Жара в Архангельске
Шрифт:
— Ну, спасибо за компанию и удачи, — и спутник Оливы, откланявшись, направился к толпе так же ожидающих кого-то у высотки молодых людей.
Глава 19
Олива стояла у высотки, облокотившись на бордюр, и ужасно нервничала, теребила волосы, то и дело смотрелась в зеркальце, поправляя макияж. Затем, бросив зеркальце в сумку, пытливо вглядывалась в проходивших мимо парней, высматривая среди них очкарика, гадая, он — не он? Один на вид дохловатый, щуплый очкарик, и правда, вскоре нарисовался, но, пройдя
Олива ещё раз натянула юбку ниже колен, дабы скрыть свои разорвавшиеся колготки, и огляделась. Положение было дурацким. Мало того, что припёрлась сюда, как идиотка, в раздранных колготках и размалёванная как индеец, так ещё теперь торчит тут и дожидается какого-то четырёхглазого, который до сих пор не соизволил прийти. Оливе стало стыдно за свой порыв, свои вчерашние волнения, когда звонила ему и назначала встречу. Может, встать и уйти, пока не поздно? Но она по-прежнему оставалась стоять и ждать непонятно чего, то и дело краем глаза косясь на того красавца, что тоже стоял несколько в отдалении и всё ещё ждал свою девушку.
«Может, заговорить с ним? — невольно подумала Олива, — Ведь ничего же криминального не случится, если я… ну, например, спрошу у него время…»
Но, пока она собиралась с духом, парень, словно угадав её мысли, опередил Оливу.
— Без пятнадцати час, — произнёс он, проходя мимо неё и глядя на часы, — Думаю, дальше ждать смысла нет.
— Твоя девушка, я вижу, тоже не явилась на встречу? — робко спросила Олива.
— Да, в общем-то, она не моя девушка. Так, в интернете познакомились… Я даже фото её не видел.
— Ты знаешь, у меня точно такая же история… — начала Олива, и оборвалась, поймав на себе его пристальный взгляд, — Что, что такое?.. Испачкалась?.. — она нервно зашарила в сумке в поисках зеркальца.
— Да нет, — сказал зеленоглазый, всё так же пристально глядя на неё — Странные, однако, эти москвички. Позвонила мне вчера под вечер, назначила встречу и не пришла…
Олива вспыхнула аж до самых ключиц и выронила зеркальце из дрожащих рук. Она нагнулась, чтобы поднять зеркальце, но спинным мозгом почувствовала на себе его взгляд и, красная от стыда, вскинула на него глаза. Он улыбался.
— Так, понятно, — произнёс он, еле сдерживая смех, — Из Мурманска, значит. Улица Каретная… Или нет, Лошадная…
Олива еле сдержала себя, чтобы не рвануть без оглядки со всех ног.
— Ещё скажи: Конюшенная, — продолжал издеваться Даниил, — Ай-яй-яй, как нехорошо. Вот же врунишка!
— Ну, хватит! — махнула рукой Олива, готовая провалиться сквозь землю.
Даниил, скрестив руки на груди, продолжал с усмешкой глядеть на неё. Его глаза просвечивали её насквозь, как рентген, и Оливе, вдруг увидевшей себя с его стороны, стало ужасно стыдно и своей нелепой коротконогой фигуры на метровых каблуках-ходулях, и размалёванного дешёвой косметикой узкоглазого лица, и безвкусной крикливой бижутерии, и вороньего гнезда на голове. Ей так хотелось произвести на него впечатление, что вырядилась как дура. Да ещё и это враньё про Мурманск — как чёрт за язык
— Да, — явно разочарованным тоном произнёс Даниил, — Интересная у нас с тобой встреча получилась. Ну, и… что делать будем?
Это означало: не думал я, что ты такое чучело огородное! Я-то представлял тебя не так. Думал, если не красивая, то хотя бы симпатичная. А тут — пугало пугалом. Какая-то маленькая, неказистая, да ещё узкоглазая как чукча. А намалевалась-то как… Пять слоёв пудры, пять слоёв туши на ресницах, жирный слой помады на губах — того и гляди, вся «штукатурка» осыплется. Кофта ещё какая-то кислотного цвета, серьги в пол-лица, и причёска — «я у мамы вместо швабры». Ужас. У-жас.
Олива чувствовала, что не нравится Даниилу. Щёки её горели от стыда и обиды, на глаза наворачивались слёзы. Она присела рядом с ним, ссутулившись и низко опустив голову.
— Не знаю, — еле слышно прошептала она, не смея взглянуть на него.
Это означало: я знаю, что не нравлюсь тебе, и это мне больно, но задерживать тебя не смею. Можешь уходить, я тебя не держу.
Но, тем не менее, Даниил уходить почему-то не торопился…
Глава 20
Да, и правда интересная встреча получилась у Даниила с Оливой.
Он помнил её ник на Астуде. Помнил, какой был зимой скандал на форуме, и как её оттуда выперли. Он, конечно, в эпицентре того скандала не участвовал, но был сторонним наблюдателем. Не приняв сторону ни ту, ни другую, он, хоть и сам в глубине души осуждал Оливу, что впёрлась на чужую территорию как к себе домой, однако догадывался, что не от хорошей жизни эта москвичка, не имевшая к АГТУ никакого отношения, оказалась на студенческом форуме города Архангельска.
А потом эта встреча в Блогах на мейле… Даниил случайно нашёл там её блог — и зачитался. Что ни говори, а умела Олива описывать свои мысли и переживания так, что мороз по коже.
Они стали общаться в мейл-агенте. Иногда даже спорили, находила коса на камень. Даниил всё время как-то исподволь говорил о своей избранности, о том, что он — верховное существо с какой-то миссией. Оливу это бесило. Она наскакивала на него, Даниил спорил, входил в азарт. В спорах, как известно, рождается истина; но только не у Оливы и Даниила, ибо, исстрочив страницы Блогов на мейле объёмными текстами, каждый из них в итоге всё равно оставался при своём.
А теперь вот эта встреча в реале…
Нет, Олива не была ангелом со сломанными крыльями, которых он искал, по миссии своей спасения Архангельска. Она вообще ни к ангелам, ни к архангелам не имела никакого отношения. Человеком она была. Простым человеком, грешным и бескрылым. Но она была поломана. Сильно поломана, о чём Даниил моментально догадался, глядя на неё невооружённым глазом. И помощь ей была необходима, как никому другому.
Но как верховное существо из царства Духов с глазами Зелёного Дракона могло помочь обыкновенному, хоть и поломанному душевно, человеку?..