Землянка для наемников

Солнечная Тина

— Или мне не кажется, дорогая? Ты беременна?

Я опустила глаза. Сердце колотилось в груди. Не от страха — от того, как много сейчас значила эта тишина между нами. Дрейан молчал, но я чувствовала, как его внимание сжалось в одну точку — на мне. А потом он подошёл, коснулся моей щеки и шепнул:

— Это правда? — голос Вэлка дрогнул, в нём было что-то между надеждой и страхом.

Я кивнула. Едва заметно. Словно движение ресниц.

Наступила тишина. Такая плотная, что казалось, даже воздух перестал шевелиться. Я не поднимала

глаз. Просто стояла, зная, что в эту секунду меня читают до самой сути.

— Ты… беременна? — тише, почти выдохом, переспросил Дрейан. Я услышала, как он сделал шаг вперёд. — От кого?

— Что за вопрос? — буркнул Вэлк, но голос у него был странный — охрипший. — Конечно от кого-то из нас.

— Я просто… хочу услышать, — добавил Дрейан, он был настолько растерян. Словно не мог поверить, что я могу решиться родить от такого, как он.

— От вас, конечно, дурачина, — прошептала я.

На лице Вэлка промелькнуло что-то необъяснимое — и облегчение, и что-то вроде восторга. Он выдохнул, провёл ладонью по лицу, как будто только что выбрался из глубокой воды, и вдруг резко шагнул ко мне и заключил в объятия.

— Почему ты молчала? — его губы коснулись моего виска. — Почему не рассказала нам? Когда ты узнала?

— Я не знала, как сказать. И… я хотела побыть в этом состоянии сама. Я узнала сразу после прилёта, — прошептала я, сжав пальцы в кулаки.

— То есть и дальше бы молчала? — хрипло спросил Дрейан, делая шаг ближе. Его ладонь осторожно легла на мой живот — почти благоговейно, как в ту ночь, когда мы ещё не знали, но уже чувствовали. Я дрогнула, но не отстранилась. Наоборот, потянулась к нему ближе.

Вэлк хмыкнул — с такой характерной смесью раздражения и нежности, что я едва удержалась от улыбки.

— Ну, теперь всё ясно. Это она тогда гнездилась на корабле. Удивительно, что тут не стала. Я ждал, если честно. Уже искал, где ты себе угол выбираешь, — он подошёл с другой стороны и тоже коснулся моего живота. — Ты с ума нас сведёшь, знаешь?

— Уже свела, — выдохнула я, а потом — не удержалась.

Всё, что было дальше, случилось будто само собой.

Их губы — сначала на моей щеке, потом на виске, потом мягко, почти боязливо — на губах. Один, другой. Вздох, стук сердца, касание. Моя кожа горела, но не от стыда — от любви. Оттого, как бережно они смотрели на меня, будто я была чем-то священным.

А потом их губы коснулись моего живота. Сначала осторожно. Потом увереннее. Дрейан прижался щекой, обнимая меня за талию, а Вэлк прошептал что-то непонятное, но от этого у меня защемило грудь. И впервые — я позволила себе поверить, что всё будет хорошо.

— Наш малыш, — прошептал один.

— Спасибо, Виола, — шепнул другой.

А я просто стояла, закрыв глаза, и наслаждалась этим счастьем.

Они возвращались по одному — кто с работы, кто с пробежки, и каждый раз сердце замирало, как будто я снова должна была признаться. Но теперь я уже не боялась.

Когда

Келлар вошёл в дом, я стояла у окна, обнятая Дрейаном и Вэлком, с лёгкой, почти глупой улыбкой на лице. Он уловил эту атмосферу с порога, нахмурился, потом замер, переводя взгляд с одного на другого — и на мой живот, который Дрей наглаживал, как одержимый.

— Беременна? — спросил он хрипло. Без предисловий, без заминки. Просто прямо в точку.

Я кивнула.

Он подошёл молча, обнял меня со спины и уткнулся носом в шею, выдыхая. Ничего не сказал. Но не надо было — я и так почувствовала, как сильно он этого ждал.

Саэт зашёл в комнату где я отдыхала, когда вернулся со встречи. Его глаза скользнули по лицам, потом остановились на мне. Я всё ещё сидела на краю кушетки, опустив голову и прижимая ладони к коленям.

— Что тут у вас? — спросил он с ленцой, но в голосе уже звучало напряжение.

— Виола… — начал Вэлк и вдруг замолчал, будто не знал, как сформулировать.

Саэт хмыкнул.

— Что, неужели сломала что-то? — Он подошёл ближе, изучающе посмотрел на меня. — Нет, вроде цела. Или… ты снова кого-то домой притащила?

Я медленно подняла на него взгляд. В нём было столько всего, что мне и скрыть толком не удалось.

— Я беременна, — сказала я тихо. — И да, уже довольно долго. Просто… я не знала, как сказать.

Тишина. Саэт моргнул. Раз, другой. А потом резко выдохнул и прошёлся по комнате, как будто искал, за что уцепиться.

— Вот это поворот, — пробормотал он. — Ты серьёзно?

Я кивнула.

Он застыл, посмотрел на мой живот, потом на лицо, затем снова вниз — и хмыкнул:

— А я думаю, чего тебя на сладкое всё тянет. И почему утром выглядишь как ударенная хвостом по лбу. Ну, теперь всё встало на свои места.

— Я… правда хотела вам сказать. Просто сначала думала, что… — Я пожала плечами. — Не знаю. Хотела, чтобы это было только моё. Хоть немного.

Саэт тихо рассмеялся, но в этом смехе было что-то мягкое.

— Ну, теперь это наше. — Он подошёл, сел рядом, но не тронул. Только взгляд у него стал странно тёплым. — Если кто-то посмеет сказать, что ты не умеешь хранить секреты — я лично ударю.

Я фыркнула, а он притянул меня к себе и поцеловал.

— Ты не злишься?

— Я злюсь всегда, ты знаешь. Но сейчас… наверное, меньше обычного.

Он хотел что-то ещё сказать, но в этот момент дверь распахнулась, и в комнату ввалился Риан.

— А я слышал слово «беременна»! — выпалил он с порога, остановился и уставился на нас. — Ви?

Я просто кивнула. И тут же он подбежал, словно поймал джекпот, поцеловал меня, отталкивая Саэта, а потом отстранился.

— Всё! Пеку торт. Не лезьте! Сам!

— Скажите, что он не добавит туда… — начала я.

— Всё будет идеально, мамочка, — подмигнул он и унесся обратно.

— Мамочка, — повторил Саэт, будто пробуя слово на вкус, и усмехнулся.