Демон-Инквизитор
Шрифт:
Поэтому я вновь окунул руку в ее разум, напоминая, как сильно она меня любит. Меня – а не жалкого человека. Да, глушить чувства к этому болвану сложно. Но это из-за их родства. Брат и сестра, как трогательно! Плевал я на это. Плевал и – стирал то, что мог, из ее воспоминаний о нем. Ни к чему Алисе эти знания. Джордан умрет. Если до нашей встречи, то прекрасно. Если нет, то я закончу то, что не закончил когда-то. Тем более, инквизиторский меч в руке лежит просто идеально, как будто под меня его делали. С таким оружием покончить с человечишкой сложно не будет.
Сейчас
Да, я обожаю убивать рунами.
***
Подумать только, крыша протекает. Ну не бред ли? Зима на носу, они крышу починить не могут. Еще и, как назло, в моем номере. Пытаюсь объяснить – хозяин заведения ничего даже ответить не может, мычит да бормочет какой-то бред. Про похищение какой-то там «Крестной матери». Срал я на нее, мне на кровать течет так, будто все боги этого мира решили помочиться на мое лицо. Вот это проблема. А не мать их…
Зато Джордан, проскользнувший мимо меня, не смог сделать это незаметно. Хотя явно старался. Сильно старался. До смешного. Так крался, будто правда думал, что я не замечу. Удачно я выбрал место, где комнату арендовать. Не успел здесь осесть как следует, как этот ублюдок снова на горизонте показался. Значит, пора убивать.
– Хрен с тобой, мужлан, до вечера не почините крышу – прибью, – буркнул я, отмахиваясь и следуя за Джорданом.
Напустить на себя иллюзию его старого дружка, запудрить мозг и убить одним ударом. Побуду рыцарем из романов Алисы. Хе. Люди легко умирают, как тараканы.
Теплое вино мерзко стекает по лицу, смывая мой макияж. Это меня разозлило. Если Джордан думает, что накладывать углем тени на глаза легко, то он сильно ошибается.
Пытается делать выпады каким-то дрянным куском стали. Пробует меня, проверяет мою реакцию. Да, это прекрасно. Видно, что он опасается вступать со мной в бой. Слабак. Я бы – так сразу к кульминации перешел, без этой долгой завязки перед боем, когда соперники изучают друг друга. Мне в Джордане узнавать нечего, все как на ладони: фехтует как дрянь, думает как дрянь, живет как дрянь. Ничего примечательного, обычный слабый инквизиторишка.
Еще и зубоскалит. Снова и снова, будто язык его спасет. Я ему отвечаю, но без особого интереса: что мне с этим смердом обсуждать?
– Симфония металла! – кричит Джордан, и я чувствую, как меч неожиданно легко ускользает из моих рук.
Он и правда умел волшбить. Клинок, который был до того в моих руках,
Давно я не плакал. Да и что бы могло вызвать во мне слезы? Я прошел сквозь огонь и воду в буквальном смысле. Наверное, умирать перед Джорданом – это единственное, что пробуждает во мне слезы.
– Не знал, что ты владеешь магией, – пробормотал я. Это было мое оправдание. Алиса… ей стоило мне сказать об этом прямо. Но она утаила. Даже несмотря на то, что я стирал ее любовь, она все равно оставалась преданной Джордану и ни слова не сказала о его умениях. Это разочаровывало. Единственное существо, которое было мне предано, и то обмануло…
Лезвие скользнуло в мой рот. На удивление, это оказалось не больно. А может, мой мозг уже осознал свою смерть, заранее, и все дальнейшее я просто не мог почувствовать, ведь умер еще тогда, когда меч ушел из рук? Может, меня уже тогда разрезало напополам?
Джордан кричал мне, приказывал сдохнуть. И я понимал, что у меня нет выхода, лишь подчиниться. Я и правда сдохну. И это бесило. Это разочаровывало. Мне приказывали, и я не мог выказать неподчинение. У меня не было выхода.
Впервые у меня не было выхода.
Может, я это и заслужил. Всей своей жизнью… Может, то, что я делал, и правда было неправильным? Может, весь мир, когда ненавидел меня, был прав? А это я, я был тем, кто ошибается? Может… да нет, не просто может. Так и есть. Я ошибся в самом начале, когда пошел против всех. Наверное, я умер еще тогда, еще в тот момент.
И несмотря на бунтарство и неподчинение всему и вся, я не оставил в мире ничего, что могло бы продолжить мое дело. Алиса очистится от моих историй. И Джордан ей в этом поможет, очевидно. Если она не умрет. Она ведь чувствует, что со мной происходит. Придет за мной, обязательно придет, ведь еще утром клялась в любви. И будет стараться отомстить. Надеюсь, что не умрет. Хотя все идет к этому. Единственное, что я могу чувствовать перед окончательной смертью – боль и слезы Алисы. О да, как она сейчас рыдает. Чувствуя, что я почти погиб, держусь на последних клочках мыслей, на последних каплях воздуха, на последних импульсах сознания. Джордан подарил мне жестокую смерть. Разрежь он мой мозг, я мог бы погибнуть быстрее. Но нет… Он обрек меня на ощущение боли, которую чувствует Алиса.
Интересно, чувствовала она то же, когда я убивал Джордана? А может, чувствовала больше?
Вряд ли я успею обдумать и это. Моя смерть хоть и затянулась, но ее конец близок.
Прощай, жестокий, прекрасный, вечно правый мир…
***
Вокруг меня – сгущающийся мрак и вонь. Я открыл глаза. Осознание того, что я уже не Аксель, далось легко. Достаточно было почувствовать биение сердца грифона и пульсирование нитей. Ян сидел рядом. Мы оба – закутаны в одеяла и какое-то тряпье.