Звезда надежды
Шрифт:
— И я вишу над этой бездной, как паук на паутинке, держась на хлипких дощечках и тоненьких веревочках, — бормотала она себе под нос. — И где-то поблизости Приспешники, которые за нами шпионят, и я влюблена в человека, который никогда не будет моим, и во вьюке у меня вещь, уничтожить которую мечтает Разрушитель. Должно быть, я совсем сошла с ума — ведь могла же я сейчас жить в безопасности у дяди Фергранда во Втором Постоянстве. — Керис печально покачала головой. — Керис Кейлен, у тебя мозги стали мечеными, не иначе.
— Тебе еще
— Спасибо, но я еще не допила и это. — Девушка уселась поудобнее на полу палатки Мелдора, опираясь на седло. Посох из черного дерева лежал с ней рядом: Керис завела привычку носить его с собой, чувствуя, что он передает ей какую-то часть уверенности Пирса в себе. Впрочем, она не была настолько беззаботна, чтобы искушать судьбу, рискнув выпить больше одной кружки вина. — Думаю, с меня хватит, если нужно, чтобы я поняла то, о чем вы хотите со мной поговорить. — Она взглянула на Мелдора, прислонившегося к скатанному спальному мешку из лучшей шерсти. — Ужин был очень вкусный, мастер Мелдор, спасибо тебе за приглашение. А теперь расскажи мне, в чем дело.
Мелдор кивнул Скоу, который, повесив бурдюк на шест посередине палатки, тут же выскользнул наружу. Будет стоять на страже, поняла Керис, чтобы никто не подслушал. Этим вечером в лагере появился незнакомец. Курьер по имени Гавейн, ехавший им навстречу, попросил разрешения переночевать вместе с путниками: даже курьерам иногда хотелось побыть в человеческом обществе. Даврон сначала заставил его раздеться до пояса, чтобы убедиться: знака Разрушителя на нем нет, — а потом радушно пригласил к костру.
Отсутствие в палатке Скоу лишь заставило Керис еще сильнее ощутить близость Даврона. Мастер проводник сидел на полу, опершись локтями на колени; он не смотрел на Керис, как и она на него, но проку от этого было мало: он наполнял мысли девушки, как наполняет живот слишком большое количество съеденных на празднике пирогов. Раздраженная и обеспокоенная, девушка подумала: «Этот ужасный человек так действует на меня одним своим присутствием, что я совсем теряю голову, даже не глядя в его сторону».
— Мы подумали, что тебе следует немного больше узнать о потоках леу, — точнее, о том, что мы о них думаем, — сказал Мелдор без всякой преамбулы. — Это может помочь тебе в поисках способа создания карт тромплери.
Керис кивнула:
— Мне говорили, что разрушение мира приводит к появлению трещин. Леу — зло Хаоса — через них попадает к нам из разрушенных частей вселенной.
— Да, и еще я слышал, как потоки леу называют следами когтей Разрушителя, — сухо сообщил Даврон. — Существует множество теорий на этот счет.
— И сейчас ты услышишь еще одну, — добавил Мелдор, — которая нравится нам больше. Керис, запомни сначала одно: как церковник, я провел за изучением Священных Книг больше времени, чем кто-либо другой. Я верю, что Создатель в пророчествах открыл нам, что случилось с нашим миром и как это исправить. К несчастью, мы не прислушались. Его слова, сказанные нам устами Посвященных и пророков, смешались с разглагольствованиями
— Ты полагаешь, что тебе это удалось?
Сухой тон Керис заставил Мелдора улыбнуться.
— Потоки леу — это не повреждения ткани мироздания, — продолжал он. — Должное прочтение Священных Книг говорит нам, что это проявления силы, а не скверны. Когда мир начал разрушаться, возникли трещины, это верно; однако они дали выход энергии вселенной, а не Хаосу.
— Что ж, это, на мой взгляд, удобный способ оправдать ваше использование леу, — сказала Керис. Мелдора это замечание не задело.
— Попробуй посмотреть на дело так, Керис: представь себе лесной пожар. Откуда берется тепло?
Керис заморгала. Она никогда не размышляла о таком, но вопрос, безусловно, был интересным. Действительно, откуда берется тепло?
— Из дерева. Благодаря тому, что оно горит, — осторожно предположила она. Впрочем, это был очевидный ответ, ничего на самом деле не объясняющий.
Мелдор показал на посох Пирса:
— Ну да, и тут тоже скрыто тепло. Посох не горяч на ощупь, пока тепло скрыто; оно освободится, только когда дерево загорится. А теперь давай назовем тепло не теплом, а энергией. Энергия может сварить нам еду, согреть, когда холодно — или уничтожить все вокруг. Подобным же образом, мне кажется, существует энергия, скрытая в ткани мироздания, и она высвобождается, только когда эта ткань рвется, как это сделал Разрушитель здесь, в Неустойчивости. Такая энергия может быть использована для добрых дел или во зло, так же как энергия, скрытая в дереве.
— Энергия? — переспросила Керис. — Леу — не скверна?
— Именно, — подтвердил Мелдор. — Энергия. Или магия, если ты предпочитаешь такое название, — мне-то оно не нравится. Колдовство — это что-то слишком неопределенное, состоящее из заклинаний и чар, которые я считаю ерундой. Магия — это всего лишь форма энергии, подобно теплу, скрытому в дереве. Пламя не проявление зла, хотя оно и может сжечь твой дом. Так же и магия — или энергия: она не содержит в себе ни добра, ни зла.
— Ты в самом деле веришь, что поток леу — это не порождение зла? — скептически спросила Керис.
— Конечно, нет. Не по своей сути.
— Расскажи это Квирку, — упорствовала Керис, хоть и начала чувствовать интерес к словам старика.
— Или мне, — тихо добавил Даврон. — Впрочем, я начал думать, что Мелдор прав. Так же как огонь может обжечь неосторожного ребенка, поток леу может сделать человека меченым. Другими словами, если не вмешивается Разрушитель, это скорее несчастный случай. Того, кто не является леувидцем, не следует заставлять переправляться через потоки леу, так же как нельзя ребенку велеть сунуть руку в огонь очага. Церковь не менее виновна в ужасах, которые случаются при переправах, чем Разрушитель, — просто потому, что она заставляет людей совершать паломничество.