Аврора. Заря сгорает дотла
Шрифт:
Замерли оба. Фарр отодвинулся, в ночи лишь блеснули его глаза. Он недовольно сопел.
— Я же просил тише.
Аврора поморщила нос и села обратно, потирая плечо, собираясь конкретно съязвить.
Но в коридоре раздались шаги, и она вздрогнула. В щель под дверью пробралась полоска света, постучали.
— Ро, ты в порядке?
Аврора в ужасе вытаращилась на силуэт Фарра.
— Младший Жан-Перьи здесь.
— Жан-Перьи?..
Да что вообще можно тут соображать спросонья?!. Какой
— Ро?
Морские медведи, это же Чак. Он ведь выторговал ночевать в детской. Прелестно! Аврора шумно выдохнула и костяшками пальцев почесала виски.
— Да, — крикнула она в тишину. — Вазу случайно разбила, я во сне руками размахиваю.
И сердито покосилась на силуэт Фаррела, явно принимающего боевую стойку.
— Я войду?
Сознание резко затормозило. Что?..
А дверь уже начинала скрипеть, и сквозь щель опасно проникал свет.
— Стой! — запищала Ро, жмурясь. — Я… я не одета! Где… твои приличия?!
Раздался смех.
— Давай, — горячо зашептала Ро Фаррелу, — под кровать.
— Что?!
— Ну, пакуйся, скорей! Чак, тебе срочно?
— Раз уж ты не спишь… спустишься на кухню?
Ро поводила пальцами по кровати. Вот только подумаешь, что живешь, как человек… Поймала Фарра за руку — он уже собирался идти разбираться.
— Хорошо! — крикнула Чаку, чтоб тот побыстрей ушел. — Да погоди ты, — а это уже шепотом Фаррелу.
— Я заварю чаю!
И шаги вместе с полоской света удалились.
— Успокоиться? Преступник шастает ночью по твоему дому, требует встречи, а я — успокоиться?!
Фарр умудрился настолько выйти из равновесия, что кричал шепотом. Надо же… Это она его довела?.. Тихо рассмеялась.
— Мы с Чаком друзья. Совершенно из головы вылетело. Он втерся мне в соседи по дому.
Фарр так и сел на край кровати.
— Подвинься. И не смотри. У меня тут где-то пеньюар лежал… Я же в белье! Ты чего ворвался? Мы до первого орботто решили не видеться, а ты уже через пару часов…
— Друзья?! Соседи по дому?!
Ро застонала.
— Ты не говорила! — ревниво заявил Фарр.
И было это так смешно, что… Аврора примирительно развела руками.
— Как-то так уж вышло…
— О чем вы собираетесь говорить?
— Я не представляю! Ты-то здесь откуда взялся?
Фарр встал и скрестил руки на груди. Этот жест на фоне окна был хорошо заметен.
— Заря, ты на чьей стороне?
— Я… я наивный гуманист. Но ты не ответил на мой вопрос.
— Я приставил экспедиторов следить за Джарлетом и Кастеллетом. Представь себе что я подумал, когда первый подался в казарму, а второй — к тебе домой. Это тоже будет им передано, госпожа наивный гуманист?
Ро снова рассмеялась. Неужели ее истерики и ахи/охи для него тоже выглядят вот так? Вроде, не вредно.
—
— Здесь ничего не видно.
— И все же. Из вежливости хотя бы.
— А ты не сбежишь?
— Нет, конечно!
Дознаватель запыхтел и послушался. Отвернулся к окну. Ро откинула одеяло, на согнутых коленах добралась до стула — а ну как не выдержит и обернется? Не хотелось бы… Нащупала пеньюар, накинула, завязала поясок. И подошла к черной фигуре сзади, обняла, прижалась.
Совсем не нареченные. Морские медведи. Просто друзья. Кому она врет?..
— Я верю в людей, Фарр, уж прости за такой недостаток. Чак… хам, авантюрист и показушник, но он… добрый. Он тоже потерял родителей, и в их смерти мальчик винит империю. Он верит в старшего брата и странные, но логичные для него идеалы…
— А если он совершит вот этот теракт, как ты это называешь? — спросил Фаррел, не двигаясь. — Что тогда?
Не пытаясь освободиться из ее рук, но и не отвечая на объятия.
— Я… очень надеюсь, что не совершит. Но у него… своя голова на плечах.
— Ты станешь его отговаривать?
Ро мягко оттолкнула мужчину. Он в недоумении обернулся. Снова блеснули в ночи глаза.
— Ты забываешь, что я ничего не знаю! Так… я иду узнать, что понадобилось Кастеллету за час до рассвета, а ты ждешь меня здесь… И лучше — спя, потому как кому нужен невыспавшийся дознаватель? А небо уже вон — вот-вот светлеть начнет! И не показываешься, иначе план по взятию Странников на горячем провалится с треском!
И Аврора зачем-то толкнула беднягу Вайда на кровать. Конечно, незажившая нога устоять ему не помогла, он и повалился на смятые подушки и одеяло комком.
— Ро… — пробормотал Фаррел, поворачиваясь со стоном в одеялах. Его чернота отчетливо выделялась на белом.
А когда она открыла свою ларипетру — так и вовсе. И такое лицо страдальческое… До того, как зажмурился.
— Так это из-за него мы — друзья?
Улыбка вылезла сама собой от уха до уха.
— Мы друзья, мой друг, потому… что нареченным непременно положено дружить.
Она покраснела и выбежала в коридор. Ужас! Что она только что сказала? А-а! Похлопала себя по щекам. Ненормальная… У тебя воля, Ро, не железная, и даже не алюминиевая… Элементарно держать слова не умеешь.
А он — хорош… Представить себе — небось добрался еле-еле домой, а тут новость: один из злейших врагов идет к его… нареченной в дом. Как он летел, должно быть, по тайному ходу в библиотеку…
Ро хихикнула. На сломанной ноге. Не смешно, Зоряна… Хоть бы каплю совести…
И, тихо и счастливо взвизгнув — совершенно легкомысленно — она поспешила по ступенькам на предрассветный чай с имперским преступником.