Без границ
Шрифт:
Он надеялся улучшить настроение собеседницы своим искренним восхищением и одобрением талантов Закнафейна, но Мэлис нахмурилась лишь сильнее.
– Ты этого не хотел?
– повторила она низким и угрожающим голосом.
Джарлакс на миг растерялся, пока не понял, что мать Мэлис имеет в виду не официальную роль Закнафейна, а другие услуги, которые текущий оружейник дома До'Урден предоставлял ей.
– Только часть оружейника, - прямолинейно выпалил он.
– Тебе придётся это доказать, - ответила Мэлис,
Джарлакс хотел пожать плечами, но был достаточно умён, чтобы в этот деликатный момент придержать любые жесты, которые можно было принять за проявление равнодушия. Он не мог отрицать, что женщина перед ним весьма привлекательна, и тем более — учитывая её репутацию, но не мог и забыть о том, что Закнафейн — его друг. Впрочем, это не имеет значения, решил Джарлакс, поскольку сейчас он действительно был в роли загнанной мыши.
– Правда, верховная мать?
– радостно и с нетерпением спросил он.
– Вы окажете мне такую честь?
Не отрывая глаз от наёмника, мать Мэлис начала сбрасывать с себя одеяния.
Какое-то время спустя растрёпанный и уставший Джарлакс — репутация Мэлис была не преувеличена, как он наконец убедился, — прибыл ко двору матери Биртин Фэй и положил у подножия её трона мешок с серебром и золотом почти такой же крупный, какой достался матери Мэлис.
Он сказал Мэлис, что Биртин огорчит неудача её оружейника, поскольку скорее всего она потеряла значительную сумму по итогам боя, но на самом деле всё было совсем не так. Прислушавшись к совету Джарлакса, мать Биртин сделала крупную ставку против собственного бойца.
Но сделала это неохотно и по-прежнему оставалась не в восторге от исхода битвы — зато её гнев был направлен не на Джарлакса, который умолял её смягчить любую потерю репутации или возможную утрату оружейника, воспользовавшись преимуществом вероятного итога.
Тем более, что Джарлакс пообещал покрыть её расходы, если Авинвеса каким-то образом победит.
– Я уже распустил слухи, что битва была нечестной, - заверил её Джарлакс.
– Какая-то странная сила оглушила Авинвесу Фей-Бранч, а рядом с «Сочащимся миконидом» видели агентов дома Облодра.
– Никто по-настоящему не поверит в это.
– И не надо, - ответил Джарлакс.
– Достаточно заронить зерно сомнения, чтобы дом Фей-Бранч избежал потери лица. Это зерно как раз садят по всему Мензоберранзану, как мы и договаривались.
– Тебе следовало дать ему погибнуть, - с нескрываемым отвращением сказала мать Биртин.
– Я сам поразился тому, что его сестра из дома Тр'арах сохранила достаточно преданности, чтобы использовать исцеляющие заклятия, - солгал он. Он делал это — лгал — сегодня довольно часто, и при этом лгал весьма могущественным женщинам. Как рад был Джарлакс, что волшебная
– Он опозорил мой дом, - сказала Биртин.
Джарлакс достал новый мешочек с золотом из своей волшебной сумки, чудесного кошеля, который мог вместить целую гору предметов. Он поднял мешочек и слегка встряхнул.
– Тогда продайте его мне. По той же цене, которую за него заплатили.
Мать Биртин наклонила голову.
– Сегодня ты неплохо заработал на ставках, - сказала она.
Джарлакс не стал отрицать.
– Совсем неплохо. Может быть, Джарлакс убедился, что не сможет проиграть?
Наёмник тяжело сглотнул.
– Я никоим образом не нарушил правил поединка, - сухо заявил он.
– И готов подтвердить это под действием заклинания правды.
Она дала наёмнику знак снять повязку и стала читать заклинание. Джарлакс подчинился, но не смог сдержать вздох. Все верховные матери начали понимать силы этой волшебной повязки, и он боялся, что эту просьбу — нет, приказ — придётся слышать в будущем неоднократно.
Через несколько мгновений Биртин Фей замолчала и пристально уставилась на него.
– Я никоим образом не нарушил правил поединка, - с уверенностью повторил он.
Она жестом приказала наёмнику продолжать.
– Равно как и мои подчинённые.
Верховная мать ещё какое-то время с недоверием смотрела на него. Но Джарлакс, ради разнообразия, не лгал. Всё, что он сделал — обеспечил Закнафейна защитой от жульничества, что само по себе жульничеством не являлось.
Мать Биртин наконец почти незаметно кивнула, хотя всё равно выглядела недовольной. Джарлакс вернул повязку на место.
– Ты играешь в опасные игры, Джарлакс, - заметила она.
– Опасные игры — самые выгодные.
– Одна ошибка — и тебе конец, - пообещала верховная мать.
– Тем больше причин быть осторожным.
Мать Биртин Фей была преданной последовательницей Ллос, а её дом — одним из старейших и наиболее уважаемых в городе. Но её улыбка рассказала Джарлаксу всё; хоть она и смотрела на него свысока, она любила его игры. Интриги, риск, высокие ставки, хаос. Да, хаос. Она считала Джарлакса агентом хаоса, и ни одна верховная мать не могла сделать большего комплимента любому дроу, тем более — мужчине.
Именно в этот момент Джарлакс впервые осознал истинный потенциал Бреган Д'эрт, отряда, которого он создал просто в целях самосохранения. Теперь он смог полностью оценить эволюцию своего гамбита. Верховные матери, могущественные верховные матери, знали о его повязке, но редко приказывали снять её в их присутствии. Мать Мэлис доверилась ему и пошла на невероятный риск — потеря Закнафейна поставила бы крест на её амбициях.
Или нет, если она считала Джарлакса не менее ценным, и эта мысль тоже его пугала.