Забытые богом
Шрифт:
Почему-то Арталас ничего не написал о том, как это больно и долго. Секунду назад я думал, что познал вечность. Нет, вечность началась только сейчас. В груди как будто стало слишком тесно, словно там что-то возилось. Что-то живое, что рвало мне все внутренности. Я выгнулся и захрипел, чувствуя, как по коже начинают ползти черные прожилки.
– Кейт!
Кто это? Чего ему надо? Но посмотреть не получилось, руки бесконтрольно замолотили вокруг и тело задергалось. Из носа и, кажется, из
Голосом дракона. Я становился им. И я умирал. Вот так.
– Кейт!
Меня схватили за плечо. Развернули. Лицо.
Чье-то лицо. Чье? Боль… стала меньше.
Винн.
– Я молодец? – дикий хрип. “Рук молодец?”.
– Ты молодец Кейт – очень тихий голос. И улыбка. И разгорающиеся глаза.
Я понял, что она собирается сделать. Хотел закричать, остановить ее, но она убрала руку и я не смог ничего – горло свели судороги, мир замигал черным – пропадало зрение. Горлом хлынула кровь.
Нет! Так нельзя!
Меня опять никто не спрашивал.
Нет-нет-нет! Я! Его убил Я! Сука! СУКА!
Она отступила на шаг и начала светиться. Сперва глаза, потом ладони. От огненных озер на лице начали распространяться трещины. Словно она была каменной. Все дальше и дальше. Прямо по одежде. А потом она вспыхнула вся целиком. Вырубленный в свет контур. Я перестал что-либо видеть.
Боль прошла. Прошло все. Меня словно встряхнули и… нет. Бросили в костер и… тоже не то. Я был ситом. И в меня дунули.
Это длилось всего секунду, а потом ее фигура взорвалась, разлетелась на лепестки, на песчинки, провалилась в Тень. Свет потух.
И Винн не стало.
Пошел дождь.
====== Эпилог ======
– Когда вы все это придумали?
Я стоял прислонившись к церковной изгороди, грыз яблоко и лениво разглядывал народ на торговой площади. Она сидела рядом и покручивала в пальцах черное перо. То ли воронье то ли свое собственное.
– Давно ты понял?
– Начал понимать перед битвой, до конца – пару дней назад. – Я сделал паузу, снова перепроверяя свои выкладки и похвалил Морриган – Идеальный план. Так когда?
Сегодня ее легко можно было не узнать. Никакой жути, никакой шерсти, никаких мистических стишков. Волосы собраны в аккуратный пучок, небогатая одежда горожанки. Обычная молодая женщина отдыхает в конце тяжелого дня. Разве что поза, черезчур фривольная. Поза и глаза.
– Зачем тебе это знать, Кейт?
– Хотя бы до моего рождения или после?
– Не переоценивай Митал. И себя. Когда вы бились в библиотеке.
Значит вот как? Все равно идеальный план.
Изящный, красивый. Мог рухнуть в любой момент.
Берем эльфа. Не кланового, чтобы никто не пугался, и не городского, чтобы все-таки эльфа.
Вешаем на него пару телег ответсвенности и отправляем спасать мир. А чтобы не сбежал – отправляем к нему девчонку. В меру симпатичную, в меру опасную, колоритную девчонку отправляем, так чтоб наверняка. Естесственно, я в нее влюбляюсь, она, само собой, в меня.
Казалось бы, цель достигнута. Так я думал в день битвы. Вот только цель была не в этом.
Потому что потом мы встречаем Андрасте. Пророчица, само собой, глядя на такое милое дитя как Лелиана, не может не взять его под опеку. У Винн в крови брать под опеку.
Что дальше? А дальше я должен умреть. Вернее, я НЕ должен умереть. Естественно Пророчица меня спасает. Больше ради Лель, чем ради меня самого, хотя и это тоже.
То есть, погибает сама.
Итого – новая Пророчица мертва, Церковный Орлей остается с носом, практически не пострадавшие кланы на коне. То есть на галле. О них даже вспомнили в последний момент.
Ферелденского Круга нет, маги свободны. Церковь начинает точить на Ферелден зуб. Скоро начнут говорить о новом Святом Походе. Где взять силы будущему королю? Нигде. Только у кланов. Только на их условиях. Тем более, что уже есть прецедент. Не удивлюсь, если скоро в Денериме откроется храм Митал.
Ах да – я жив – здоров. Но это побочный эффект. Инструмент уже использован и что там с ним будет дальше всем плевать.
Спаситель хренов.
– Это не кажется тебе немного низким?
Морриган помолчала.
– Кажется ли тебе низким подстригать лужайку перед домом?
– У меня нет лужайки.
– Ты меня понял, Кейт. Это как… наводить порядок, если тебе угодно. Я не вижу в том ничего низкого.
Я хмыкнул.
– Тобой движет страсть к порядку? Никогда бы не подумал.
– Мной движет моя мать.
– Но почему ты ей подчиняешься?
– Потому что она моя мать – просто ответила ведьма. – Потому что она Митал, а я Морриган. Таков путь вещей. То что должно быть. Ты не понимаешь даже кунари, Кейт, как ты можешь надеяться понять меня?
Я вздохнул. Тут она была права.
– И что будет теперь? Новая война?
– Пока нет. Мир заслужил немного спокойствия. А дальше – поживем – увидим.
Почему-то стало тоскливо. История завершилась. Кровавая, грязная, нелепая. Но это была наша история. Наша жизнь. Моя, Лель, Антоина, Винн, Тегана. Всех нас. Морриган.
– Мы еще встретимся?
Я обернулся… Но, естественно, там уже никого не было, только в ограде застряло то самое перо, что она держала в руках. Я взял его, крутанул между пальцев, слабо улыбнулся и ответил себе сам.