Чудовище Цеплин
Шрифт:
— Кто прикончил уродца? — спросил один из них — небольшого роста, сутулый, с густой чёрной бородой и прищуренными глазами неопределённого цвета. Походка его была странной, как будто он двигался полубоком. Казалось, он вот-вот свернёт влево, но он приближался довольно быстро, и от этого несоответствия Арпад почувствовал себя ещё более неуютно.
— Я прикончил, — сказал он, с силой сжав плечо Норы к земле, краем глаза заметив, что она собирается что-то сказать. — Это была самооборона.
— Сомневаюсь, — сказал старик. — Мерзавец крепок, а такой дрыщ как ты, с ним бы не справился.
Арпад озадаченно замер.
— Ладно, не важно, счетовод разберётся…
— Эй, Кривой! — окликнули старика люди, которые рыскали вокруг догоравшей хижины. — Посмотри на это! Похоже, это одежда Лэй Маудир…
Старик бросил на Арпада и Нору подозрительный взгляд и направился на зов. Арпад тяжело вздохнул и потёр ладонями лицо. Опасность, кажется, миновала, но остаток дня простым тоже не будет.
— Вставай, — велел он Норе. — Идём в трактир, приложишь к лицу лёд. К нам сегодня будет много вопросов.
Теперь жители Диффоука смотрели на Арпада и Нору иначе. Поначалу они скептически относились к их попыткам найти свидетельства нарушения закона семьёй Йерне Месарош, но теперь к ним начали прислушиваться. Большинству по-прежнему не было до этого дела, но зато люди во всех подробностях разносили весть о том, кем на самом деле оказался Кев-и-Олеч и как "эти двое его разоблачили и сожгли". История обросла домыслами и небылицами, и Арпаду было немного грустно оттого, насколько легко люди приняли весть о смерти их жуткого соседа. Будь на месте мутанта какой-нибудь красавчик, расследование бы проводилось со всем тщанием, но счетовод написала заключение со слов заезжего охотника, тем дело и закончилось.
Арпад не любил убивать человекоподобных монстров, слишком просто было ошибиться. Особенно теперь, когда он и сам, по некоторым признакам, чудовище — путеводный маяк для демонов страха. Но дело было сделано, и ошибка исключена: Кев-и-Олеч был кровожадным отморозком, и казнь определённо заслужил. Поэтому Арпад старался выбросить инцидент из головы и сосредоточиться на основной цели расследования, а именно — на гемофилах. Но это будет завтра. День и так затянулся.
Арпад вернулся в свою комнату в трактире, захлопнул дверь и рухнул на кровать. Он закрыл глаза и расслабился, а потом вдруг нахмурился и на секунду задержал дыхание. Что-то было не так. Он не мог понять, что именно: мысль не успела сформироваться до конца, но уверенности в том, что он в комнате один, также почему-то не было.
— Как и следовало ожидать, — раздался совсем рядом сиплый голос, и Арпад вскочил, выхватывая нож, хотя краем сознания уже понял, что опасности нет. — Ты наплевал на свои обязанности, Фаркаш, и просишь у гильдии помощь, чтобы разгрести последствия.
Арпад фыркнул, убирая нож, но спорить не стал. Трог Маюц был охотником гильдии и профессиональным дознавателем, а заодно и пренеприятнейшим типом, но при этом предельно здравомыслящим и осторожным. И если что-то, что он говорил, не соответствовало истине, то, скорее всего, он говорил так намеренно: то ли чтобы выведать побольше информации, то ли просто чтобы позлить собеседника. Но всё же совесть Арпада не была чиста, и он изо всех сил старался не привлекать внимания к своему левому
— Я делаю в точности то, что от меня потребовала госпожа Офли.
— Странные у тебя представления о точности, — сказал Трог. — Где девчонка?
— В своей комнате, — подавив вздох, сообщил Арпад. — Это напротив.
Не было смысла что-либо добавлять. Узнай Арпад о прибытии Маюца хотя бы за пятнадцать минут, он бы убедил Нору вернуть браслет. Он ей доверял, они оказались неплохой командой, но объяснить всё это Трогу будет попросту невозможно. Арпад знал этого парня, имел счастье работать с ним раньше. Компромиссы невозможны. Даже попытка будет засчитана как нарушение правила.
— Ты один? — спросил он у Трога.
— Нет. Со мной двое, и ещё несколько подтянутся на днях — драконья охота закончилась, твой проект будет в приоритете.
— Жаль, что с запозданием, — сказал Арпад. — Я организовал неплохую провокацию, но без дополнительной пары глаз и рук не смог её провести до конца…
— Опоздания не было, — недовольно поджав губы, сказал Трог. — Тебе прислали подкрепление по первому требованию. Но в Миддлбосе кровососы всё так ловко провернули, что наш человек не уследил за письмом и за теми, кто его перехватил, а о своих дальнейших передвижениях ты не предупредил, так что и спину прикрыть он тебе не смог.
Арпад кивнул, признавая свою ошибку. К счастью, всё в итоге обошлось. Он уже хотел спросить насчёт Фирмина, как Трог вдруг продолжил:
— Но я бы не сказал, что провокация так уж провалилась. Кое-что нам стало известно, и эта информация стоила твоей проломленной черепушки.
Арпад пропустил колкость мимо ушей, а уцепился за суть услышанного:
— Вы всё-таки узнали, кто перехватил письмо?
— Это не так уж важно, — махнул рукой Трог. — Вопрос в том, почему они не попытались напасть на тебя снова, когда ты дал понять, что «летописи» у тебя?
Арпад пожал плечами. Он тоже удивился этому, но до этой минуты не задумывался всерьёз.
— Возможно, они решили, что я отправил часть записей из Глида. Или что я успел дать официальное свидетельство о содержании летописей… в таком случае им уже не имело смысла лишний раз марать о меня руки.
Трог покачал головой, и его тонкие губы растянулись в холодной улыбке.
— Если бы это было правдой, Йерне с семьёй смылись бы из Диффоука. Но они здесь, и ведут себя довольно нагло.
— Я заметил…
— А это означает, что они поняли, что твои летописи — туфта.
— Но они не знали этого, когда мы с Норой шли в Глид, — задумчиво хмурясь, сказал Арпад. — Они перехватили письмо из Миддлбоса, поняли, насколько сильные у меня в руках свидетельства, и попытались с этим разобраться. Но потом он поняли, что никаких свидетельств нет…
У Арпада по спине пробежал холодок: уж не от Норы ли они это узнали? Но он отбросил эту мысль — девчонка ненавидела кровососов вполне искренне, и играть за них не стала бы. Разве что её запугали… но чем реально кровососы могли ей угрожать после того, как убили всю её семью? Разве что физической расправой, вот только вряд ли это проняло бы Нору в долженой степери с учётом того, что ей грозил расчёт с Игараси.