За чертой
Шрифт:
— Мы в свободной стране. Райат уселся напротив нее.
— Да, и мы этому способствуем, не так ли? — В руках он держал контейнер с бобами и шпинатом. Похоже, он привык есть в одиночестве в своей каюте. — Я обдумал твои слова.
— И?..
— А ты думала, что может случиться, если тебе удастся прибрать к рукам эту биотехнологию и передать ее военным?
Линдсей пожала плечами.
— Кончай эти игры, прошу тебя.
— Так думала или нет?
— Я была бы дурой, если бы не думала, а я не дура.
— По-моему, эта идея нравится
— Спасибо, я не горю желанием узнать, кто твой босс.
— Я хочу с тобой кое-чем поделиться.
— В обмен на что?
Линдсей подняла глаза и увидела, что у стойки стоит Эдди. Он подал ей определенный знак, скрестив указательные пальцы. Следи за ублюдком. Линдсей едва сдержала смех.
— Военный отряд и транспорт.
— Мог бы и Окурта попросить.
— У Окурта другие приказы.
— А у меня?
— Мне кажется, тебя эта штука пугает, и ты здраво оцениваешь опасность, которую она собой представляет. Ты знаешь, что из-за этого Франкленд поступила с тобой так, как она поступила.
Треска сразу же показалась безвкусной. Линдсей погоняла кусок филе по тарелке и отложила вилку.
— Ладно. Давай поговорим об этом в другом месте.
— У меня в каюте, через десять минут.
— Ну ты и Казанова. — Она снова взялась за вилку. Райат удалился. Эдди с энтузиазмом обсуждал салаты с лейтенантом Йуном. Линдсей доела свою порцию и подождала еще немного, прежде чем встать и уйти.
Эдди тут же повернул голову и встретился с ней взглядом. Ну и?.. Ей на ум пришел лишь один ответ, жест, который использовала Шан, когда хотела выразить свое невысокое мнение о ком-то. Она сложила указательный и большой палец и помахала рукой несколько раз. Мразь. Эдди осклабился.
Она ухмыльнулась в ответ. Разумеется, ничего больше она Эдди не скажет.
Впервые в жизни Шан чувствовала себя совершенно несведущей в каком-то вопросе, и чувство это не грело душу. Она дошла до своего однокомнатного жилища и прислонилась к двери, чтобы перевести дух. Дверь распахнулась внутрь, и Шан почти ввалилась в дом. Совсем не так она хотела обставить свое появление… Арас перегородил дверной проем.
— Тебя долго не было.
— Нам нужно поговорить.
— Есть хочешь?
Шан прошла за ним к столу и скользнула взглядом по тарелке эвема.
— Я бы предпочла чашку чая.
Арас потряс банкой с чайными листьями, показывая, что их осталось мало.
— Урожай чая можно будет собирать только через четыреста дней, и этого не хватит. Я, пожалуй, попрошу у Джоша еще.
Шан не обратила на его слова никакого внимания.
— Прошу тебя, покрепче.
— Ты чем-то расстроена.
— О, все только об этом и твердят, — огрызнулась она. — Как много я узнаю о себе этим утром.
Арас молча смотрел, как закипает вода. Если собираешься жить вечно, на такое дело
Шан плюхнулась на диван и попробовала подобрать слова. На это ушло гораздо больше времени, чем ожидалось.
Она не собиралась потратить еще один день на то, чтобы украдкой рассматривать его мускулистую спину и крепкие ягодицы. И не собиралась так же слепо следовать инстинктам, как Линдсей Невилл. Если уж нужно через это пройти — Арас ведь неимоверно страдает от одиночества, — она все сделает логично и с полным осознанием своей ответственности.
Есть занятия и похуже. Арас удивительный, потрясающий… Но тигры и павлины тоже красивы, однако это не значит, что обдумывать половой акт с ними — нормально. А ведь ей так нравилась та точка зрения, что животные — вовсе не братья меньшие, а равные создания…
— Кажется, Невиан счастлива в новой семье, — начала Шан, с благодарностью приняв пиалу с чаем.
Арас пожал плечами.
— Это естественно. Между ними теперь существует связь.
— Ага, они как раз занимались ее укреплением, когда я вошла. — Он никак не отреагировал, поэтому она продолжила. — Значит, это так делается? Перепихнулись — и все счастливы?
Арас, похоже, отлично понял слово «перепихнулись».
— Я понимаю, почему для гефес это так необычно. Мы связаны друг с другом на всю жизнь, и для этого не нужно ничьего разрешения или документов.
Гефес. Вот как. Спасибо на добром слове.
— Это и есть аурсан, так?
— Да. У нас есть клетки, которые переносят от одного к другому ДНК и доставляют удовольствие. Как у вас с выработкой окситоцина и метамфетамина. Эти вещества приносят вам ощущение эйфории и влюбленности. То же самое с аурсаном.
Шан обратилась к своей практике в отделе по борьбе с наркотиками. Не помогло.
— Вы испытываете эмоциональный подъем от траханья?
— Сказано не особенно красиво, но в принципе верно.
— А где эти клетки?
— В гениталиях.
Шан невольно поднесла руку ко лбу — смутилась.
— Я вошла, когда Невиан занималась сексом с новыми мужьями.
Арас выглядел пораженным. Запах сандала усилился.
— Но у них у всех есть дети.
— И что?
— Мужчины, став отцами, уже не могут заниматься сексом. Санил атрофируется и формирует околоплодную сумку.
Она догадалась, что такое санил. Почему бы не сказать просто — пенис?
— Знаешь, я бы не сказала, что у кого-то что-то атрофируется.
Все шло совсем не по плану. Он казался потрясенным до глубины души. Если он и дальше собирается по-собачьи дергать головой, она бросит ему палку. Но, может, хватит этих фантазий, которые стирают грань между Арасом-мужчиной и Арасом-животным?
— Ты, наверное, ошиблась.
— Но я видела то, что видела! Нарисовать? Во всяком случае, они, похоже, заканчивали.