Зависимые

Верзун Яна

– Да, заснула. Ты так рано.

– Как и обещал.

Руки начали шарить по ее телу. Она закинула ногу на его бедро и постаралась прижаться как можно сильнее. Все-таки Кирилл замечательный. Ей следует почаще говорить об этом.

Пока Кирилл целовал ее, она подумала, что слишком долго он чистил зубы и слишком сильно пахнет зубной пастой.

Глава 5

Следующие дождливые месяцы Кирилл вставал в шесть утра и ехал в офис, а возвращался уже затемно. Первым делом,

выйдя из дома, он записывал аудиосообщения жене. Похожие по содержанию, они быстро стали семейной традицией.

«Доброе утро, любимая. Оставил тебе кусочек шоколадки. Черт, в собачью какашку наступил. Хорошего тебе дня, малышка. Оденься нормально, холодно, у меня уже руки замерзли. Целую тебя, женушка моя».

Чтобы увеличить прибыль компании, Кирилл взял двадцать пять заказов вместо привычных двадцати. Когда понял, что команда не потянет таких объемов, выложил объявление о поиске архитектора и лично проводил собеседования. Иногда он так засиживался с кандидатами, что не замечал, как из офиса уходил самый трудолюбивый из его чертежников. Кирилл ездил на объекты, спорил с менеджерами о ценах и сроках, читал отзывы о своей компании в интернете, связывался с модераторами, чтобы договориться об удалении негативных комментариев.

Несмотря на плотный график, Кирилл каждый день заказывал для жены обед, потому что знал о ее привычке забывать поесть вовремя. По выходным Кирилл организовывал семейный досуг. Водил жену на выставку в Пушкинский, в открывшийся после реставрации кинотеатр на Арбате, во все ее любимые рестораны. Попросил составить список подарков, которые она хочет, и каждый день дарил по одному. Последней в списке была сумка, которую Вероника присмотрела в их прошлогоднюю поездку в Рим. Теперь сумка лежала в оранжевой коробке на заднем сиденье машины, когда они возвращались из устричного бара.

От неожиданности Вероника вскрикнула и прикрыла рот рукой:

– Господи, Кирилл, зачем? Она ведь ужасно дорогая!

Кирилл улыбнулся и почесал палец, который порезал накануне, когда мыл стакан.

– Что значит «зачем»? Ты ведь так ее хотела! А я хочу, чтобы у моей любимой женушки было все, что она хочет.

– О, как это мило! – Вероника поцеловала его в щеку. – Это самая красивая сумка в мире! А ты самый лучший муж!

Вероника хотела добавить, что покупку сумки нужно отметить, но передумала.

На следующий день она приехала на работу пораньше. С новой сумкой на плече подошла поздороваться со всеми, кто в десять утра был на студии. Только когда большинство коллег поперхнулись утренними бутербродами от зависти, Вероника и сумка уединились в кабинете. Созерцая красоту синей кожи и элегантность позолоченной застежки, Вероника открыла записную книжку. Как обычно, дел было больше, чем часов в сутках, но сегодня ей это нравилось. Уверенность в том, что именно она так хорошо влияет на мужа, который больше не пьет, кружила голову.

Редактор Юля заглянула

в кабинет после обеда и застала Веронику с баночкой колы на столе и в патчах под глазами.

– Да ладно ты, не отклеивай, – сказала Юля. – Хотела предупредить, что сегодня в семь будет небольшая вечеринка, здесь, на первом этаже. Отмечаем удачный пилот и Лёхин день рождения. Ты ведь останешься?

– Не знаю, надо подумать.

– Окей. Дай знать, как определишься.

Студийные вечеринки напоминали маскарад: несмотря на прозрачность информации друг о друге, все снимали обручальные кольца, хвастались новыми машинами и показывали видео из отпуска в Майами. Вероника не любила эти мероприятия, но сегодня ей захотелось остаться.

В восемь часов она достала телефон и написала сообщение: «Кирюш, у нас сегодня небольшая тусовка в студии», – отправила. «Ты не против, если я останусь?» – отправила стикер обнимающихся котят. Она хотела добавить что-то еще, но Кирилл ответил: «Конечно, развлекайся», – стикер Джо Триббиани с пиццей в руках.

Вечеринка оказалась веселой. Такой же, как всегда, но почему-то веселой. Высокий парень с вызывающими зависть густыми волосами пытался с ней флиртовать. Постоянно подливал вина и говорил об искусстве.

Когда она собралась уходить, даже обнял ее. Оказалось, приятно. Непривычно худые руки, сладковатый запах сигарет. Парень попытался поцеловать ее в щеку, она отстранилась, но почти почувствовала прикосновение его губ. Это было новое ощущение, дурацкое ощущение своей привлекательности и доступности. Но так нельзя.

В половине второго позвонил Кирилл и уже через двадцать минут поднялся за ней, чтобы отвезти домой. Но вместо этого они до рассвета гуляли по покрытому туманом Ботаническому саду и обсуждали ее коллег, пока не кончился чай в термосе.

Утром за завтраком Кирилл сказал:

– Забыл с тобой поделиться. Мне звонил Игорь, месяц назад, наверное, предлагал встретиться. Не знаешь зачем?

– Понятия не имею. – Шея покраснела до кончиков ушей. – Может, хотел проконсультироваться насчет перестройки дачного дома. Я ведь тебе говорила про мамины планы? Она хочет сделать из второго этажа салон. Устраивать там дегустации запеканок и все такое. Кстати, про запеканки. Сделаешь мне бутерброд?

Она облизнула палец и стала собирать им крошки со стола.

– А как же твое интервальное питание? Или голодание? – спросил Кирилл и подошел к холодильнику. – Сегодня у меня есть два часа после работы – наверное, встречусь с твоим отцом. Да, кстати, я заказал новую гитару, акустику, сегодня должны привезти. Если меня не будет, встретишь курьера?

Вероника допила отсутствующий в стакане кофе и встала:

– Кирилл, давай я сама поговорю с папой? Зачем тебе тратить время? А мне как раз нужно узнать у него про машину. Положи бутерброд в контейнер, я по дороге съем.