Анафема

Лейк Кери

– Нет, нет. Ты не можешь это оставить. Ты должен съесть все целиком и больше никогда не есть домашних животных, понятно? Крысы в доме — это одно, но мы не едим домашних животных.
– Я толкнула отрезанную голову к нему ногой, и отвращение заставило меня скрутиться в узел.
– Ешь.

Райвокс подошел к голове кошки и впился зубами в ее бок.

Вместо того, чтобы откусить кусок, он пошатнулся в сторону и издал длинный стон, словно был слишком сыт, чтобы сделать еще один укус.

–

Ты должен съесть это! Ты не можешь просто оставить голову ее кошки валяться, иначе следующей на полу будет моя голова!
– Я снова подтолкнула голову к нему, но он оттолкнул ее когтем.

О, нет. Мне придется закопать эту чертову штуку, иначе она может ее найти. Хотя Агата редко заглядывала в сарай, она иногда туда заходила, бог знает зачем.

Сглотнув с трудом, я наклонилась, чтобы поднять голову с земли кончиками пальцев, избегая кровавых ниток мяса, свисавших под ней, и пошла к двери сарая. Один только вид головы вызвал у меня рвотный рефлекс, но я подавила желание проблеваться.

За щелями в дереве промелькнула смутная фигура, и я замерла, тихо ахнув.

Если кто-то увидит отрезанную голову, меня наверняка накажут. Я вздрогнула, вспомнив последнее наказание, которое мне назначила Агата, когда я была вынуждена вычищать ведра с содержимым брюшной полости дяди Феликса. Я поклялась, что больше никогда не буду делать ничего, что может привести к этой ужасной задаче.

– Проклятая птица, — прошептала я, стиснув зубы, отчаянно пытаясь сдержать тошноту, поднимающуюся в горле, пока я сжимала голову.

Когда фигура прошла мимо места, где щели в двери были самыми широкими, я не смогла понять, продолжила ли она свой путь или все еще стояла по ту сторону. С кошачьей головой, опасно свисающей с моей руки, я подошла ближе и прислушалась. Стук сзади заставил меня напрячь мышцы, и я обернулась, чтобы увидеть Райвокса, ковыляющего ко мне на четвереньках.

– Нет! — прошептала я, отмахиваясь от него рукой.
– Вернись в свой угол.

Он остановился, наклонив голову, словно был сбит с толку.

Звон дверной ручки поверг меня в бессмысленную панику, и я бросила голову кошки вправо, где она покатилась под полуразрушенную тележку, используемую для перевозки тел на близлежащее кладбище.

Когда дверь распахнулась, я затаила дыхание, вытирая кровь животного о свою темную юбку. В дверном проеме стоял дядя Рифтин с самокруткой между губами. Он вынул сигарету, выпустил дым и улыбнулся.

– Что ты здесь делаешь, МАЭВИТ?

Я украдкой оглянулась через плечо и с облегчением выдохнула, не увидев там Райвокса.
– Мне показалось, что я что-то услышала здесь. Какое-то существо.

– Какое-то существо? Я должен проверить, не бешенное ли оно.
– Он подошел ближе, зашел дальше в сарай, и мое сердце забилось чаще, когда я боролась с желанием взглянуть на отброшенную голову.

– Я искала. Ничего не оказалось. Я как раз собиралась уходить на обед.

Улыбаясь,

он наклонил голову.
– Вообще-то, я хотел поговорить с тобой. Наедине. О твоей сестре.

О, нет. Сейчас не время для такого разговора. И уж точно не с ним.
– Я очень проголодалась.

– Она волнуется, — сказал он, игнорируя меня.
– Ты знаешь Алейсею.

Она очень заботливая. Она думает, что такой человек, как Морос, разрушит такую невинную девушку, как ты.
– Я сомневалась, что это была самая насущная проблема, которая беспокоила мою сестру, и это заставило меня задуматься, если она солгала ему насчет ребенка. А может, ему просто было все равно.

Он поднял прядь моих волос и пропустил ее между пальцами.
– Она страдает, думая о том, как он врывается в твою узкую девственную киску.

– Я бы рискнула сказать, что моя сестра не думает о таких вещах.
– Когда я обошла его, направляясь к двери, он схватил меня за руку, вызвав тревогу в моей голове.

– Я мог бы помочь тебе привыкнуть.
– От шока я выпрямилась, и, словно почувствовав это, он улыбнулся еще шире и отпустил меня.
– Только если ты этого хочешь, конечно.

Желание закричать на него разрывало мне горло. Как он мог говорить со мной такие вещи, в то время как моя сестра беспокоилась о ребенке, которого он зачал в ней. Даже если она еще не сказала ему, какая отвратительная наглость с его стороны — так грубо предлагать мне такое.
– Ты мой дядя.

– Сводный дядя. Мы даже не кровные родственники.

– Это не имеет значения. Я не хочу иметь с тобой ничего общего.

Его щека дернулась, как будто эта фраза как-то задела его.
– Видишь ли, я слышал слухи, что мистер Морос увлекается странными вещами. Насколько я понимаю, немного грубоватыми. Тебе, возможно, стоит немного расслабиться.

– Извини, дядя. Мне нужно вернуться домой.

– Да, конечно. Обед.
– Он приподнял голову, сглаживая естественную ухмылку.
– Насколько я понимаю, мистер Морос должен прибыть сюда ровно в полдень.

– Я не хочу проводить день с мистером Моросом.

– Неважно, чего ты хочешь. Это ужасная вещь в таких договоренностях.
– Он поднял брови и вздохнул.
– В любом случае, если произойдет какое-либо изменение в твоих планах, сообщи мне.

Я с удовольствием помогу. Не хочу, чтобы такая невинная молодая девушка, как ты, страдала больше, чем нужно.

– Я не намерена страдать, ни в коем случае.

Его взгляд задержался на моих губах.
– Ну, это было бы что-то. Молодая сирота, противостоящая уважаемому члену этого прекрасного прихода.
– Он тихонько хмыкнул и коротко кивнул.
– Увидимся позже. Племянница.
– С этими прощальными словами он вышел из сарая, а я выдохнула дрожащим дыханием, каждая клетка моего тела была в состоянии отвращения.