Белый край
Шрифт:
Мы молча смотрели друг на друга. Брат лорда томно улыбался, его ресницы подрагивали, пока он лениво рассматривал меня. У Ласвена был похожий взгляд. Но можно ли сравнивать их? Боги, у меня совсем не было опыта, и это смущало больше собственного тела. Вдруг мне нужно было что-то сделать, или Нэмьер обидится?
Его запах одурял, я вдыхала его и чувствовала, будто делала что-то запретное. А Нэмьер все смотрел и гладил мою руку. Очень нежно, как хрупкий лепесток. Вдруг он шумно улыбнулся и подался вперед. Тело
Я ждала, что сейчас произойдет что-то необычное, сладкое, новое…
Брат лорда легко коснулся моих губ своими. Лишь на мгновение, это был даже не поцелуй, скорее, случайность. Я подалась вперед, но он отстранился. Почему? Было страшно увидеть в его лице разочарование. Но нет, Нэмьер улыбался все так же маняще и оглаживал мои пальцы.
Странно, Ласвен обычно сгребал меня в охапку и целовал как последний раз в жизни. Наверное, брат лорда был разочарован, Бригита нравилась ему больше. Точнее, ее внешность, зачем ему такая палка.
— Все будет хорошо. Я буду навещать тебя, и ты быстро поправишься, а сейчас отдыхай, — сказал Нэмьер.
Он внимательно посмотрел на меня, а затем поднялся. Как, без объяснений? Я же с ума сойду.
— Подождите! — вскрикнула я и завозилась. — Вы… почему?
Щеки вспыхнули — зачем, зачем нужно было кричать? Теперь он примет меня за пугливую дуреху.
— Что такое?
Нэмьер нахмурился. Он ждал ответа, которого не было. Нельзя же было рассказывать о своих чувствах. Или можно? Он целовал меня, не по-настоящему, но все-таки. Не знаю…
— Зачем? — выпалила я и поняла, что краснею. Наверняка стала пунцовой — боги, после такого Нэмьер точно не захочет меня целовать.
— Что зачем? — спросил он и снова сел рядом.
Голос звучал удивленно, но глаза игриво блестели. Хитрец, опять смеялся. Видел мою растерянность и все равно мучил!
— Не издевайтесь, — простонала я и закрыла лицо руками.
Хотелось исчезнуть, вернуться в темницу, только бы не выглядеть так глупо. Нэмьер еще и посмеялся.
— Глупая, — пропел он.
Матрас снова зашуршал и вернулся древесный аромат. Такой теплый и манящий, боги, у меня по всему телу прошла дрожь. Пришлось вцепиться в одеяло, только бы сидеть ровно и не уткнуться носом в одежду Нэмьера.
Но он и сам приблизился и положил ладонь на мой затылок. До чего большой она оказалась, сразу стало так надежно, спокойно. Даже стыд отступил.
— Дай мне привыкнуть к тебе новой, — выдохнул брат лорда, — хорошо?
Его губы скользнули по моему лбу и направились ниже. Волосы легли на обнаженные плечи. Я словно оказалась под градом, все крутилось и било по голове: запах, руки, голос…
— Хорошо? — переспросил Нэмьер.
Горячее дыхание жгло
Хотелось столь многое, но что-то мешало. Я только подняла голову и уткнулась носом в шею Нэмьера. До чего она была горячей, жилка на ней быстро билась. Я уже чувствовала ее у своих губ, представляла, как буду целовать и обводить языком контуры. Но брат лорда был спокойным. Он сдерживался, и я казалась себе донельзя распутной.
Дождавшись кивка, он отстранился и с улыбкой заглянул мне в лицо. До чего красиво мерцали его глаза, словно лед на солнце. Белая кожа, ровные черты — Нэмьер казался идеальным, даже не настоящим. Мне нравилось это. После Гайди, щетины Ласвена и всего остального я млела от мысли, что прикоснулась к кому-то столь совершенному.
Слишком быстро он встал и направился к выходу. Рано, я еще не успела насладиться, он не мог уйти! Мысли закрутились волчком: мне плохо? Спросить что-то? Как задержать его?
Вдруг вспомнило то, что должно было тревожить больше всего.
— Что здесь происходит? — крикнула я. — Что за магия нападает?
Нэмьер замер и повернул голову. Он не смотрел на меня, а линии профиля стали необычно резкими.
— Сказка о лорде Белого края правдива? — не унималась я.
Брат лорда молчал. Сердце бухало, и в груди отдавалась тупая боль. Он разозлился, не следовало так набрасываться, ну что я за дура?
— Что за сказка? — недовольно бросил он и повернулся.
В звенящей тишине все звуки впивались в уши: постукивание каблуков, шелест одежды. Казалось, что и взгляд Нэмьера свистел, как летящая стрела. Я даже забыла, что хотела сказать и ущипнула себя за ногу, чтобы очнуться.
Он слушал мой лепет и хмурился все сильнее. Обратившись в слова, домыслы показались несусветной чушью. Какие еще слезы, боги, как можно было додуматься?
— Кто тебе это рассказал? — спросил Нэмьер.
Его голос тоже стал резким. Я чувствовала себя виноватой, не знаю, за что именно, но оправдываться хотелось почти физически.
— Няня, в Ильмисаре ее часто рассказывают. И в княжествах, даже Гайди ее знал.
Нэмьер не ответил, только смотрел на меня и продолжал хмуриться. Он казался взволнованным, а не злым, но молчание убивало. Как затишье перед бурей.
— Неужели здесь и вправду живет… существо, бывший сын лорда? — спросила я, только бы развеять тишину. — Что от меня хотел тот лед, что это за чары?
Брат лорда словно и не слышал. Он не двигался — боги, почему? Это было невыносимо, как лежать на плахе и ждать, когда рухнет топор. Я не могла терпеть, ответ требовался немедленно, не то задохнусь!