Залог любви
Шрифт:
Рука Одри все еще была в его руке, и Ричард понял: он ни за что в жизни не отпустит ее в Шотландию, никуда не отпустит ее от себя. Я люблю эту женщину, сказал он себе, я люблю этого ребенка. Это наш ребенок — мой и Одри. Сколько же времени потребовалось, чтобы я понял это! Понял то, что моя сестра увидела почти сразу же.
Ричард говорил Одри какие-то подбадривающие слова, ласково гладил по голове и думал о том, как неправ он был все это время. Как неправа была Николь. Он понял, что может любить. Понял, что сам достоин любви.
— Я люблю тебя, Одри. — снова сказал
В дверь позвонили. Это прибыла «скорая помощь».
16
Одри еще спала, когда Ричарду наконец разрешили навестить ее. Ричард на цыпочках вошел в палату. Спящая Одри с изможденным, но счастливым лицом была похожа на ангела.
«Скорая помощь» прибыла вовремя. Одри срочно доставили в больницу, и угроза кровотечения, которое могло стоить жизни ребенку Одри, миновала.
Какое-то время Ричард постоял у кровати, любуясь Одри. На его глаза навернулись слезы. Он не стыдился этих слез — это были слезы любви, слезы гордости, слезы обретенного наконец счастья. Ричард осторожно коснулся бледной щеки Одри и нежно сказал:
— Просыпайся, Спящая Красавица. Я пришел тебя навестить.
Одри сразу же распахнула свои удивительные ореховые глаза. Ее бескровные губы прошептали:
— Мой малыш… С ним все в порядке?
Ричард улыбнулся — все та же прежняя Одри, никогда не думает о себе в первую очередь. Как только я мог так долго сопротивляться ее обаянию, своей любви к ней? — спрашивал себя Ричард.
— С ним все в полном порядке, — заверил он Одри. Наклонившись, он поцеловал ее в лоб. — Ты прекрасна.
Одри слабо улыбнулась.
— Благодарю вас, сэр. Ричард, я счастлива, что в этот страшный момент ты был рядом со мной… с нами. Ты был нужен мне. Я…
Одри запнулась. Ричард видел ее колебания, и знал, что именно она хочет сказать, но боится. Боится, что его недавнее признание было сделано лишь для того, чтобы утешить и подбодрить ее.
Ричард опустился на колени перед кроватью и взял Одри за руку.
— Ты все еще любишь меня, Одри?
Одри выглядела смущенной и испуганной, однако, опустив глаза, она тихо ответила:
— Да, люблю. Извини, Ричард, но, независимо от того, хочешь ты это слышать или нет, я люблю тебя.
Сердце Ричарда замерло, а потом забилось с удвоенной силой.
— Я хочу это слышать, Одри. Хочу слышать это каждый день много-много лет.
— Но вчера…
— Забудь о том, что было вчера. Вчера я был всего-навсего испуганным слабовольным идиотом, не смеющим признаться самому себе в том, что люблю тебя. Ты оказалось гораздо смелее, чем я… Я люблю тебя, Одри. Я люблю твоего малыша. — Ричард осторожно коснулся ладонью живота Одри. — Не могу обещать тебе, что мы будем весело проводить время на светских вечеринках…
— Ненавижу светские вечеринки, — быстро вставила Одри.
— Подожди, не перебивай. Я пытаюсь сказать тебе что-то очень важное…
Одри не отрывала взгляда от напряженного лица Ричарда.
— Я знаю, что я далеко не идеален. Я слишком много думаю и слишком много работаю.
Нежная улыбка осветила лицо Одри.
— Ты лучший человек из всех, кого я знаю, Ричард, — прошептала она. — Я люблю тебя. Для меня нет большего счастья на свете, чем стать твоей женой. А теперь, может быть, ты все-таки поцелуешь меня?
Чувствуя, как боль, копившаяся в нем все эти годы, навсегда уходит навсегда, Ричард счастливо рассмеялся и сделал то, о чем просила Одри.
Конференц-зал банка «Лондон Юнион» был забит людьми — Марион Шелли устроила вечеринку в честь новорождённого сына Одри Маллиган. Кроме сотрудников банка здесь также были друзья и родственники Одри и Ричарда.
Даже вечно занятый вице-президент банка мистер Шелли почтил вечеринку своим присутствием — Одри подозревала, что подобный либерализм был продиктован лишь уважением к Ричарду. Однако вице-президент вел себя на удивление дружелюбно, без всякого намека на снобизм, и со знанием дела обсуждал с Генри достоинства фаворита ближайших скачек.
Ричард, одетый в строгий костюм, стоял позади Одри — она чувствовала его надежное тепло за спиной, и ей было легко и спокойно.
Одри все еще никак не могла поверить в свое счастье, не могла поверить в то, что Ричард — мистер Совершенство, предмет мечтаний всех служащих банка женского пола — боялся любить. Боялся так же, как и сама Одри. Ричард всерьез считал, что он никудышный муж и отец! — в который раз удивлялась Одри. Снова и снова она благодарила небо за то, что в трудную минуту Ричард оказался рядом, иначе не было бы ее ненаглядного мальчика, иначе Ричард никогда не решился бы признаться ей в своих чувствах — признаться не столько ей, сколько самому себе.
Одри не уставала мысленно повторять, пробуя фразу на вкус: Ричард любит меня. Он любит моего сына — она улыбнулась — нашего сына. Тедди подписал все бумаги, составленные другом Ричарда по университету, и, как только они с Ричардом поженятся, Ричард усыновит малыша и тогда станет отцом уже де-юре.
— Кажется, твоя мама немного жадничает, — прошептал Ричард на ухо Одри.
Неожиданно Одри почувствовала, как Ричард взял ее за руку и вывел на середину зала.
— Леди и джентльмены, разрешите мне сделать объявление! — громко сказал он.
Все собравшиеся с интересом воззрились на Ричарда.
— Мы с Одри благодарим вас за то, что вы пришли поприветствовать маленького Алана, но у нас есть еще одна новость.
Одри завороженно наблюдала, как Ричард достает из кармана бархатную коробочку, уже догадываясь, что последует дальше. Это был сюрприз, на которые Ричард большой мастак!
— Я рад сообщить вам, что сделал Одри предложение, и она оказала мне честь, согласившись стать моей женой. Теперь, извините, небольшая формальность… — Ричард вынул из коробочки кольцо с переливающимся бриллиантом и надел на палец ошеломленной Одри. — Я делал предложение в такой спешке, что забыл о кольце.