Без границ
Шрифт:
Более важным, чем место его правления, был тот факт, что Бренор является лучшим другом еретика Дзирта До'Урдена, которого Жиндия намеревалась поймать или убить, как и отца Дзирта, Закнафейна, которого загадочным образом похитили из могилы и воскресили.
С точки зрения Жиндии этот акт похищения души был величайшим оскорблением для её дорогой госпожи Ллос.
– Мы должны, - ответила Жиндия жрице.
– Они — наше пушечное мясо, которое выманит дварфов из их нор.
– Зачем они нам?
– спросила Кирнилл, обернувшись, чтобы взглянуть на других «солдат», которых дом Меларн взял с собой на поверхность: пару огромных големов, изготовленных
Только самые ценные из преступников могли заслуживать подобных расходов, и Паучья Королева, богиня Ллос, через своих прислужниц-йоклол явственно согласилась со мнением Жиндии, что Дзирт и Закнафейн таковыми являлись.
– Способны ли дварфы остановить наших...
– Кирнилл замялась, пытаясь подобрать слово, чтобы верно описать могущественных существ перед нею, и наконец остановилась на: - ...священных пауков? Может ли хоть что-нибудь их остановить?
– Не будь опрометчива, - пристыдила её мать Жиндия.
– Наша богиня доверила нам самых дорогих конструктов Бездны. Самоуверенность здесь неуместна.
– Но что может остановить их, кроме завершения миссии?
– Их по-прежнему можно победить. Нет, - сказала Жиндия, заглушив очередное возражение, - я не недооцениваю их силу. Их создали величайшие лорды демонов, и это — могущественные союзники, которых следует ценить, превосходящие силой всё, что способны выставить мы против наших врагов. Но они не бессмертны, никогда не считай их такими. Да, они наверняка захватят или убьют Дзирта До'Урдена и Закнафейна, но затем вернутся обратно в Бездну, а мы останемся здесь — сражаться с грозным и окопавшимся противником.
– Но вы добьётесь величия, моя верховная мать, - кланяясь, сказала Кирнилл.
– Вы сделали то, что не сумели сделать Бэнры, и когда мы вернёмся...
– Когда мы победим двух еретиков, а потом захватим дварфийский город и все окрестные земли, мы вернёмся с истинной победой. Лишь тогда я добьюсь того, чего заслуживает Ллос: чтобы её самая преданная и любящая верховная мать наконец стала главной матерью Мензоберранзана. Время Бэнров подходит к концу. Давно пора возвратиться к чистой преданности Госпоже Хаоса, дроу давно пора стать неоспоримыми владыками Подземья, постоянно запуская руки на поверхность, чтобы напомнить еретикам наверху, что мы, а не они, избранные создания настоящей богини.
– Но сначала, - резко продолжила она, - мы должны защитить то, что уже имеем. Големы-захватчики почувствовали, что Дзирт и Закнафейн где-то рядом, под землёй. Без моего контроля — и он действительно слабеет! — они бросятся прямо в тоннели, чтобы наткнуться на стены короля Бренора.
– И они разрушат эти стены.
– Разрушат, если мы будем умны. Наши союзники среди людей и дварфов, вместе с армией демонов, предоставленной купцами дома Ханцрин, прощупают дварфов и узнают для нас их силы и слабости, и благодаря этим слабостям, захватчики из Бездны нанесут обжигающий удар королю Бренору и его друзьями.
– Простите моё неблагоразумие, - взмолилась Кирнилл с очередным поклоном.
Мать Жиндия ответила улыбкой — нетипичной для неё, поскольку эта улыбка была неподдельной. Первая жрица Кирнилл, которая была раньше матерью дома Кенафин и могла бы претендовать
– С такой силой в нашем распоряжении очень легко стать самоуверенными, даже небрежными, - сказала Жиндия в редком жесте понимания.
– Нам следует поддерживать бдительность, раз будущее кажется таким прекрасным.
Двое дварфов в унисон вздохнули и одновременно покачали головой. Их реакции, манеры и внешность были настолько схожи, что любой случайный наблюдатель наверняка принял бы их за отца и сына.
– Кто ж знал, что этот дурень Атрогейт закорешился с тёмными эльфами?
– саркастично спросил Френкин, младший из пары.
Бронкин снова вздохнул и почесал голову. Его жёлтые волосы были собраны в тугие косички, прилегавшие к черепу плотными рядами и свисающие ниже плеч, чтобы смешаться с огромной жёлтой бородой.
Френкин наоборот позволял своим жёлтым волосам болтаться свободно, но всё равно практически одновременно с дядей Бронкином потянулся точно так же почесать голову.
Внизу на выступе перед ними стояли двое людей, женщин Маргастер, вместе с горсткой дроу и чудовищными созданиями — полудроу-полупауками — окружившими женщин-дроу и просачивающимися сквозь многочисленные тени леса. Дюжины этих мерзких мутантов бродили вокруг, и даже для дварфов, которые и сами путались с демонами, проклятые гиганты казались просто... неправильными.
– Сдаётся мне, не надо было слушать этих треклятых Маргастеров, - признался Бронкин.
– Хоть мы и получили Терновый Оплот.
– И получим Гонтлгрим, - с широкой усмешкой заметил Френкин.
Бронкин пожал плечами, не желая пока что это учитывать.
– Теперь половина наших парней полудемоны, и весь Север нас ненавидит.
– Только если мы не сможем победить, - напомнил Френкин.
Бронкину пришлось кивнуть, поскольку это была правда. Как бы все благородные лорды и леди побережья Меча не заявляли об обратном, «сила в правде» оставалась всего лишь популярным заблуждением, тогда как выражение «кто сильнее — тот и прав» казалось ближе к реальности. И глядя на армию демонов, заполнивших окрестности разрушенной деревни полуросликов — теперь вместе с дроу и их мерзкими чудовищами-драуками, и с деньгами, хранящимся у Маргастеров и лорда Неверэмбера — победа действительно казалась близка.
И по условиям сделки с Инкери Маргастер, Бронкин Каменная Шахта станет вторым королём Гонтлгрима, получив силу огненного предтечи, величайшую магическую кузню во всём Фаэруне и дружбу с лордом Дагультом Неверэмбером, правителем Невервинтера и Глубоководья — и Лускана, поскольку этот город тоже вскоре должен был пасть.
Это стоило жуткого чувства внутри, когда он глядел на своих союзничков.
Сначала победим, а потом будем думать, как избавиться от демонов, молча сказал себе Бронкин.