Бронзовая лилия

Ройс Ребекка

Он действительно не понял?

— Алехандро, единственное, что тебе нужно было сделать, это жениться на мне. Ты мог решить запереть меня где-то, или морить голодом, или отправить меня куда угодно. Вместо этого ты был добр ко мне. Если всё не идеально, значит, такова жизнь. Ты сделал это соглашение очень приятным для меня. Спасибо за это. Мне некуда идти, или куда я хочу идти, но мне и не нужно больше вещей. Просто этого достаточно.

— Учитывая то, как обстоят дела, мне повезло, Лили. Ты могла бы быть совершенно другой, чем ты есть.

Я подняла пистолет.

— Теперь у меня официально есть всё, что мне когда-либо понадобится.

Он

указал на мою руку.

— Тебе нравится твоё кольцо?

Я взглянула на простое золотое кольцо, которое носила с тех пор, как мы поженились.

— О, конечно. Оно красивое. Да, спасибо.

У него был точно такой же. Я понятия не имела, откуда они взялись или кто выбрал их для нас.

— У тебя нет обручального кольца.

— Мы же не обручались.

Почему этот разговор принял такой левый поворот?

— Обручились, но это было десять лет назад, и никого из нас там не было.

Он взял мою руку, чтобы провести по ней пальцем.

— Было ли это то, что ты хотела выбрать как своё кольцо?

Я вообще не думала об этом. Даже один раз.

— В смысле, наверное, нет? Но об этом действительно не стоит думать. Кому какое дело до моего кольца?

— Что бы ты выбрала? — Он как будто полностью проигнорировал то, что я ему сказала.

— Я не любительница чистого золота. Мне нравится платина, серебро ещё лучше. Но это чепуха. Этот прекрасен. — Я отдернула руку. — Всё в порядке. Не думай об этом больше. Сейчас я пойду купаться. Увидимся позже.

Я чуть не столкнулась с Хавьером, который ворвался в комнату.

— Привет, милая Лили, — Он говорил это в последнее время, добавляя что-то к моему имени. — Извини. — Он наклонился и поцеловал меня в губы. — Алехо, отец только что уволил Артуро.

Мой муж уставился на своего брата.

— Что?

— Да, дал ему пинка. Сказал ему убираться из Мексики, иначе он его убьет. Никто не может в это поверить.

Алехандро покачал головой.

— Зачем ему это делать?

Я не знала Артуро, и, если я сейчас выйду, они могли бы говорить друг с другом по-испански, что они больше предпочитали. Я стала лучше говорить по-испански, как будто могу говорить так же хорошо, как годовалый ребенок, но это было хоть что-то. Они никогда не жаловались, и это, опять же, было больше, чем я могла просить. Дома они разговаривали не на своем родном языке, просто ради меня. Пора было купаться. Я не думала, когда я плавала.

Гвадалупе снова превзошла саму себя. Курица, которую она приготовила, была восхитительна. Кроме того, она действительно передала мне записку. Оно было на английском, и там было просто написано «Happy». Была ли она счастлива или хотела, чтобы я была счастлива? Я не знала, но это был первый раз, когда она попыталась общаться со мной.

— Хочешь посмотреть с нами телевизор? — спросил меня Франциско.

Я покачала головой.

— Нет, но спасибо.

Хавьер указал на меня.

— У нас здесь тоже есть англоязычное телевидение.

— Дело не в этом, — я сделала глоток вина.

— Тогда в чём? — Хавьер дернул меня за волосы. Обычно в этот момент Алехандро исчезал, но в этот вечер он не собирался уходить. Напротив, за ужином он был чрезвычайно болтлив.

Я никогда не видела его таким болтливым.

Снаружи послышался шум, и я напряглась. В последний раз, когда я слышала что-то за дверью, мы потеряли пятерых охранников. Не Эдуардо, который отвез моего мужа к отцу. Меня немного беспокоило его самочувствие. Как будто я уже однажды испортила ему жизнь, поэтому я хотела быть уверенной, что это не повторится снова на моих глазах.

Франциско вскочил и побежал к двери. Распахнув его, его пистолет был в руке и готов, но он быстро опустил его.

— Хавьер.

Хавьер бросился к двери, а Алехандро встал, чтобы посмотреть, что происходит. Он посмотрел на меня.

— Оставайся здесь.

Я кивнула. У меня не было никакого желания впутываться в очередную неразбериху. Он хотел, чтобы я осталась там, и я это сделала бы. Это точно.

Но я не ожидала, что в комнату введут кричащего мужчину, сильно трясущегося. Двое охранников несли его, и через несколько секунд его положили на землю в гостиной. Кровь была повсюду. Что происходит? Именно тогда я увидела пулевое ранение. Прямо в животе этого человека. Я никогда не видела никого с пулевым ранением прежде, но я видела много и много крови в своей жизни. Это не сделало меня более слабой.

Хавьер выкрикивал приказы, которых я не могла понять, и говорил с мужчиной тихим голосом. Я вскочила. Да, несмотря на то что мне сказали оставаться на месте.

— Алехандро, я беру полотенца, — крикнула я через плечо, схватив связку полотенец, которые Гвадалупе убрала ранее. Я надеялась, что эти полотенца не понадобятся ей. Это была забавная мысль. Технически они были моими полотенцами, но не ощущались таковыми. Они были её. Она была гораздо более ответственной здесь, чем я.

Я протянула одну Хавьеру, подложила одну под голову застреленного человека и попыталась понять, чем ещё я могу помочь. Хавьер вскочил на ноги, и тут я услышала снаружи визг шин.

Мужчины, которые принесли раненного, вынесли его, и на этот раз Хавьер побежал за ними. Все это было очень быстро и так нереально, что я почти не поняла, что произошло.

— Что случилось? — Я всё ещё держала три полотенца.

Алехандро похлопал Франциско по руке.

— Иди.

— Алехо? — я произнесла его прозвище, не подумав, и вздрогнула, но он, казалось, не заметил. — Что происходит?

Он заметно сглотнул.

— У нас есть вор. Кто-то только что взял с нашего склада что-то, что не должен был брать. — Он покачал головой. — Франциско собирается найти этого сукина сына и позаботится о нём, но я знаю, кто их нанял. Хавьер излечит нашего подстреленного человека. Я прослежу, чтобы о его семье хорошо позаботились, и я разберусь с тем придурком, который это сделал. Теперь, как быстро ты сможешь переодеться? Мы выходим. Мне нужна информация, которую я получу только в социальной атмосфере.

Происходило так много резких изменений, что я едва успевала за всем. Несмотря на своё замешательство, я кивнула. Я всегда была в состоянии быстро переодеться и выйти. Возможно, это было то, в чём я была лучшей в мире, и это была особая грусть, о которой я не могла позволить себе думать прямо сейчас.

— Я запуталась, — Я до сих пор не очень поняла, что произошло. — Я имею в виду, я поняла только то, что его подстрелили. Но почему его привезли сюда, а не в клинику, в которой работает Хавьер для всех людей, которые у вас работают?