Забытые богом

Мартьянов Вадим Алексеевич

Я огляделся. Мы куда-то ехали. Впереди прокладывая в снегу колею, ехали другие повозки, мы были замыкающими. Вокруг вместе с нами куда-то тащились всадники. Довольно много всадников – человек сто на глаз. Выделялась огромная фигура стэна на мохнатом тяжеловозе.

Последнее что я помнил – взрыв башни. Осколки секущие как людей так и порождений тьмы. Каменная плеть вбила в землю почти половину всех находившихся на острове. Такое можно увидеть один раз в жизни. Дальше было больно и темно. Я перевел взгляд на девушку. Рыжая выглядела измученной, здорово напомнив мне Изольду. Лицо – сплошные кости,

губы все в прокусах, круги под глазами. Я аккуратно поправил ей немного отросшие волосы, упавшие на лицо. От пореза, который я помнил, на правой щеке остался неровный шрам. Подозреваю, что и сам выгляжу не лучше.

– Бросалась на всех как мабари – устало усмехнулась магичка. – Кроме меня вообще никого не пускает.

– Что произошло?

– А что ты помнишь, Страж? После взрыва все пошло совсем плохо. У нас не вышло пробиться к парому, и мы отступили через мост. Это было месяц назад.

– Я что провалялся месяц? – хмуро уточнил я. Сейчас, выходит, начало декабря? Обалдеть, даже страшно представить что могло произойти за это время.

– Ты бы и больше провалялся. А если бы не я, мальчик, мог бы и вообще не очнуться. У тебя камень в голове был.

Я поднес руку к затылку, но ничего не обнаружил. Винн молча порылась в складках мантии и протянула мне зеркальце. Я вздрогнул. Через все лицо тянулся узкий идеально ровный шрам. Начинался он над правой бровью, а заканчивался аж под левым ухом.

– Вон, полюбуйся – Винн кивнула на лежащую в углу каменную пластину размером где-то с мою ладонь, в четверть пальца толщиной. На пластине до сих пор виднелась засохшая кровь. Охренеть, и эту штуковину она вытащила из меня?

– С таким вообще-то не живут – рискнул я заметить, вернув себе голос.

– Вообще-то нет, но я целитель или кто?

– Гм. Спасибо. – Я снова посмотрел в зеркало и попытался улыбнуться. Правый уголок рта поднялся. Левый тоже – где-то секунду спустя. Моргнул – вышло одновременно. Хоть так. Я мысленно вздохнул, прощаясь с улыбающимися мне цветочницами, отбросил, так же как и у Лелианы, отросшие волосы, отметив несколько седых, и вернулся к более насущным вопросам. Жив и хорошо, об остальном буду переживать после. – Ну и где мы сейчас? Что происходит вообще?

– Мы убегаем. Они догоняют. Движемся на запад по Имперской дороге. Что с Редклиффом и сбежавшими на пароме неизвестно. Это если кто-то смог сбежать. С востока вести не очень хорошие, но пока тейрн Логейн держится. Ах да, встретили орлессианцев.

Я выматерился. Империя у меня уже в печенках сидела.

– Не ругайся, мальчик. Их тоже преследовали. Сейчас идем вместе, Антоин твой у них теперь за главного. Хотя с их слов – южнее идут бои. Но пока мелкие, Селина осторожничает.

– Всё?

Винн потерла бровь.

– Нет. Еще в Орзаммаре убит король.

– Да долбанная же за...

– Не богохульствуй! – она шлепнула меня по руке.

Это она мне говорит?

– А это-то откуда известно?

– С севера подошел отряд гномов. Двадцать душ. – Она улыбнулась, на мгновение обогрев телегу. – Эльфы у нас тоже есть.

Я потер лицо вдоль шрама. Кажется, пропустил я довольно много.

– Кто командует всем этим цирком? Мне надо с ним поговорить.

Магичка кивнула

на барда. Понятно, кто еще-то? Стэна и Антоина никто бы слушать не стал, из Доннелла командир так себе. Не Винн же, в самом деле. Я снова смерил девушку взглядом и лег, закидывая ее руки обратно. Будить рыжую сейчас – просто садизм.

– Разбуди меня на привале, хорошо?

– О, юноша! – игриво поддела меня Винн, впрочем без особого желания, что было видно. – Что я вижу?

– Винн, привал.

И я, не успев расслышать ответ, провалился обратно в сон.

Когда я проснулся второй раз – уже наступил поздний вечер, и повозку не трясло. Магичка не стала меня поднимать. Лель уже не было, а что было – так это жутко холодно. Я поежился, ежесекундно ругаясь оделся и, закутавшись в одеяло, выбрался наружу. Повозки поставили в круг и развели внутри кольца несколько костров. Я прошел к одному из них.

Все взгляды тут же оказались прикованы ко мне.

– С пробуждением, командор – поприветствовал меня какой-то храмовник. – Мы уж думали вы того. Не встанете.

– Какая трогательная вера – буркнул я. – Пожрать есть чего-нибудь?

Мне сунули плошку, я уселся и начал расспрашивать.

Всего нас здесь оказалось почти две сотни. Со времени бегства через мост отряд сильно вырос – пробилось всего-то десятка три. Сначала к нам присоединялись простые беженцы – архидемон привел войска с востока, и север страны был еще не тронут. Потом нам повезло, и мы встретили два отряда – остатки войска банна Халвера, так же как и мы отступавшего на запад, и ополченцев, половина из которых оказалась долийцами – порождения удачно прошлись по лесу, выгнав моих соплеменников к людям. Потом подошел гномий караван – их разведка показала, что путь на восток перекрыт, а до Орзаммара было слишком далеко. Телеги были именно их. Последними к нам присоединились те самые орлессианцы, подошедшие с юга. Из магов, к сожалению, выжила только Винн.

Я задумался. И что мне делать с такими силами? Отряд уходил не особенно задумываясь куда, лишь бы дальше на запад, и сейчас мы были очень далеко почти от всех пунктов, куда я хотел попасть. Вернуться сейчас в Редклифф нечего было и думать – Молье с Теганом придется справляться самим, надеюсь Грегор с магами до них доберется. До Брессилиана, где как я знал, проживало аж три клана, было еще дальше. Ближе всего был Орзаммар, машины гномов нам были необходимы как воздух, но если там сейчас идет борьба за власть – могли возникнуть определенные сложности. Мягко говоря. К тому же, начиналась зима и мы скорее перемерзнем насмерть, чем доберемся до гномов.

Страна, судя по всему, к этому моменту оказалась поделена на три части. На востоке Логейн пытался отстоять наиболее населенные области (и вроде как у него даже получалось), на юго-западе Орлей потихоньку прощупывал ситуацию, сталкиваясь по большей части с порождениями, а не с ферелденцами. А посередине образовалась своеобразная буферная зона, полная тварей скверны. И именно в нее как раз и угодили Лотеринг, Редклифф, Кинлох, Вилбридж… И мы сами. Вольно или невольно, но мы сосредоточили войска архидемона на себе. Это было безумно благородно – оттягивать на себя большую часть орды, но ни разу не способствовало выживаемости.