Злые компаньоны
Шрифт:
Он приближался. По его дыханию, запаху пота и секса я понял, что он приблизил свой передок к моему лицу. Я думал, не подбила ли его Энн на это.
— Давай же, хватай это, — сказал он.
Я пожалел, что у меня нет ножа, но мне пришлось обойтись руками. Мой кулак угодил в мягкий белый овощ его гениталий, и он издал противный звук, подобно тому, как спускает воздушный шар. Жаль, что я не видел испуга в его глазах — зрачки превращаются в точки, веки плотно закрываются. Он рухнул на пол, хватая воздух и постанывая от боли.
Когда это произошло, загорелся свет. Все стояли и смотрели, точнее,
— Хорошо, вечеринка окончена. Скотт, пожалуйста, отведи Даниеля домой.
Игра закончилась. Усталые актеры начали собирать свои аксессуары и костюмы, готовясь отбыть домой. Наступило полное изнеможение, которое охватывает труппу за кулисами после особо трудного спектакля. Некоторые подошли попрощаться с Энн. Даниель, которому помогли встать Скотт и его новая подружка, даже удостоил меня взгляда.
Когда все ушли, Энн сказала:
— Даниель как-то раз отхватил руку одному мужчине мясницким ножом.
Она сказала это почти бесстрастным голосом, но вцепилась в мою руку, словно я каким-то образом нанес удар по всем силам в мире, которые отравляли ей жизнь.
Когда все ушли и в квартире не осталось никого, кроме нас, она выключила большие лампы, и мы пошли в ее спальню. Там горел красный цвет, точнее янтарный, она включила лампу, стоявшую на полу. Когда мы лежали на постели, она начала похлопывать и поглаживать меня, словно плюшевого медвежонка. Позволив себе заниматься этим довольно долго, Энн пошла за детским маслом. Я разделся, вытянулся на животе, и она натерла мое тело холодным маслом. Расслабление волнами хлынуло на мое тело. Впервые после нашего знакомства я почувствовал себя в безопасности и тепле. Она совсем не разговаривала, и мне это также доставляло наслаждение. Ее руки гуляли по моему телу, как встречающиеся друг с другом насекомые. У меня появилось желание опорожнить мочевой пузырь и кишечник, я стал таким несдержанным.
— Чего тебе хочется? — выдавила она, когда наконец совсем усталая легла рядом со мной.
— Заползти в твое чрево, — ответил я.
— У тебя ничего не выйдет, дорога туда слишком извилиста. — Она начала возиться с моей задницей, собирая в складки плоть, делая в ней дырки. — Отдыхай. Расслабься.
Я последовал ее совету. Как только я так поступил, она засунула палец мне в заднее отверстие. Его тоже она успела смазать маслом. Энн начала возбуждать меня, зазывающе двигая своими бедрами.
В ту ночь я долгие часы не смыкал глаз, пока она тихо спала рядом со мной. На этот раз я не смог разглядеть луну. Легкий ветер шелестел занавесками, творя из них странные формы. Я оцепенел, по моим ребрам струился холодный пот. Когда мне было пять лет, я испытал тот же невыразимый ужас.
События прошедших двух дней и ночей омрачили мою унылую жизнь, окутали ее тонким слоем мглы. Я не сомневался, что, проснувшись, увижу мир еще более затуманенным взором.
Глава третья
Куличики
Утром
— Что с тобой? — спросил я. — Такое прекрасное утро.
— Сейчас день, — нетерпеливо ответила она, поправляя меня.
Я начинаю капризничать, когда преследую единственную цель — раздражать людей, особенно если это кажется опасным делом.
— Как ты познакомилась с Даниелем? — спросил я.
— Не твое собачье дело.
— Почему он тебе нравится?
— Потому что у него есть яйца.
Она хлебала свой кофе, тепловатую смесь гущи с горячей водой из-под крана.
— Яйца? Что это означает?
Подобная женская вульгарность всегда бросает меня в дрожь. Она тут же воскрешает образы тореадоров, которым угрожают рога быков и какая-нибудь кровожадная страстная девица на трибуне, кончающая в трусики. Все же Энн мне не ответила.
День мы провели за чтением и телевизором. Показывали мультфильм, который она смотрела, жуя воздушную кукурузу в столь типичной позе, что мне захотелось сфотографировать ее. Она сидела на диване, скрестив ноги, с прямой спиной, в нижнем белье, потому что в квартире было очень тепло. Энн не позволяла разговаривать, пока шел мультфильм. Я читал один из жеманных романов Роналда Фэрбенка и временами посмеивался про себя. Когда мультфильм закончился и иссякла кукуруза, Энн подошла ко мне взглянуть, что я читаю.
— Что это такое?
— Книга Фэрбенка.
— Кто это такой? Дай посмотреть. — Она выхватила у меня книгу и начала читать. — Уф. Он какой-то чудаковатый, правда?
— Не знаю. Он просто не такой, как все. Разве этого недостаточно?
— Не такой. Я не такая, как ты, ты не такой, как я. Что мне делать с не такими? — Она бросила книгу, будто это и было решением вопроса. — Пойдем. Мне надо встретиться с Лайонелом.
Жилище Лайонела находилось на верхнем этаже здания напротив 2-й авеню, рядом с районом Бауэри. У Лайонела была огромная мансарда, где он отливал скульптуры из металла, орудуя паяльной лампой в защитных очках и фартуке из асбеста. Он обрадовался, увидев Энн, проигнорировав меня. Он ужинал с несколькими гостями перед огромным камином.
Лайонел напоминал мне гангстера. Я сообщил об этом Энн еще до того, как мы пошли к нему, и она усмехнулась:
— Дорогой, будь спокоен. Я ему не дам обидеть тебя.
Он отвел нас в сторону, чтобы сообщить Энн всю гнусную подноготную о своих гостях:
— Они — подонки. Я думаю, как избавиться от них. Они сидят здесь уже много часов. Мари приготовила немного тушеного мяса, а они пожирают его. Хочешь мяса?
Голос Лайонела был резок и скрипуч, а его предложение прозвучало как угроза.