Эгейская компания
Шрифт:
Тиллер знал, что следующая очередь прошьет корпус судна, развернувшегося бортом к немцам, пулеметчик никак не мог промазать даже в сгущавшихся сумерках.
В этот момент позади послышался рев машины итальянского корабля, и расчет спаренной «бреды» открыл огонь. Трассы протянулись над ЛС8 в сторону немецкого десантного судна. Пулемет там замолчал, а потом в воздух взвился длинный язык пламени и раздался глухой взрыв. После чего итальянцы перенесли огонь на руины каменного здания.
Немцы стали разбегаться, и Барнсуорт со своим отрядом вели по ним огонь, хотя прицелиться в наступающей темноте становилось
Оставалось разделаться с прогулочным катером, но он даже не сдвинулся с места, потому что Гриффитс продырявил ему борт и команда брела на берег по пояс в воде.
Внезапно стало тихо и темно, и только ярко светилось объятое пламенем десантное судно. Над заливом взвилась красная ракета, и постепенно утихла стрельба на холме над заливом.
– У вас все в порядке? – прокричал Бальбао, подойдя к каику бортом.
Мейген поднял вверх большие пальцы в знак того, что лучше не бывает, и попросил отбуксировать ЛС8 в гавань.
– Без проблем, – ответил Бальбао, радостно возбужденный успехом проведенной операции. – Всегда готов помочь королевскому военно-морскому флоту. Для меня это удовольствие.
С итальянского корабля бросили буксировочный трос, и Гриффитс прикрепил конец к основе мачты.
Теперь, когда бой закончился, Тиллер вспомнил об итальянском пулемете, который подвел его в критический момент, разозлился и вышвырнул «бреду» за борт.
У причала их поджидал Кристос, сообщивший, что атака с моря способствовала полному разгрому немцев, так как итальянский гарнизон, воодушевленный успехами на воде, устоял на своих позициях и не дал противнику прорвать оборону. Правда, в конечном счете части немцев удалось пробиться, но они уже не помышляли о наступлении на порт Сими и просто растворились в ночи. По словам Ларсена, скорее всего, они попытаются укрыться в горах в надежде, что со временем за ними придут и спасут. Но если им повстречаются местные жители, также ищущие убежища в горах, вряд ли кто-то из немцев спустится к побережью.
На следующий день Мейген отправил Тиллера и Гриффитса на гарнизонном катере с задачей осмотреть немецкий каик, засевший на скалах, и доставить в гавань прогулочный катер. На судне не нашли ничего интересного, кроме пары трупов и бутылки шнапса. Немцев похоронили по морскому обычаю, отдав воинские почести, прихватили с собой шнапс и отправились на поиски прогулочного катера.
На склоне холма над заливом виднелись группы итальянцев с кирками и лопатами. Они собирали вместе и хоронили убитых немецких солдат. Прогулочный катер, затонувший на небольшой глубине, имел пробоину в борту, но во всех других отношениях не пострадал. Англичане его вытащили на берег, заделали дыру и отбуксировали в порт.
Брайсон, только что закончивший ремонт машины каика, с интересом разглядывал трофей.
– Да, надо признать, – сказал он, – что макаронники умеют делать скоростные лодки.
Механик опробовал двигатель катера, вытер руки тряпкой и заключил, не скрывая восхищения:
– Это движок фирмы «Альфа-Ромео», мощность
На Ларсена эта оценка не произвела большого впечатления.
– Короче говоря, – подытожил он, – нам эта хреновина ни к чему.
Тиллер не сводил блестевших от возбуждения глаз с катера, построенного людьми, которые имели в виду скорость и только скорость.
– Так сколько, говоришь, он может дать узлов, Билли?
– Я считаю – пятьдесят. Естественно, на спокойной воде. Если его разогнать на такой скорости на волне, затонет, как камень. Не могу понять, зачем фрицы его сюда притащили.
– Возможно, чтобы ходить в разведку, – высказал свои соображения Ларсен. – Я думаю, нам нужно от него избавиться.
– Погодите, шкипер. Не надо спешить, – остановил его Тиллер. – Как знать, он может нам очень пригодиться.
– Ладно, не возражаю, – неохотно согласился Ларсен. – Только уберите его с глаз. У меня есть подозрение, что отныне мы станем объектом пристального внимания для «юнкерсов».
Многие местные жители, будто провалившиеся сквозь землю перед немецким нападением, теперь снова появились на свет.
– Откуда местные жители узнали о предстоящей немецкой атаке? – спросил Ларсен у Анжелики, когда посетил таверну вместе с Тиллером.
– Внутренний голос, – ответила девушка. – У нас выработался своеобразный инстинкт. Люди здесь живут бок о бок с войной уже очень давно и знают, что нужно делать, чтобы остаться в живых.
– А где они прячутся?
– В горах. Там есть вода и немного еды, которую припрятали заранее в надежном месте. Таким путем люди избегают репрессий, и они так поступали не одно столетие во времена турецкого правления. Турки время от времени посылали в горы вооруженные отряды в поисках беглецов, но никогда никого не могли найти. Да и как можно найти человека в горах? Это же невозможно!
– А партизаны там есть? – спросил Ларсен как бы мимоходом.
– Возможно, – ответила Анжелика после небольшого колебания.
– А какие партизаны?
На лице девушки не дрогнул ни один мускул.
– Монархисты или коммунисты? Какие из них? – допытывался Ларсен.
Анжелика вытерла руки подолом фартука и тихо молвила:
– Если хотите, я могу узнать для вас. А теперь вам придется меня извинить. Надо обслужить других посетителей.
– Когда немцы снова здесь появятся, – остановил Анжелику Ларсен, задержав ее за рукав платья, – их будет значительно больше, чем в последний раз, и нам понадобится помощь всех, кто готов ее оказать.
– Да, я понимаю, – ответила девушка, склонив голову.
– Нам нужно знать, сколько в горах партизан, нуждаются ли они в оружии и боеприпасах, – стоял на своем Ларсен. – Но самое главное – мы хотели бы знать, готовы ли они нам помочь, либо их заботит только один вопрос – кто будет править островами после войны. Как ты думаешь, Анжелика, они занимаются политикой или намерены сражаться?
Девушка не пыталась высвободиться, но когда Тиллер поймал ее взгляд, он понял, что шкипер встретил человека, который ни в чем ему не уступит. Анжелику явно разгневала попытка Ларсена удержать ее у стола силой, но она не подала виду и спокойно попросила: