Золотой ретривер
Шрифт:
Я пытаюсь намекнуть на то, что в тот отрезок (сразу после того, как Драго выбыл с игры) времени произошла аферка, которую я почти детально описал во вступлении.
Марк стоял около платной парковки, осматривая ворота, делая замеры тротуара. При этом, одет в светоотражающий жакет. Он ждет, пока парковщик не уйдет на заслуженный обед.
Движения «присядь–вытяни рулетку–сделай вид, что что–то замеряешь (например, ширину тротуара) — встань» надоели. Марк просто стоял, делая вид, что кого–то ждет, в свою очередь, наблюдая за прохожими. Дверь «Rotary Apartments», находившегося через дорогу, открылась, и на улицу вышел худощавый молодой человек. Он придержал дверь, пропуская женщину в пальто из шотландки
Женщина какое–то время постояла, словно в нерешительности. Давай, Мама, подумал я. Ты же не собираешься так легко его отпустить, правда? Он всего лишь в половине квартала.
Она последовала за ним, а когда они приблизились к углу, возвысила голос, и до меня донеслись ее слова:
— Остановись, не иди так быстро, я еще с тобой не закончила!
Он оглянулся, но продолжал идти. Она догнала его у автобусной остановки и дергала за рукав, пока он посмотрел на нее. Палец тут же закачался, как маятник. Я слышал только обрывки фраз: ты обещал, и отдала тебе все, и — думаю — кто ты такой, чтобы судить меня. Я не мог видеть лицо парня, потому что он стоял спиной ко мне, но его поникшие плечи говорили о многом. Я сомневался, что Мама впервые выскакивала следом за ним на улицу, непрерывно тараторя, никого не замечая вокруг. Она прижала руку к груди вечным материнским жестом: Смотри на меня, ты, неблагодарное дитя.
Паренек сунул руку в задний карман, достал бумажник, дал ей купюру. Она бросила деньги в сумочку, не взглянув на номинал, и пошла к «Rotary Apartments». Потом что–то вспомнила и вновь вернулась к нему. Марк уже не слышал то, что говорила эта мадам. Мимо проходил какой–то мужчина. Он демонстративно заткнул пальцем ухо, улыбаясь. Если Мама заметила, то не подала и виду. Она не желала замечать и смущения на лице сына.
Показался автобус. Когда он подъезжал к остановке, парень возвысил голос, чтобы перекрыть шипение пневматических тормозов. Но и этот крик Марк не смог разобрать.
Марка отвлек восклик. Не там, вдалеке, а прямо у него под носом. Он твердил о том, чтобы Марк закатил его «Кадиллак» на парковку. Мужчина заплатил, ушел за угол. Дальше сами можете догадаться о том, что произошло.
После кражи автомобиля, в предрассветные часы послехеллоуинского утра, я оказался не дома, а в океане. В штормящем океане. Я цеплялся за планширь большого судна — думаю, яхты — и меня едва не смывало за борт. Ревущий ветер швырял капли дождя мне в лицо. Гигантские волны, черные у основания и пенно–зеленые на гребне, накатывали на меня. Яхта поднималась, накренялась, потом вворачивалась вглубь, словно штопор в бутылочную пробку. Я вырвался из этого сна с гулко бьющимся сердцем и скрюченными руками, пытающимися ухватиться за воображаемый планширь. Да только ощущение, что кровать ходит вверх–вниз, осталось. Мой желудок будто отцепился от мышц, которым полагалось удерживать его на месте.
В такие моменты тело почти всегда мудрее рассудка. Я отбросил одеяло и рванул в ванную, по дороге пнув ненавистный желтый стул. Потом,
На побережье Марк начал разговор с человеком, которого практически не знал:
— Слушай, ты должен меня понять правильно. Если не восприймешь информацию, с которой я с тобой поделюсь, то просто сделаешь вид, что нашего разговора не было. Хотя сейчас я рискую ухудшить свой авторитет в твоих глазах, но я знаю на что иду. Ты согласен принять мои правила?
— Целиком и полностью.
— Дело в том, что сейчас мне как никогда нужна помощь. Драго от меня ушел, хоть и не по своей воле. Как я полагаю, ты станешь достойной заменой.
— Что от меня требуется?
— Для тебя это будет диковинкой, но лучше–ка я покажу на примере.
Марк принялся обходить пляж, атакуемый морским бризом со стороны воды. Не сразу стало понятно, чего он добивается. «Мистер Блащиковски» подходил к туристам, отдыхающим на лежаках, а они в свою очередь давали ему некоторое количество денег, сродни тому, как бы они участвовали в благотворительности. По сути, это и является благотворительностью. Люди скидываются во имя излечения больной души.
Когда Марк вернулся и объяснил все более детально, тучи рассеялись, как и в прямом смысле, так и тучи над сознанием собеседника «мистера эМБи».
Проснувшись на следующий день, в горсти опилок на ногах, Марк позвонил Яну:
— Доброго утра, соня. Ты не поверишь, что со мной случилось.
— Не поверил бы, если бы не знал тебя. Каков наш план?
— Заедь забери удочки, а вечером я буду на месте, указываемом в сообщении, которое отошлю немного позже. Я не решил, куда следует поехать.
— Мы будем на рыбалку собираться?
— Можно и так сказать. Хотя я и был не единажды с дедушкой на рыбалке, но не помню, чтобы он поймал хотя бы одну рыбешку. Обычно мы ставили удочку, а сами накрывали поляну, осыпая ее всякими вкусностями, приготовленными бабушкой.
— Небось, именно с дедушкой ты впервые попробывал алкоголь. Мне кажется, что это вполне вероятная ситуация.
— Да, но именно поэтому я больше никогда не притрагивался к водке. Меня просто воротит от нее.
— Ладно, я буду через час. Юлие нужно быть вместе с нами?
— Я захватил три удочки, поэтому твоя подруга будет весьма кстати. Больше наловим.
— Понял, уже собираюсь.
На этом разговор окончился.
Приехавший Ян был в недоумении по поводу плана, но недоумение вызывало еще большую заинтересованность и азарт. Подкормил интерес внешний вид переделанных удочек: на одной был на конце нацеплен большой круглый магнит, на другом — крючок, на третьем — маленький пакет, скрывающий еще что–то определенно интересное. Погрузив в машину дивные и странные приспособления, парни пожелали друг друг скорой встречи. Через двадцать минут на Nokia Яна пришло сообщение:
«Пролетарская улица, на углу третьей больницы. 23:20.»
Вызов принят. Ян позвонил Юлие, сообщив, что ее ждет, хотя и сам не был уверен. Не уверившись, что она заинтригована, Ян окончил общение.
Марк же тем временем был полностью расслаблен, развалившись на диване, употребляя перорально Биг — Мак и запивая его бутылочкой Ubuntu Cola, смотрел на Blu — Ray–проигрывателе «Симпсонов». Время дает подарок в виде расслабления и отдыха. Но не для того Марк строил свое королевство, чтобы расслабляться. Расслабся, покажи, что ты слаб — тебя разорвут на части, скормив медвеженку Тедди. Но ничего более не оставалось делать. Но «мистеру Блащиковски» становилось все хуже.