Бронзовая лилия

Ройс Ребекка

Алехандро перекатился на бок.

— Это больше никогда не повторится. Никто никогда больше не войдет в наш дом и не причинит вреда моей жене. Не причинит вреда тебе.

— Я всё время думала, что твой кабинет уязвим. Так ли это?

Глупо было спрашивать, но это пришло мне в голову посреди перестрелки и то, что его документы могут быть украдены.

— Они не получили какую-то информацию, которую не должны были?

Он сморщил лицо.

— Ты беспокоилась о моём кабинете?

— Неважно. —

Я знала, что это бессмысленно, когда подумала об этом.

Алехандро обхватил меня за щеки.

— Мои дела в порядке. Есть резервное копирование всего, всего и всего. Я скрыл это от всех хакеров и крупных правительственных организаций в мире.

Это было достаточно логично.

— Глупая я.

— Нет, не говори так. Это мило. И очень умно. Грузовик пересекает границу и направляется в Чикаго - да, туда, потому что я выбрал твоих братьев, чтобы туда поехали первыми, чтобы они получили свой товар. План работает, а кто-то приходит сюда и стреляет в дом.

Я не поняла.

— Ты хочешь сказать, что это связано с моими братьями?

— Нет, я хочу сказать, что это не совпадение, что как только я успешно доставил товар, они пришли ко мне домой, думая, что я буду здесь. — Он провёл рукой по моим волосам. — Прости. Я должен был быть здесь с тобой.

Я прекрасно представляю себе такой сценарий.

— И ты бы вошёл, стреляя, и все были бы уже мертвы. Я спряталась. Гвадалупе тоже. Вот почему мы всё ещё здесь. Они не искали женщин, съежившихся в ваннах и туалетах.

— Ты говоришь так, будто сделала что-то не так, когда всё сделала правильно. — Он прижал наши лбы друг к другу. — Как и следовало. И ты спасла Гвадалупу. Ты прошла через ситуацию, в которой другие бы сдались.

Я закрыла глаза.

— Что теперь будет?

— Ну…

Снаружи хлопнула дверь, и я подпрыгнула, как будто что-то взорвалось. Алехандро вскочил на ноги, схватив пистолет с тумбочки, куда он положил его ранее. Обычно мы не спали, когда присутствовал его пистолет. Он распахнул дверь, прежде чем заговорил со мной.

— Это Франциско. Куда ты, черт возьми, делся? Что с тобой случилось?

Он ворвался в комнату, его одежда была разорвана, и вся в крови.

— Я убил другого ублюдка.

Я села прямо.

— Что?

— Я нашел его и убил. Он мёртв. У меня есть ещё несколько человек, которые были с ним. — Он тяжело дышал. — Они больше не будут тебя беспокоить.

Алехандро обнял брата.

— Ты в порядке?

— Я в порядке. — Они обнялись на мгновение, прежде чем отстраниться.

— Хорошо. — Алехандро провёл рукой по волосам. — Ты получил какую-нибудь информацию? Ты спросил его, кто его нанял? Ты вообще получил какую-нибудь информацию?

Плечи Франциско поникли.

— Честно говоря, мне это не пришло в голову. Мне

очень жаль.

Алехандро поднял руку.

— Все нормально. Ты сделал важное дело. Ты положил конец этой угрозе. Я не жду, что ты будешь допрашивать. Никто и никогда не просил тебя об этом. Это не твоя работа, но и убить его тоже не твоя работа. Ты мой брат. Ты важнее наёмника.

Он указал на меня.

— Они пришли в наш дом и стреляли в мою женщину. Меньше я бы сжег весь мир.

Алехандро кивнул.

— Я знаю. Ты намного сильнее, намного храбрее, чем мне хотелось бы, чтобы ты был. Но, брат, ты снова помог семье. Спасибо.

Взгляд Франциско встретился с моим.

— Никто не отберёт у меня то, что принадлежит мне.

— Gracias, (Спасибо) Франциско, — прошептала я.

Он наклонился и поцеловал меня. Его губы были прохладными, и я почувствовала на нем запах ночи. Прохладный воздух, то, как он висит на его одежде, даже с другими запахами на нём.

— Никогда не благодари меня.

Глава 14

Убийцы были мертвы, но, насколько я могла судить, это не изменило чувства Алехандро по поводу того, как всё должно было развиваться дальше. На следующее утро он проснулся, его лицо было прижато к моей шее сзади, он глубоко дышал, и я не знала, что он уже принял решение о безопасности. Я не собиралась расставаться с ним, если не буду с одним из его братьев, в том числе и в доме.

Переговоры дали мне возможность побыть одной в бассейне и в ванной. Я не могу иметь одного из них постоянно. Нет, если они не хотят, чтобы я психанула. Мой брат Армани тоже написал мне в то утро, но я его проигнорировала. Я не была несчастна в своей жизни, но и не была готова отпустить его с крючка. В меня стреляли и я жила жизнью, о которой никому не могла рассказать, как будто то, что мы делали вчетвером, было постыдным. Со временем я переживу это, но я не была готова простить его за то, что он ещё не предупредил меня.

Это делало меня мелочной. Я знаю.

Но самым большим изменением было то, что мой кабинет, где я училась, теперь находился внутри кабинета Алехандро. Как мы делили спальню, теперь мы делили и кабинеты. Проблема с этим новым обстоятельством заключалась в том, что я снова чувствовала, что вторгаюсь в его пространство вместо того, чтобы иметь свой. На самом деле я буду в меньшей опасности, чем раньше, но он, казалось, нуждался во мне, и все они были более расслаблены, если я была не одна. Тот факт, что я была одна, сводит их с ума.