Завещание

Маргарет Джоанна

Мои руки и ноги дрожали, меня била дрожь. Я расправила шарф и обернула его вокруг себя. Прикусив язык, я ощутила привкус крови во рту.

– Хорошо, Нико, – сказала Северина, но затем заглянула в комнату. Наши взгляды пересеклись. – Ну, наслаждайтесь, ребята, и будьте осторожны. – Она подмигнула. – Увидимся, когда я вернусь. Вы идете сегодня вечером в остерию?

Я пошла к двери, разглаживая бархатную юбку.

– Северина, вообще мне тоже пора. Семья, у которой я остановилась, готовит для меня прощальный ужин.

–

Так рано?

– Они решили приготовить несколько традиционных блюд. И я должна им помочь. Я выйду с тобой.

– Ну и отлично, – кивнула Северина.

– Я провожу тебя. – Никколо попытался взять мою руку. Я увернулась.

– Сейчас, только захвачу записи. – Я с трудом собралась с мыслями.

– Мы подождем тебя в холле, – улыбнулась Северина.

– Я помогу, – предложил Никколо.

– Не стоит.

Они оба остались в комнате, наблюдая за мной. Я быстро положила письма обратно в папки, а когда Северина что-то прошептала Никколо, я положила две записки Розы обратно в один из брачных договоров. Затем накрыла коробку крышкой, но не смогла ее завязать, так как бечевка был перерезана. Никколо хмыкнул, поднимая коробку.

– Северина, ты не возражаешь, если я быстро поднимусь наверх в твою комнату и переоденусь в свою одежду?

– Ты можешь взять эти вещи на время, Изабель. Просто принеси их с собой, когда придешь завтра. Или на следующей неделе.

– Я думаю, ей следует оставить корсет здесь, – бросил через плечо Никколо.

– Я вернусь завтра, – пообещала я.

– Не пойми меня неправильно, я не имел в виду ничего такого, – продолжил он. – Опять же, Флоренция совсем рядом. Всего час или два на поезде?

– Я переоденусь тут, прямо сейчас, – решила я. – Северина, подождешь меня?

Она нежно погладила Никколо по щеке и затем повернулась ко мне.

– Да, конечно, как скажешь. Только поторопись, пожалуйста, а то я уже опаздываю. – Они вышли из комнаты, но я не могла самостоятельно снять корсет. Пришлось приоткрыть дверь на пару дюймов и позвать на помощь: – Мне нужно, чтобы ты расшнуровала корсет, Северина.

– Давай я помогу, – вызвался Никколо, но Северина опередила его и поспешила в комнату. Я прикрыла дверь, но не услышала щелчок замка.

Когда она ослабляла тугую шнуровку, то, должно быть, почувствовала мою дрожь.

– Ты в порядке? – Она положила руку мне на плечо.

От ее прикосновения я вздрогнула и смахнула слезу тыльной стороной ладони.

– Да. Все в полном порядке. – Мой голос дрогнул.

– Ты уверена?

– Он… Я…

С трудом, но мне удалось взять себя в руки и не расплакаться. Северина наклонилась и прошептала мне на ухо:

– Он выглядит настоящим дамским угодником. Но это не так. У него доброе сердце, которое очень часто оказывалось разбитым из-за женщин. Будь с ним помягче.

– Дело не в этом, – вздохнула я, – просто…

– Чего вы там копаетесь? –

крикнул Никколо из коридора.

Я подняла голову и посмотрела на потолок, чтобы слезы не выступили у меня на глазах.

– Изабель, не обращай внимания на Бет, – сказала Северина. – А Нико – маменькин сынок, он не представляет угрозы. Сейчас я настолько взволнована любовными письмами, что не могу думать ни о чем другом. Давай встретимся завтра возле палаццо и выпьем кофе? Или, может быть, я приеду к тебе в Шотландию, чтобы у нас было время вдали от моей сумасшедшей семейки. – Она коротко приобняла меня одной рукой.

Я закончила одеваться, и мы вышли из комнаты, держась за руки. Мы прошли мимо Никколо, и я, поспешив вперед, начала спускаться по первой из лестниц, держась за перила и, стараясь ступать твердо, чтобы не держать равновесие. Северина следовала за мной, и я отчетливо слышала стук ее высоких каблуков. Когда мы наконец вышли из палаццо, я смогла расправить плечи.

– Я пойду с тобой, Северина, – сказала я.

– Но нам же в разные стороны! Кампопизано в той стороне! – Она указала в направлении площади. – Ты опоздаешь на урок кулинарии.

– Нет, я просто…

– Прости, Изабель, я уже и так опаздываю, поэтому должна бежать. Ох, зря я надела каблуки. – Она засмеялась. – До завтра! – Северина начала спускаться по ступенькам, а я бросилась бежать, прижав сумку к телу.

Спустя несколько кварталов я начала задыхаться и перешла на быстрый шаг. Вскоре Никколо догнал меня. Он положил руку мне на плечо, но я скинула ее.

– Не трогай меня! – закричала я срывающимся голосом.

Он встал предо мной, преграждая путь, и нахмурился, словно не понимал, в чем дело. Я оттолкнула его с дороги и продолжила идти.

– Да ладно тебе, – примирительно произнес Никколо. – Это была шутка. На самом деле я не собирался ничего делать. Я просто дразнил тебя. Преподал тебе небольшой урок. Разве тебе не понравилось?

Я плотнее запахнула пальто и ускорила шаг.

– Я сказал, что ничего не собирался делать, – повторил он, не отставая от меня. У меня не осталось другого выбора, кроме как бежать в другую сторону. Через несколько минут я вспомнила о перцовом баллончике, который дала мне Марта. Нащупав его в кармане, я остановилась и обернулась. Никколо не было видно.

Сориентировавшись, я пошла в сторону Кампопизано, выбрав другую дорогу. Из-за моросящего дождя тротуары были мокрыми и скользкими, и несколько раз я едва не упала. Улицы сияли блестящей чернотой, таинственные, мерцающие и гротескные одновременно. Мне нужна была минутка – если я не остановлюсь сейчас, то больше и шагу не сделаю. Мое тело сотрясали рыдания, я всхлипывала и задыхалась. Одежда промокла, пронизывающий холод жег кожу. Я крепко обняла себя руками и снова двинулась вперед. Вскоре слезы утихли, им на смену пришла ярость.