Запомни мое имя
Шрифт:
достигаю своего апогея, взрыв удовольствия пронизывает моё тело, затрагивая все нервные
окончания. Это, похоже, словно через меня прошло чистое электричество. Натан прижимает
свой лоб к моему плечу, пытаясь восстановить дыхание. Я делаю то же самое и одной рукой
ласкаю ему спину, а другую запускаю в его волосы.
Какое-то время мы так лежим, соединенные и, не говоря ни слова, а затем Натан
переворачивается на бок, заключает меня в объятия и крепко прижимает к себе.
—
— Да, это было... идеально.
— Ты идеальна, — говорит он, потом нежно целует меня в губы. И пока он меня целует, я осознаю одну вещь: ощущения и эмоции, которые я испытывала прямо сейчас, и все
чувства, которые я испытала с тех пор, как встретила Натана, были настолько сильными и
интенсивными, что перевернули вверх дном мою душу. И даже если ничего не помню о
своём прошлом, я уверена в одном: ничто и никто не сможет уничтожить эти эмоции. Я
влюбилась в первый раз, и впервые в жизни я занималась любовью. И всё это с Натаном. С
этим новым осознанием и с сердцем переполненным любовью, я засыпаю, убаюканная его
дыханием.
* * *
Просыпаюсь от ласкового прикосновения рук Натана к моим волосам. Я чувствую себя
такой расслабленной, удовлетворенной, счастливой. Мне кажется – я плыву на облаке и могу
прикоснуться до неба пальцем.
— Доброе утро, любовь моя, — говорит Натан, понимая, что я не сплю. — Как ты себя
чувствуешь?
— Очень хорошо, а ты?
— Я тоже.
Пальцем он приподнимает мой подбородок и прежде чем нежно поцеловать смотрит с
обожанием.
« Идеальное пробуждение», думаю про себя.
Я удобнее устраиваюсь у него на груди и переплетаю наши голые ноги; люблю нежиться
на тёплой и широкой груди, слушая биение его сердца. Он прижимает меня ближе к себе, нежно поглаживая спину, и прижимается губами к моим волосам.
— Ты голодная? — спрашивает он меня.
— На самом деле да, — отвечаю я, думая сейчас только о еде, вчера вечером мы даже не
ужинали.
— Я приготовлю тебе завтрак.
— Давай приготовим вместе, — предлагаю я, целуя его в грудь. — Я сделаю блины.
Мы встаём, оставляя наше любовное гнездо. Натан надевает штаны, а я тем временем
надеваю его рубашку. Она сидит на мне почти как платье, доходит до середины бедра, но так
я чувствую на себе его запах.
Мы идём на кухню и продолжаем улыбаться и целоваться. Прикасаемся друг к другу, словно мы ничего не можем поделать, и начинаем готовить завтрак в полной гармонии.
— Что ты хочешь с блинами? — спрашивает он, когда я достаю миску и ингредиенты из
шкафа.
Я раздумываю об этом
— Апельсиновый сок?
— Ах да, апельсиновый сок.
Натан готовит сок и накрывает на стол, пока я готовлю тесто. Когда он всё расставляет, то
приближается ко мне и обнимает со спины.
— Знаешь, какая ты сексуальная в моей рубашке? На тебе смотрится определенно
лучше.
Он целует меня в шею.
— Прекращай это, — говорю я, игриво ударяя его локтем в живот.
— Это правда.
Он опускает палец в тесто, и пачкает мне кончик носа. Поворачиваюсь к нему и смотрю
фальшиво-возмущенным взглядом, в отместку брызгая ложкой по его лицу. Я расхохоталась, когда увидела ещё более возмущённое выражение на покрытом тестом лице Натана, но
совсем не заслуживающем доверия.
— Ах, ты хочешь войны?
— Нет, нет, остановись.
Я бегаю вокруг стола, продолжая смеяться и держа в руке ложку, но Натан догоняет меня
менее чем за десять секунд и начинает щекотать, отчего разбрызгиваю тесто повсюду. В это
же время звонят в дверь.
— Остановись, я должна открыть дверь, — говорю я со слезами на глазах от смеха.
Он останавливается и прижимает меня к себе.
— Тебя спас звонок.
Он целует кончик моего носа, ещё испачканный в тесте, и затем отпускает. Я иду к входу, а Натан тряпкой вытирает с лица тесто.
Открываю дверь и вижу перед собой мужчину лет тридцати пяти, высокого и с
короткими каштановыми волосами. В этот момент, как вспышка, в мой разум проникает
образ.
«Добро пожаловать в твой новый дом», говорит этот мужчина в моём воспоминании, перед тем, как закрыть за собой дверь и, глядя на меня с выражением, которое вызывает
дрожь».
— Хани, кто там? — спрашивает Натан, выходя из кухни и прерывая воспоминания, которые оставили у меня на душе неприятный осадок. Он подходит ко мне и обнимает за
талию.
— Привет, вы кто? — спрашивает он у стоящего напротив двери мужчины.
— Меня зовут Тайлер Доусон. — Мужчина указывает на меня кивком головы. — Я её
муж.
Глава 24
Натан
Как только мужчина передо мной произносит эти слова, мир обрушивается на меня.
Всякий раз, когда мы счастливы, всегда приходит кто-то или что-то, чтобы разрушить это