Женщины
Шрифт:
что, обогнув пустырь, уходит вглубь
пространства. Там ряд домиков, халуп,
построек двухэтажных – из-под век-то
с ресницами намокшими тебе,
читатель, плохо видно, но не важно.
Так вот, там нет домов многоэтажных.
Они за нашим домом. Там совдеп
монументальный, уходящий в гору,
откроется восторженному взору.
179
Еще полгода буду я ходить,
точнее
автобусах, в ту школу, где распутный
Чернов и Ангелина, где любить
продолжу Лену, но однажды мама
мне скажет, что на следующий год
пойду я в школу новую, и вот
я заартачусь, небольшая драма
в душе случится, никому о том
я не скажу, конечно. В горле ком
180
в кровати перед сном при мысли: как же
я буду жить без Лены? – сам собой
сойдет на нет, и вот уже к другой
прилепится сердечко мое, скажет
оно себе: вот новый идеал.
Да, в августе я в пионерский лагерь
отправлен буду мамой, на бумаге
пора пометить, чтоб читатель знал,
двенадцатый я год живу на свете,
но мы чуть остановимся на лете
181
двенадцатом моем, - как я сказал,
я в лагере… И вот уже влюбляюсь
в девчонку, вечерами ошиваюсь
с ней там, где потемнее, кинозал
покинув летний – фильм какой-то скучный, -
над нами звезды крупные блестят,
листвою темной тихо шелестят
две пальмы у скамейки, многозвучный
благоухает воздух, моря близь
меняет направленье ветра – бриз
182
ночной вступает в силу, - с побережья
на море дует легкий ветерок.
Становится прохладней. Я шнурок
на кедах завязав, гляжу промежду
двух тополей на звезды – Млечный Путь
так виден хорошо сегодня, - Ольга
рассказывает мне про страсти в морге,
про то, как у покойников растут
и волосы, и ногти, так что надо
их подстригать… И ужаса прохлада
183
проходит через сердце. Да, как мир
порою страшен… С Ольгою подружка
сидит и, видно, холод до макушки
ее пробрал, плечами дернув, «быр-р»
невольно произносит она. Все же
мне хорошо. У Ольги так глаза
блестят, когда она чуть-чуть назад
откинув волосы и матовую кожу
щеки мне показав, бросает взгляд
чуть влажный на меня. Я счастлив, рад.
184
Когда
из лагеря с собою заберет,
мне станет скучно. Что тут делать? Вот
и упрошу я маму меня дальше
не оставлять здесь в день, когда она
в Алушту в воскресенье вдруг приедет
меня проведать. На велосипеде
я лучше покатаюсь другана,
так думаю, и посвящу футболу
последнюю неделю перед школой…
185
А в сентябре, в один из теплых дней,
поеду я разыскивать ту школу,
где в пятом «В» должна быть Ольга Голуб,
найду ту школу, похожу по ней,
но Ольги не найду. Спросить кого-то
у одноклассников о ней я постыжусь
и так ни с чем домой к себе вернусь
с пронзенным сердцем лучником Эротом.
Я, как лунатик, против воли шел
ее искать. Когда же не нашел,
186
в каком-то смысле стало даже легче…
Но очень скоро я влюблюсь опять,
теперь уж в одноклассницу, гулять
с ней буду вечерами, хотя речи
пока что о свиданиях не шло,
скорее это были посиделки
у школы, возле дома, где в горелки
играли мы двором всем, где взошло
отрочество мое, как то светило,
и многое подспудно осветило…
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ОТРОЧЕСТВО
I. НА СТАВКЕ`
1
Был август месяц. Вдруг заволокло
все небо грозовыми облаками,
что так клубились, словно кто руками
замешивал опару. На стекло
ставка легли и первые две капли
дождя, круги пуская по воде.
Прохладный ветерок по лебеде
и камышам прошелся; словно цапли
на берег заспешили рыбаки.
Вот два луча, как будто две строки
2
расшитых золотом, мелькнули из-за тучи.
И вдруг через мгновение черно
вокруг все стало, словно кто окно
задвинул коверкотом, и трескучий
раздался гром. И ливень начался.
Но склоне дамбы, где росли сурепка
и курослеп, мы прыгали, нередко
поскальзываясь, словно три лося,
и восклицали междометья, ржали,
восторг переполнявший выражая.
3
Дождь вскоре кончился. Чуть воздух посветлел.