Чудовище Цеплин
Шрифт:
Арпад закончил свою работу, обработал рану отваром цагцы и наложил повязку. Лишь после этого он заметил, что молчание затянулось, и поглядел на Нору. Она смотрела на него с озадаченным упрёком, будто не понимала, почему он на неё налетел.
— Может, мне прийти завтра? — спокойно спросила она.
Арпад на несколько мгновений задумался. Нет, ну она дура, конечно, хотя до этого дня казалась ему достаточно осторожной. Что изменилось теперь? Почему она повела себя так безрассудно? Неужели настолько отчаялась, что
— Ладно, извини, — примирительно сказал он, доставая из буфета два стакана и раскупоривая бутылку джина, приобретённую у трактирщика. Ему нужно расслабиться и успокоиться. По правде сказать, он сегодня тоже был не слишком осторожен. — Вот только скажи мне: ты жить хочешь? Или ты думаешь, что чем достаться Игараси лучше вообще сдохнуть?
Лицо Норы помрачнело. Арпад налил в стаканы немного джина и протянул один ей. Он был уверен, что ещё минуту назад она бы отказалась. Но не теперь.
Она взяла стакан.
— Я не хочу сдохнуть. И не хочу к Игараси. Я просто искала… Хоть что-нибудь.
Арпад незаметно вздохнул. Он чувствовал странный диссонанс от осознания, что пьет не с Фирмином, а с какой-то девчонкой.
— Ты, наверное, чувствуешь себя неуязвимой, — сказал он. — В пустыне ты выжила, пару дней назад тоже как-то сумела сбежать от тех, кто на нас напал… Из-за этого у тебя в голове появилась иллюзия о том, что с тобой никогда ничего плохого не случится…
— Я знаю, что это не так, — перебила Нора. — Но я не могу спрятаться от всего. Если бы я не делала ничего из того, чего боюсь, я бы вряд ли выжила в пустыне одна. А Дирк — действительно хороший парень. Поверь мне, я бы поняла, если бы это было не так.
Арпад недовольно поджал губы. Ему не хотелось развивать тему, но он должен был объяснить Норе, в чём она ошиблась, чтобы таких глупостей больше не было.
— А он может сопротивляться влиянию кровососов? Если бы Месарош решили в тот момент напасть, его топор бы не помог. Ты ведь видела, во что превращаются люди…
— Видела, — хмуро сказала Нора и залпом выпила свою порцию джина. — Извини, я сглупила.
Арпад смягчился и снова наполнил её стакан.
— Так что там с этим Кев-и-Олечем? — спросил он. — Ты что-то нашла?
Воспоминания заставили Нору снова помрачнеть.
— Как я уже сказала… Он ужасен, действительно. И я никак не могу определить… это моё субъективное восприятие из-за его внешности, или он действительно… монстр? Понимаешь, я не хочу судить по внешности. Я старалась не обращать на это внимания, и он показался мне довольно милым. Он очень нервничал, когда мы пришли, но сказал, что просто не привык, что к нему приходят с миром. Он был очень гостеприимен и приветлив, угостил нас чаем и булочками… Рассказал о своей жизни до приезда в Диффоук. Знаешь, с его внешностью трудно долго оставаться на одном месте.
— Давно он переехал
— Пять лет назад. Поэтому, мне кажется, его и подозревают. Но я знаешь, что думаю? Месарош просто хотят его подставить. Они нашли подходящую мишень, на которую смогут безнаказанно всё свалить, и воспользовались этим.
— Или же он очень рад, что ты думаешь именно так, — заметил Арпад и наполнил стаканы снова. Они пустели на удивление быстро.
Нора кивнула. Глаза её начали блестеть от выпитого, лицо приобрело забавный румянец, но она оставалась собранной и сосредоточенной. Надолго ли?
— Итак, ты очень не хотела думать о нём плохо из-за внешности, но всё равно подумала, так? Что же тебя насторожило?
Она пожала плечами и покачала головой.
— Что-то неискреннее было в нем, не настоящее. Я знаю, как ведут себя запуганные люди, привыкшие раболепствовать перед более сильными. Он не был таким, хотя на словах сказал нам, что не привык к хорошему отношению. Но он не был и обозлённым. Он был… действительно приветливым и дружелюбным, но… У него ведь не было для этого причины! Вот скажи мне: как бы ты отнёсся к человеку, который явился к тебе, чтобы обвинить в убийстве, которого ты не совершал?
Арпад задумался и озадаченно погрыз край стакана. Действительно, как? Ему, к счастью, не приходилось испытывать такого на себе. А вообразить он не мог, теперь уж точно. В голове начало приятно шуметь, мышцы начали расслабляться, в комнате стало слишком тепло. И как только Норе не жарко в кожаной куртке? Сняла бы, или как…
"Эй, чувак, а ну-ка прекрати, — мысленно заворчал сам на себя Арпад. — Ты и так уже отказался от права называться объективным, вопреки тому, о чем просила Офли, а теперь ещё и это?"
Но размышлять об этом было слишком приятно. Единственный минус — он теперь не мог сосредоточиться на сути разговора.
— Знаешь, Нора, в мире бывают хорошие люди, — сказал Арпад. — Честные и бескорыстные, даже если судьба к ним не справедлива.
— Я знаю, — грустно кивнула она и залпом допила жидкость со дна стакана, снова задохнувшись на несколько секунд. — Я встречалась с такими. Но они не вызвали у меня подозрений.
Арпад хотел обновить, но девчонка отрицательно покачала головой, и он налил только себе.
— Возможно, потому, что их не подозревали в убийстве? — предположил он. — Или потому, что они не были уродливы?
Нора пожала плечами, и этот простой жест заставил Арпада на секунду зажмуриться, утихомиривая разыгравшееся воображение.
— Иди-ка отдыхать, Чудо, — сухо сказал он. — Завтра вместе пойдём к этому твоему Кеву-и-Олечу и попытаемся разобраться.
— Угу.
Девчонка бодро поднялась, но её вдруг повело, и она рухнула на пол, сшибив попутно стул. Арпад не смог удержаться и заржал — а ведь как бодро сидела!