Элдрич

Лейк Кери

Я улыбнулась и обняла его за шею.
– Скажи это еще раз.

– Я люблю тебя. Я, черт возьми, люблю тебя.
– Его губы снова прижались к моим, и пока его тело прижимало меня к стене, его рука скользнула под подол моего платья к открывшемуся под ним кеммику.

Прижав лоб к моему плечу, он задрожал, когда его палец коснулся моей обнаженной кожи.
– Боже мой. Прикосновение к тебе — само по себе мучение.

Его слова кружились в моей голове, пока он нежно проводил пальцем вверх и вниз по моей влажной щели.

Мое тело напряглось, мои ногти впились в его спину, и он издал стон удовольствия, напрягая мышцы вокруг меня.

Я подняла руку в перчатке, заметив полосы крови на металлических кончиках.

Боль. Это была боль, которой он наслаждался.

Если бы я смогла заставить его сосредоточиться на чем-то новом, на чем-то другом, может быть, ему не понадобилась бы эта боль. Я хотела близости с ним, но не могла вынести мысли о том, что причиню ему вред и рискну снова загнать его в спираль его собственных мыслей после того, что произошло несколько мгновений назад.

— Зевандер, — прошептала я, мои мысли разрывались под мастерским воздействием его пальцев. — Может быть… мы могли бы попробовать.

Его тело застыло на месте, и когда он поднял голову, его брови были сдвинуты, а выражение лица исказилось так, как я ожидала бы, если бы попросила его прыгнуть с крыши храма головой вперед. — Попробовать?

— Попробовать… ну… — Мои щеки покраснели, слова замерли у меня на языке.

Он покачал головой, позволяя мне сползти по стене на ноги.
– Нет. Ни в коем случае.
– Он прижал ладони к стене по обе стороны от меня, устремив взгляд на пол.

– Посмотри на меня.

Закрыв глаза, он покачал головой.
– Я не буду этого делать. Не с тобой.

Его слова не должны были ударить меня, как пощечина, и я молча упрекнула в себе ту неуверенность, которая заставила меня задаться вопросом: с кем же, если не со мной? «Если ты… я понимаю, если я не…

Его ладонь нежно обхватила мой подбородок, притягивая мое лицо к его.
– Я ничего не хочу больше. Но не за твой счет.

– Ты сказал мне, что не станешь намеренно причинять мне боль, и я верю тебе.

– Я бы не стал намеренно причинять тебе боль, но, кроме воздержания, нет такого сценария, при котором ты не почувствуешь боли.

Я взглянула на выпуклость в его кожаных штанах и сглотнула.
– Возможно, не все, тогда.

Он прижал губы к моему лбу.
– Возможно, вообще.

– Если это твое желание, я, конечно, уважаю его. Но знай, что это не мое.

– Почему такое внезапное переосмысление?

Я не осмелилась бы рассказать ему о своих причинах, боясь, что он закроется и полностью откажется от близости, но помимо того, что я не хотела причинять ему боль, я эгоистично жаждала большего от него. В моем мире секс не должен был быть красивым и страстным. Его цель заключалась в зачатии детей и ни в чем большем. Браки были договорными, спланированными и несчастными. Я хотела запретного. Страсти, которая приходит с нарушением правил. Я хотела тяжелого дыхания, сцепленных рук, пота на нашей коже и его веса, прижатого ко мне. Шепота о темных удовольствиях и обещания экстаза.
– Я хочу знать, каково это.
– Несмотря на прилив тепла к щекам, я сделала лицо суровым, уставившись на него, и даже не дрогнула, когда сказала: - Ты бросил вызов богам, чтобы заполучить меня. Ты мой супруг, разве не так?

Он провел рукой по лицу и выдохнул с покорностью.
– Ты неумолима.

– Ты забыл, что я упряма до крайности.

– И опасно неотразима.
– Он провел большим пальцем

по моему виску.
– Ради тебя я попробую. Но если это станет слишком тяжело, ты мне скажешь.

Я кивнула, и он приподнял мой подбородок, его взгляд был гораздо суровее, чем раньше.
– Обещай мне, что скажешь, если нужно остановиться.

– Обещаю.

Кивнув, он взглянул в сторону, и его сдвинутые брови подтолкнули меня посмотреть туда, где Райвокс все еще наблюдал за нами, не отрывая глаз от Зевандера.

Я прочистила горло, подтянула лиф платья, чтобы прикрыть грудь, и пересекла комнату, осторожно обходя осколки стекла на полу. У окна я просунула руку в щель, преодолев страх перед холодом, чтобы погладить Райвокса по клюву.
– Все в порядке. Можешь возвращаться на свое гнездо.
– Я резко задернула тяжелые шторы, и толстый бархат заградил зимний ветер. Заглянув в небольшую щель, я увидела, что он не сдвинулся с места, его взгляд по-прежнему был устремлен на окно.

Я вздохнула и обернулась, чтобы увидеть Зевандера, стоящего у камина. Еще раз оглянувшись через плечо, я осторожно на цыпочках вернулась к нему.

На его лице отразилась тревожная неуверенность, когда он медленно расстегнул брюки, спустив их по мускулистым бедрам, пока они не упали на пол.

Единственным звуком было стучание моего пульса в ушах, пока я смотрела на его обнаженное тело. Вид его пирсинга пробудил во мне сомнения, но, сглотнув, я сбросила платье на пол, оттолкнула его ногой и сняла кеммик, который был под ним.

Его глаза блестели от восхищения, поглощая меня взглядом, а грудь поднималась и опускалась в такт его учащенному дыханию. Он сократил расстояние между нами, сжимая ладонью свою плоть, и одновременно наклонился надо мной, прижав свои губы к моим. На этот раз его поцелуй был нежным, ленивым и мягким, когда он провел языком по моим губам. Ладони обхватили мою попку, снова поднимая меня в воздух, а его губы ни на мгновение не отрывались от моих. На мгновение он задержал меня так, целуя.
– Мне нужно подготовить тебя к этому, Лунамишка, — сказал он между поцелуями. — Ты должна быть влажной.

Я бросила взгляд на кровать и обратно.
– Мне нужно лечь?

– Я не возьму тебя на кровати твоего мучителя.

Кивнув, я покусала нижнюю губу, сердце бешено колотилось.

— Ты уверен в этом?

— Что тебя беспокоит?

— Помимо неизбежной боли? То, что я потеряю себя. Он поморщился, словно уже представил себе нечто подобное. — То, что я перестану слышать твой голос и не смогу остановиться, если ты прикажешь.

Прикажи. Это слово показалось мне странным и неуместным, словно одиночная волна, управляющая приливами. Искра, управляющая пламенем.
– Если тебе так будет спокойнее, я оставлю кинжал под рукой.

Искра интриги, зажглась в его глазах, вызвала у меня тошноту, но когда он опустил меня на ноги, я поспешила вернуться туда, где уронила его, и положила его на пол рядом с камином.

Он подошел ближе, и его огромный размер стал для меня еще более очевидным, когда я провела взглядом по его рельефному животу к широким плечам, за которыми я не могла разглядеть ничего. Прижав ладонь к моей спине, он плотно прижал меня к своему телу и опустил на пол, его рука поддерживала меня, пока мы опускались на все еще скомканное там одеяло. Дрожащее напряжение пронзило меня, когда я лежала, глядя на него и его красивое, измученное лицо.