Забытые богом
Шрифт:
«Зов становится все сильнее. У меня начинают дрожать руки, когда я пытаюсь не слушать. Сегодня выронил кубок, залил скатерь. Первый Страж долго смотрел на меня и попросил зайти. Я пришел, и мы поговорили. Он спросил, как давно я слышу Зов, я ответил. Я сопротивляюсь долго, многие уходят в первую же ночь, кто-то держится месяц или два, а я держусь уже почти год.
Первый Страж был впечатлен. Ха! Я сын Народа, как бы там ни было. Хранитель счел меня достойным носить Судью. Сказал что мой дух силен. Впервые со времен
Это бравада. Я просто не хочу умирать так, что бы я ни говорил. Я не боюсь смерти, но только не так.
Я не сдамся. С каждой руладой Зова, во мне крепнет решимость, а не страх. Древние Боги. Глупцы. Я… Я знаю как уйти достойно. Надеюсь, гномы помогут мне. Завтра я отправлюсь к Первому Стражу, надеюсь, он одобрит мою идею и поможет договориться с ними. Мне нужна будет помощь»
Я покосился на свой меч. Значит я все-таки был прав, арлатанское оружие. Судья. Ну уж нет, мне больше нравится данное ему мной имя. Не хочу судить.
Смешно, один эльф Страж с этим мечом читает дневник другого такого же эльфа. Может когда я сгину на Тропах, меня тоже кто-нибудь найдет и… Стоп. Я с сомнением посмотрел на листы. Арталас не стал порождением. Он был захоронен. Очевидно, с почестями. Меч на груди, дневник. Как это могло быть, если он отправился на Тропы вурдалаком?
Я взял еще один лист, но там были какие-то рисунки. Эльфийка. Человек в доспехах Стражей. Меч. Следующий лист был, кажется, чем-то залит и, в свое время размазавшись, чернила были нечитаемы.
Остался последний. Я отчего-то дрожащими руки поднял его стал читать.
«Я в Орзаммаре. Совет отказал Первому Стражу, но есть и другие пути. Я наберу неприкасаемых. Преступников. Тех, кому нечего терять. Как и мне. Мы сможем. Горстка отверженных и безумец сделают великое дело.
Если Мор не нашел меня – я сам найду Мор. Найду спящего архидемона. Зов гремит в моей голове, мне сложно сосредоточится хоть на чем-то. Руки не слушаются. Зато я знаю куда идти. Судья оборвет темную жизнь, убьет Бога. О нас не споют песен, но мои братья и сестры встретят меня улыбками, когда душа архидемона уничтожит мою.
Последний Удар действительно будет последним. Пока я еще могу. Даже хорошо, что Страж убивший тварь погибает. Достойная жизнь. Достойная смерть. Халам ширал»
Лист упал на землю. Я невидящими глазами уставился в пространство. Сейчас меня не интересовал даже тот факт, что Арталас, судя по всему, убил архидемона, а это значило, что тот, который ведет Мор сейчас – предпоследний. Сейчас это было неважно, слова гремели в голове не хуже пресловутого Зова.
«Страж, убивший тварь погибает…убивший…Страж погибает…»
Это я.
Ради… ради чего все это было?! Я начал этот поход чтобы спасти свою жизнь. И в итоге я должен ее отдать? Это… Это нечестно, Фен-Харел вас дери! Мне захотелось подпрыгнуть на месте как ребенку,
Теперь я понял зачем духи показали мне саркофаг. Нет, это не могло быть так!
– Кейт?
Я сфокусировал взгляд, увидел ее, и услышал как капкан щелкнул. Мне захотелось взвыть, а потом хрипло, в духе Морриган, расхохотаться. Вот оно. Конечно, я сделаю этот сраный Последний Удар. Куда я денусь-то, матерь вашу за ногу, с Лелианой за спиной?!
Меня обманули. Нас обоих обманули.
«Таков удел людской»
И я тебя тоже обманул.
Я кое-куда денусь.
– Кейт, с тобой все в порядке? Ты выглядишь как-то странно.
«Выяснил, что завтра сдохну, а в остальном все отлично, солнце»
Я улыбнулся.
– Устал от этого всего. Уже скоро.
Он вздохнула и уселась, привалившись мне к груди.
– Да, скоро. Представляешь, мы встретились только в октябре. Всего девять месяцев. А кажется, что жизнь прошла.
«А она и прошла»
Усмешка.
– Еще помнишь, что ты баронесса?
– Смутно – она устало усмехнулась. – Вроде как, там даже замок какой-то был. Покажу тебе потом.
«Это вряд ли»
– Обязательно.
Я уткнулся ей в макушку и покрепче прижал к себе.
Завтра.
Халам ширал.
Я умру завтра.
====== XXII Свет ======
Когда-нибудь об этом сложат песни. Полагаю, довольно скоро. Полагаю, что они будут довольно эпичными и петься в них будет про развевающиеся стяги трех разных народов, дождь из эльфийских стрел, тяжелую поступь гномов, конную лаву и что-нибудь еще в таком же духе. И знаете – все это было.
Но это было не все.
Было еще самое поганое утро в моей жизни. Как на заказ, пасмурное и влажное.
Я продрог, несмотря на то что стоял июнь. Голова трещала, заснуть удалось лишь под утро, и все эти пару часов мне снились кошмары. Я на Тропах. Меня острым кривым ножом, который я отдал Руку, убивает Морриган. Лелиана, вся черная от Скверны, перерезает горло архидемону и падает замертво. Потом в кои-то веки приснился отец, чего не было уже много лет. Благословил меня на брак с Анорой и ссыпался пеплом в золотую урну. Не очень-то приятная последняя ночевка.
Я поежился и сел, закутываясь поплотнее, чувствуя, что слегка подрагиваю, то ли от страха, то ли от холода. Огляделся – вокруг еще все спали, что было очень хорошо. У меня на этом свете оставался еще ряд дел, и я бы не хотел, чтобы кто-нибудь меня за ними застал.
Я, стараясь ступать потише, перешагивая через спящих, забрался в телегу, бывшую мне домом в течение полугода, и полез в свои пожитки. Вытащил перо с чернилами, лист бумаги, открутил крышку пузырька и уселся на пол. Несколько мгновений собирался с мыслями, потом по привычке пососал кончик пера и начал писать.