День проклятья

Герролд Дэвид

– Кажется, меня хотят представить червям, – произнес я вслух.

– Представьтесь, – согласился передатчик. Большинство червей занимались своими маленькими наездниками. Только я не мог понять, кто за кем ухаживает: то ли кроликособаки ласкают своих хозяев, то ли черви нянчатся с забавными щенками?

Что происходит? Может быть, кроликособаки приехали сюда на хторрах, как съезжаются ковбои на лошадях, чтобы потанцевать кадриль? Или черви вывезли на прогулку малышей, как няньки в Центральном парке?

Меня подвели к самому

крупному червю. Он изучающе взглянул на меня. Я судорожно сглотнул: откуда-то изнутри поднимался панический страх.

– Спокойнее, Джим, – произнес я. Или кто-то? Снова голоса. Мое сознание затуманивалось. Я сидел на верхушке дерева. Все верно. Я – обезьяна.

Кроликособаки, видно, хотели представить меня в самом выгодном свете и познакомить с… Я не мог подобрать нужного слова.

Послышался шорох,

Это моргнул большой червь, остальные развернули глаза, и теперь на меня уставились сразу все черви. Повернув голову, я обвел их взглядом. О чем они думают? Выглядели они мирно, как слоны, только двое задумчиво пощелкивали челюстями. Бр-р.

Самый большой хторранин изучал меня, не проявляя никаких эмоций. Он перекатывал глаза то так, то эдак, под разными углами, словно никак не мог понять, что такое перед ним. Холодное любопытство – вот и вся реакция. В конце концов кроликособаки устали ждать и бросили меня. Подошли два других зверька, обнюхали пальцы моих рук и ног, пах. Одна коснулась набедренной повязки, потрогав сквозь материю половые органы. От неожиданности я вскрикнул, потом рассмеялся и оттолкнул кроликособаку. Она отошла. Хторранин все смотрел на меня.

Некоторые кроликособаки не отрываясь глядели в большие глаза хторров. Вдруг одна похлопала червя по боку, он опустил руку, взял зверька и поднес к лицу.

Неужели все так просто? Зрительный контакт?

Я посмотрел на моего червя. Моего?

Он скосил глаза – один выше другого, – что означало крайнюю степень хторранского удивления. Огромные глазные яблоки были, вероятно, не меньше тридцати сантиметров в диаметре. Их взгляд гипнотизировал.

Я шагнул к червю.

Его взгляд сделался напряженным. Он смотрел на меня в упор. Руки, сложенные на спине, шевельнулись.

Собрав всю свою храбрость, я приблизился к хторру вплотную и застыл перед ним, пристально вглядываясь.

Фантастическое существо!

На какое-то мгновение мне показалось, что я читаю его мысли. Хторранин моргнул: спут-пфут.

Странно: я чувствовал полное спокойствие, видя такое выражение в его глазах.

Я поднял руки и развел в стороны. Червь развернул свои руки, сложенные, как крылья, по бокам мозговой коробки позади глаз. Руки вытянулись над глазами хтор-ра, потом повисли, напоминая скорпионьи хвосты.

Червь раскрыл руки, копируя мой жест.

– Он разумен, – сказал я. – Не знаю почему, но это так. Он слишком умен, чтобы быть просто домашним животным…

Не опуская рук, я шагнул вперед.

Червь скользнул

навстречу мне.

Наши пальцы встретились. Червь взял мою ладонь своей клешней и стал поворачивать, заинтересованно изучая ее. Втянул и закрыл глаза, по-видимому, перенастраиваясь на ближнее зрение. Он заметил, что меня заинтересовали движения его глаз, и глянул мне в лицо, потом снова переключился на мою руку.

Закончив изучение, он отпустил руку и протянул мне собственную клешню – предложил взаимное обследование. Я взял клешню и поднес к своему лицу. Я поворачивал ее, разглядывая так же внимательно. Клешня состояла из трех растопыренных пальцев, каждый из которых имел три сустава. Я повернул клешню тыльной стороной. Червь мог использовать каждый палец как большой. Удобно, Отпустив руку червя и встретившись с ним взглядом, я сказал:

– Спасибо.

Червь, прищурившись, втянул глаза, что отчасти смахивало на жест благодарности, и издал утробный звук: – Ктрлп?

– Добро пожаловать, – ответил я.

Хторр протянул обе руки и дотронулся до моих плеч. Я вздрогнул, но, снова заглянув в глаза существа, сказал:

– Все в порядке. Продолжай.

Червь начал ощупывать меня, гладить, похлопывать, как делали это кроликособаки.

Мое тело поразило его так же сильно, как и их.

Пальцы червя осторожно дотронулись до передатчика. Приподняли цепочку, отпустили ее. Он удивлялся, зачем я ношу на себе столь очевидный продукт технологии. Затем подергал набедренную повязку. Я еще раздумывал, не стоит ли снять ее, когда он перерезал клешней завязки и аккуратно бросил повязку на землю. При виде половых органов он удивленно моргнул, дотронулся до моего пениса и мягко погладил его. Еще раз озадаченно моргнул, потом повернул меня и стал рассматривать сзади.

За нами наблюдали остальные хторры. В их взглядах чувствовалось нечто большее, чем простое любопытство. Они чего-то ждали? Кроликособаки настолько увлеклись обихаживанием червей, что позабыли обо мне. Как это расценить? Может, они уже считают меня своим?

Увлеченная игра зверьков с червями и между собой выглядела почти что сексуальной. Несколько кроликосо-бак, похоже, даже… спаривались? Хотя нет.

Должно быть, я просто не понимал, что они делают.

Воздух холодил тело. Червь тыкал меня в ягодицы.

– Ты как врач на медосмотре, – сказал я ему. И тут же появилась другая мысль:

– Как ветеринар. Точно так же мой дядюшка осматривал бычков, прежде чем…

Из передатчика донесся голос Флетчер, очень тихий, но очень твердый:

– Джим, не вноси это в круг.

Внезапно червь схватил меня за ногу и, дернув, поднял вверх тормашками. Я все же сумел крикнуть:

– Эй!

Червь скосил на меня глаза, как бы спрашивая.

И продолжил изучение. Он потрогал подошвы моих ног, погладил, а когда провел пальцем по мягкой коже в своде стопы, я не выдержал щекотки и захихикал.