стайку наших фрейлин, уже отмеченных белыми повязками на рукавах.
Сделать их элементарно. Обычная медицинская лицевая маска, только надетая как повязка.
— Девочка, — меня измеряют скептическим взглядом, — не знаю, что ты там выявила…
— Добавлю, что десятые классы математического факультета уже проверены. Общий анализ крови патологий не выявил ни у кого. Моим данным вы не должны доверять, но исходить из того, что предположительно никто там не болеет, вполне можете.
Мои ребята глядят на меня с огромным уважением. Даже Вика смотрит как-то снизу вверх. О фрейлинах и говорить нечего.
— Проверять всё равно надо всех, — скепсиса в генеральских глазах поменьше, но высокомерной снисходительности к «выскочке» хоть отбавляй.
Директор тяжело вздыхает.
— Надо, —
— Хорошо, — «генеральша» слегка отступает. — Мы это учтём, а пока идите в класс. Другой помощи от вас не надо.
Не тороплюсь. Хорошо бы и ей поспешать, не торопясь.
— А наше классное помещение вы уже продезинфицировали? — по внезапной озабоченности на лице дамы понимаю, что нет. — Немедленно пошлите туда людей для проведения хотя бы первичной дезинфекции. Иначе мы туда не пойдём.
— Молчанова! — не выдерживает директор моей «наглости».
— Лев Семёнович! — переключаюсь на него. — У вас в распоряжении был целый день, вчерашнее воскресенье. Вы что, не озаботились общей дезинфекцией всего здания?
Директор мгновенно затыкается. Мои парни и фрейлины глядят на него с дружным осуждением. Санитарная «генеральша» тоже.
— Что ты предлагаешь, Молчанова? — никакого этикета, основы которого уместны даже в боевой обстановке.
До сих пор не назвала себя, мало ли что я услышала, как её зовут. Придётся поправить:
— Я вам представилась, а вы — нет.
Кажется, она немного смешалась. Яйца курицу учат, но что делать, если взрослая курица забыла элементарное? Ошибка исправляется, хоть и ворчливо.
— Я же сказала: посылайте людей делать дезинфекцию в нашем классе. Иначе мы туда не пойдём.
А людей-то у неё как раз и нет. Насколько я слышала инструктаж директору: учителя должны находиться с детьми, техперсонал принимается за уборку общих помещений. А их столько, что работы на весь день и до полного изнеможения.
Так что санитарная «генеральша» выпадает в осадок. Но быстро находит выход. Одобряю.
— Что ты там говорила о своей ученической бригаде?
— Я говорила, но вы только что отказались от нашей помощи, Зинаида Павловна, — одобрять её переобувание в воздухе одобряю, но первоначальное пренебрежение Моим Высочеством спускать не собираюсь.
Морщится, но как отыграть назад, не знает. На попытку директора «поставить меня на место» не обращаю особого внимания.
— Лев Семёнович, мы без вас разберёмся. Вам же задачу поставили, почему не выполняете?
Наглость с моей стороны восьмидесятого уровня, согласна. Но это только если забыть, что я — принцесса лицея.
Директор не из-за моих слов, а под давлением взгляда «генеральши», уходит.
— Наверное, вы хотите извиниться за пренебрежение нашими возможностями? — даю подсказку для тех, кто на паровозе.
— Ну-у-у, да, наверное, я поторопилась отказаться от вашей помощи…
Теперь я гляжу на неё скептически и с насмешкой. Она с таким трудом выдавливает из себя признание в ошибке, что это по-настоящему забавно. Ладно, не буду требовать от человека невозможного.