Зной

Келлерман Джесси

Реджи посмотрел ей в глаза, ухмыльнулся:

— Пожалуй, что нет.

— Спасибо, — улыбнулась она.

— Тебе в адвокаты податься следовало.

— Да?

— Серьезно. Или

в копы.

— Что это ты так быстро меня разжаловал? — спросила она.

Реджи притворно набычился, пощипал себя за щеку, нарочито окинул ее взглядом с головы до ног и прикусил губу.

— Э… знаешь что, Гиги…

Глория уже поставила сумочку на стол.

— Моя доля, — сказала она, протянув ему двадцатку.

Таким огорошенным она его еще не видела.

— Да?

— Я знаю, что делаю.

— Ты уверена?

— Как всегда, — сказала она.

Благодарности

Многие люди помогали мне писать эту книгу, делясь со мной своим опытом. Спасибо Бенджамину Дж. Мантеллю, Джеффу Фореру, Майклу Розену Ларри Мальбергу Джеду Резнику Терри Поррасу и Марибель Ромеро. И особенно большое спасибо достопочтенному Леону Брикману. Любые присутствующие в книге ошибки

и натяжки принадлежат мне и только мне.

Моему литературному агенту Лайзе Доусон — образцу уверенности в авторе и веселости, а в добавление к этому и редакторское ее дарование оказалось бесценным. Дружба с ней — подарок, за который я буду вечно благодарен судьбе.

Все сказанное мною о ней в равной мере относится и ко второму моему редактору, Кристин Пип. Спасибо за все. Эма и Альба: вы вдохновляли меня. Эма, в частности, посеяла в меня семя, из которого выросла эта книга. «Ha'omer davar b'shem she'amro mevi geulah le'olam»(Талмуд, Мегилла, 15а).

Маме и папе: за то, что они были моими первыми и лучшими учителями во всем, что касается писательства. За то, что всегда улыбались, услышав от меня: «Прочтите вот это». И секли меня за нахальство. За то, что неустанно ободряли меня и оставались зрячими, когда слепли все другие, за безупречную самоотверженность и бесконечную любовь.

И моей жене, моей жене, моей жене.