Зодчий. Книга VIII
Шрифт:
Поэтому Кун Дон.
Под большим зонтом всё равно было неуютно, но осталось ещё немного потерпеть. Последний выверт системы. Пусть будет прощальным её выкидоном.
Чуть дальше тянулись длинные очереди грузовиков и машин простых людей, ждущих своего часа на таможне. Некоторые торчали здесь с ночи. Но это проблемы тех, кто ничего не сумел добиться. Потому что кто хочет, тот способен на всё.
Мунгевич уже в двадцать лет сколотил свой первый миллион, почти без помощи отца. Ведь нельзя назвать помощью всего двадцать процентов акций концерна. Впрочем, чёрт с ним, со
С приятной мелодией дверь отворилась, пуская графа в святая святых людей, желающих унижать других из зависти к чужой свободе. Миловидная девушка с азиатской внешностью встретила Мунгевича почтительным поклоном и указала, куда пройти.
Он оценил её попку, соблазнительно манящую при ходьбе.
И даже не заметил, как оказался в просторном кабинете с большим столом, за которым сидели двое мужчин в штатском. Один из них листал толстенную папку.
Дверь за графом закрылась, оставив телохранителя снаружи.
— Яков Маркович Мунгевич? — бесцветно произнёс тот, что сидел справа. Прямой, как столб, узкоплечий, с выдающейся вперёд челюстью и русым ёжиком волос.
— Граф Яков Маркович Мунгевич, — с презрением сказал он, ощутив укол тревоги.
— Да-да, конечно, — закивал «ёжик». Его напарник закрыл папку. Взгляд у него был усталый, словно владелец голубых глаз видел всю жизнь, и та ему порядком надоела.
— Яков Маркович, — сипло произнёс голубоглазый. — У нас есть к вам несколько вопросов. Сущие формальности.
— С кем имею честь?
— Нулевой отдел, — тут же вставил «ёжик». Мунгевич увидел перстень одарённого на пальце. А вот у голубоглазого дара не было. И, графу показалось, будто бы он и не благородный вовсе. Но ведёт себя, словно ровня!
— Впервые слышу.
— Мы знаем, — сказал голубоглазый. — У нас есть ряд вопросов, Яков Маркович. По вашим активам, по выводу счетов, по ситуации с фиктивной застройкой жилого комплекса «Екатерина», по махинациям с государственными заказами и ухода от налогов.
Мунгевич не удержался от улыбки:
— Вы в своём уме? Вы вообще представляете, с кем сейчас говорите? Последствия можете оценить?
— Вполне, — продолжил голубоглазый со скукой.
— В таком случае, готовьтесь, — граф отвернулся и попытался открыть дверь. Та не поддалась.
— Что это значит? — он бросил быстрый взгляд на сидящих. «Ёжик» медленно встал из-за стола и неторопливо пошёл к Якову Марковичу, держа в руках бумагу. Сам граф вытащил телефон.
— Я сделаю один звонок, и вы отправитесь разносить почту в Новый Уренгой, — пообещал он. — А ваши жёны будут молить о том, чтобы вам позволили это делать.
— Сомневаюсь, — сказал голубоглазый.
«Ёжик» протянул бумагу графу, и тот взял её машинально. Опустил взгляд. Бумага, о лишении всех титулов и привилегий. С подписью Его Императорского Величества.
— Это шутка?! Я ведь так этого не оставлю! — ахнул он. — Род Мунгевичей имеет влияние!
— Имел. У нас есть предложение к вам, Яков Маркович. Нужно несколько подписей, самая малость, и вы можете продолжить ваше увлекательное путешествие. В противном случае… Есть вакантное место в бригаде на Сахалине.
— Я хочу видеть своего адвоката, — выпрямился бывший граф. — Нестеренко Юрия Игнатовича!
— Боюсь, что он не хочет вас видеть, — с издёвкой вздохнул представитель Нулевого Отдела. — Боюсь, что никто не хочет вас больше видеть.
— Мой брат этого так не оставит!
— Ваш брат уже всё подписал. Полчаса назад. Прошу, садитесь, — голубоглазый показал на простой стул напротив себя. — И разомните пальчики. Подписей нужно будет много.
Глава 10
Не помню, как добрался до кровати. Всё было как в тумане, да и самочувствие оставляло желать лучшего. Тело будто распухло, энергетические каналы жгло, и даже мысль об аспектах вызывала дурноту. Однако после того, как я оказался под прохладным одеялом, жизнь моментально стала налаживаться. Осталось только повернуться набок, подтянуть колени к груди и закрыть глаза.
Я не успел. Уснул на этапе поворота и проспал без снов почти до полудня. Зато, когда, наконец-то, продрал глаза и выглянул в окно, то уже нашёл в себе силы на приятные эмоции. Там за стеклом, мир покрылся свежевыпавшим снежком, который ещё не успел подтаять. В одну ночь пришла зима, немного раньше календарного срока. Следопытам Глебова будет проще работать, но и затраты на энергию теперь вырастут. С учётом того, как живут охотники в Форте, туда придётся больше направлять. Теплоизоляция и экономия — это не для Вольных.
Я спустил ноги на тёплый пол и с трудом дошёл до кухни, придерживаясь стены. Слабость никуда не делась, но хотя бы ушла дурнота. Скорее всего, до конца дня последствия будут. Технология Аспект-Интегратора хороша, бесспорно, но если идёшь против природы — не жалуйся на откаты.
Пффф… Возле кофеварки пришлось перевести дыхание, совершать лишние движения не хотелось, поэтому я запустил машинку техномагией, а затем дополз до холодильника, откуда вытащил яйца.
После чего привалился к столешнице и занялся омлетом, осторожно зондируя доступные мне аспекты. Так, огненный перешёл на мастера, что расширяло мои возможности на дистанции. Уже успешно. Водяной, к сожалению, остался прежним. Да, источник стал увереннее, однако на следующую ступень не перешёл.
Зато земельный Аспект порадовал. Касаться его силы было приятно, ранг вырос до Ткача Реальности. Ощущения, словно сделал глоток свежего воздуха полной грудью, а не коротким всхлипом, как прежде. Источник внутренних сил стал значительно больше. Полагаю, теперь можно и Рапиру транспортировать. Если, конечно, в себя приду. Чашка кофе источала спасительный аромат, и я медленно сел, наслаждаясь запахом. Посыпал корицы сверху. Уффф… Вот как выходит, только проснулся, а уже уставший.
Что ж, альбинос Матисов владеет двумя аспектами, как мне удалось узнать. Один из них на ранге Ткача и это Огонь. Второй аспект, неожиданно, Вода. В целом, трудностей в предстоящем поединке не будет. Тревоги Снегова я не разделял, но и совсем расслабленно к бою не относился. Да, Матисов опытный дуэлянт, что даёт ему преимущества, однако…