Дитя огня

Конолли Майкл

Крики возобновились. Я поставил фотографию на место, открыл дверь и вышел в коридор. Повсюду были двери, и из-за одной из них доносились голоса. Я пошел на звук.

— Послушай, Кэбот — сказал мужчина — Нет причин так расстраиваться. Синтия не...

— Не говори мне, что она сделала! — крикнул мужчина. Я догадался, что это был Кэбот — Я знаю, что она сделала! У меня есть глаза!

— Что ж, вот тебе хорошая идея — отрезала Синтия — Используй их.

— Все наладится — сказал Кэбот — Все будет сделано правильно. Смотрите и будьте начеку!

Я

почти добежал до тяжелой дубовой двери, когда она распахнулась. Мимо меня пронесся мужчина лет пятидесяти пяти с большим брюшком и прыщавым лицом. Его густые темные волосы были тронуты сединой.

В выражении его лица было что-то, что мне не понравилось. Он выглядел как человек, которому теперь было все равно.

Я смотрел, как он удаляется. Когда-то его одежда была дорогой, но каблуки на ботинках стоптались, а джинсы протерлись внизу.

— По-моему, я велела тебе подождать в библиотеке — Синтия встала рядом со мной. Она выглядела раздраженной. Ну?

Я услышал, как хлопнула входная дверь.

— Я любопытный.

Она пристально посмотрела на меня. Через мгновение она сказала:

— Пойдем в мой кабинет. Пожалуйста.

Я последовал за ней в маленькую комнату. Полы были деревянными, а в дальнем углу стоял большой письменный стол. Единственным украшением на стенах была пара кимоно в деревянных рамках.

На диване сидел маленький толстый человечек, устало потирая лицо. Его длинные седеющие волосы свисали на плечи.

— Этот человек меня утомляет...

— Фрэнк — вмешалась Синтия — это Рэймонд Лилли. Мистер Лилли, это наш мэр, Фрэнк Фарлтон.

Фрэнк оторвал взгляд от ладоней и удивленно посмотрел на меня. Он, похоже, был не рад меня видеть.

— Я знаю, кто вы. Что вы здесь делаете?

Я повернулся к Синтии.

— Зовите меня Рэй. Я уже встречался с мэром, но не представился. Он был слишком расстроен из-за припадка у вашего брата. Не так ли, мэр Фарлтон?

— Что вы здесь делаете, пожалуйста? — снова спросил он. По крайней мере, он был вежлив.

— Она пригласила меня. Как давно у Чарльза начались приступы?

Мэр с трудом поднялся с дивана. Ему пришлось изрядно попыхтеть, чтобы подняться на ноги.

— Что вы имеете в виду? Кто вас пригласил?

Я услышал, как снова хлопнула входная дверь. Никто, казалось, этого не заметил. Дверь кабинета была позади меня, слева, а стол передо мной, справа. Я прислонился спиной к стене и сунул руку в карман, где лежал мой призрачный нож.

Синтия зашла за свой стол и натянуто улыбнулась мне. Мэр присел на краешек своего стола.

— Я не думаю, что Фрэнк имеет в виду того, кто пригласил тебя в мой дом. Я думаю, он имеет в виду того, кто пригласил вас в Хаммер-Бей — В её милой улыбке сквозило презрение. У нее дрожали руки. У нее был тяжелый день — Но — продолжила она — ты здесь для того, чтобы ответить на мои вопросы, а не на его. И если тебе не хочется отвечать, все, что мне нужно сделать, это позвонить Эммету Дюбуа. Как только я скажу ему, что ты влез в мою машину и пытался забрать ключи...

Дверь кабинета

распахнулась, и Кэбот ворвался внутрь. Я был готов к этому, но все равно слишком медлил. Он поднял руку. В руке у него был пистолет.

Время, казалось, замедлилось. Кэбот прицелился в Синтию. Его зубы были оскалены, щеки покраснели.

Мэр встал перед ней, широко раскинув руки, его толстые щеки почти комично раздулись.

Я замахнулся призрачным ножом на пистолет. Кэбот нажал на спусковой крючок. Курок опустился. Я был слишком медлителен. Пистолет выстрелил. Секундой позже призрачный нож пронзил его, разрезав на части.

Мэр вздрогнул, когда пуля попала ему чуть выше ключицы.

Кэбот снова нажал на спусковой крючок, но пистолет уже разваливался на части. Он не выстрелил. Он повернулся ко мне, его рот открылся, как я предполагал, в гневном протесте. Он в полном шоке уставился на то, что осталось от пистолета в его руке.

Я вонзил лезвие призрачного ножа ему в грудь и, прежде чем он успел опомниться, нанес удар слева. Я потерял равновесие, но удар пришелся как раз напротив мочки его уха. Кэбот упал, как марионетка, у которой оборвались ниточки.

Я повернулся к остальным. Мэр держался за правое плечо окровавленной левой рукой. Он отшатнулся от Синтии и посмотрел на нее. Затем он рухнул на пол. Пуля, казалось, только задела его, но он сильно истекал кровью. Его лицо было бледным.

Синтия посмотрела на меня. её рот приоткрылся в форме буквы "О", а лицо было вялым и бледным.

Я не люблю оружие. Я слишком долго смотрел на мэра, желая, чтобы всего этого не происходило.

С каждой секундой его лицо становилось все бледнее. Синтия изумленно уставилась на него.

— Вызовите скорую — сказал я. Синтия обратила на меня свой пустой взгляд. Казалось, она была в трансе — Немедленно! — Крикнул я.

Она вскочила и бросилась к телефону на своем столе. Она не привыкла, чтобы на нее кричали.

Я схватил с дивана чехол для рук и опустился на колени рядом с мэром. Я убедился, что пуля задела его чуть выше ключицы, на достаточном расстоянии от артерий на шее. Если бы он был не таким толстым, пуля, возможно, вообще не задела бы его.

Я скомкал повязку и прижал её к ране.

— Ну-ну — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал непринужденно — посмотри, что тебе удалось сделать. Хотя выглядит не так уж плохо.

— Больно — сказал он.

— Быть героем обычно помогает.

— Что? Я не герой. Я не думал. Я просто...

Его лицо становилось все бледнее. Я схватил подушку с дивана и подложил ему под ноги.

— Конечно, ты не подумал — сказал я — Кто бы бросился под пули, если бы думал?

Синтия что-то говорила в трубку, прося вызвать "скорую". Она говорила так быстро, что была на грани невнятного бормотания. Я окликнул её по имени, чтобы привлечь её внимание, а затем попросил говорить как можно спокойнее. Она сделала глубокий, прерывистый вдох и назвала в трубку свой адрес. Она сообщила оператору на другом конце провода, что мэр был застрелен.