Беглец
Шрифт:
Начальник Тайной службы медленно поднял левую руку и сложил пальцы, будто для щелчка. Затем резким движением вытянул руку ко мне и щелкнул пальцами.
Я почувствовал, что мои ноги окаменели. Хотел шагнуть вперед и чуть не упал. Ниже коленей ноги потеряли чувствительность и не слушались.
— Ну, как вам эффект? — спросил Зотов.
— Не могу двинуться, — признался я.
— И не сможете, — довольно улыбнулся Никита Михайлович. — Заклинание действует около пяти минут. Но его можно снять.
Начальник
— Повторите это движение, — попросил я. — Хочу получше его запомнить.
— А вам это ни к чему, — расхохотался Зотов. — Чем дольше заклинание будет действовать на ваших противников, тем лучше. Честно говоря, я очень удивлюсь, если в первый раз заклинание продержится хотя бы минуту. Ну, пробуйте. Помните? Левая рука, складываете пальцы как для щелчка, затем резкий взмах вперед и щелчок.
— С моей памятью все в порядке, — вежливо напомнил я.
— Ну-ну, не ершитесь. Попробуйте сначала без магии.
Я несколько раз повторил движение левой рукой, и каждый раз Никита Михайлович был недоволен.
— Выше руку! — безапелляционно командовал он. — Щелчок жёстче!
Я повторил движение раз двадцать, прежде чем удостоился похвалы.
— Ну, это хотя бы на что-то похоже. А теперь самое главное. В момент щелчка представьте, что вы швыряете мне в лицо водяную волну. И не просто представьте, а ощутите ее. Почувствуйте, какая она мокрая и соленая, теплая или холодная. А затем толкните волну в меня не только рукой, а всем телом.
— Вам не терпится принять душ? — поинтересовался я. — Может быть, я лучше попытаюсь заморозить ваши ноги?
— Это мы тоже попробуем, — кивнул Зотов. — Поймите, Александр Васильевич, ударные заклинания разных стихий могут выглядеть по-разному, но суть всегда одна. Атаковать противника в своем воображении. А движение руки просто задает направление атаки. Не бойтесь, я не промокну. Вряд ли в первый раз вы сможете выжать из себя больше пригоршни воды.
— Ну, глядите, — усмехнулся я. — Потом не говорите, что я вас не предупреждал.
С воображением у меня всегда все было в порядке. К тому же Никита Михайлович здорово рассердил меня своими насмешками. Так что я живо представил себе холодную океанскую волну. Я даже услышал ее грозный рокот и ощутил на лице колючие брызги.
Затем резко взмахнул рукой и щелкнул пальцами.
Результат меня обескуражил — до Никиты Михайловича долетело всего несколько капель.
— Не впечатляет, — заметил он, вытирая каплю со лба и пробуя ее на вкус. — Соленая, надо же. Ну, пробуйте еще.
Зотов измывался надо мной больше часа. Пальцы у меня заболели от щелчков. Но все, чего я добился, — вызвал у него над головой моросящий дождь.
— Тренироваться вам нужно,
— А я и тренируюсь, — огрызнулся я.
— Вообще-то, для того чтобы освоить это заклинание, нужно не меньше месяца упорных тренировок, — усмехнулся Зотов. — Но я надеялся, что у вас с вашими талантами получится быстрее. Ладно, давайте попробуем щит. Запоминайте, щит ставится правой рукой. Вот так.
Зотов вытянул правую руку вперед и растопырил пальцы, словно пытаясь остановить меня открытой ладонью.
— А теперь задействуем магию.
Он быстро повторил движение, и между нами возникла стена песка.
Песок вихрился в воздухе, как будто его нес ураганный ветер, но при этом песчинки оставались на месте.
Песок полностью скрыл от меня фигуру Зотова.
— Будьте уверены, эту стену не пробить никакой магией, — услышал я его довольный голос.
Песок взмыл к потолку и растаял в воздухе, но не весь. Несколько песчинок с сухим шуршанием упали на деревянный пол.
— А теперь попробуйте вы, — предложил Зотов. — Постройте перед собой стену воды.
На этот раз у меня получилось лучше, но ненамного. Тонкая дрожащая пленка воды повисла между нами. Я смог удержать ее несколько секунд, затем вода пролилась на пол.
— Концентрации вам не хватает, Александр Васильевич, — усмехнулся Зотов. — А ведь вы занимаетесь опасным делом — исследуете чужие магические тайны. Мало ли кому это не понравится.
В его голосе я услышал странное удовлетворение, как будто Никита Михайлович радовался моей неудаче.
Хотя почему «как будто»? Он именно радовался.
— Да, я рад, что у вас ничего не вышло, — словно угадав мои мысли, сказал Зотов. — Свои слабости лучше знать, тогда вы не будете чересчур самоуверенным. Ну-ка, попробуйте сделать щит еще раз.
Я сжал зубы и послушался без споров. Снисходительный тон Зотова раздражал меня, а еще больше раздражало то, что он говорил, в общем-то, правильные вещи.
Видимо, злость способствовала концентрации, потому что на этот раз стена воды получилась ощутимо толще и уверенно зависла в воздухе.
Вот только это не помогло.
Зотов резко взмахнул левой рукой и швырнул в меня плотный комок песка, похожий на хвостатую комету.
Песок врезался в водяной щит и без труда его пробил, а заодно впитал в себя воду и шлепнулся мне в грудь комком жидкой грязи.
Удар был таким сильным, что я пошатнулся, а по новенькому мундиру потекли бурые грязные потёки.
Разозлившись ещё больше, я достал из кармана платок и принялся оттирать грязь.
— Лучше бы вам пока пореже ходить в одиночестве, Александр Васильевич, — сказал Зотов. — И постарайтесь не влезать ни в какие расследования. От бандитов вы вряд ли отобьетесь.