За чертой

Трэвисс Карен

— Судя по тому, что ты видела здесь, у нас есть проблемы?

— Я не военный аналитик, но если вы не можете заменять оружие с той же скоростью, с какой оно выходит из строя, вам крышка.

— Ты помнишь, что Чайяс говорила тебе? Что от тебя может потребоваться больше, чем ты можешь дать?

— Такие разговоры трудно забыть.

— В таком случае я прошу тебя помочь нам найти немедленное решение проблемы с гефес.

— Как-то неприятно звучит…

— Не понимаю.

— Послушай, до столкновения пройдут еще

годы. Есть время, чтобы что-нибудь придумать.

— Но что бы сделала ты, Шан? Что бы ты сделала, если бы над твоим миром нависла реальная угроза?

— Я не тот человек, которого стоит спрашивать. Я не политик и не могу дать взвешенного ответа на этот вопрос. Хладнокровие и рационализм — не мой конек.

— Война — это прежде всего эмоциональная реакция, подкрепленная использованием оружия.

Шан заметила, что пустых ниш, где больше нет машины, в ангаре гораздо больше, чем занятых. Она задумалась.

— Лично я добралась бы до врагов и сделала им очень серьезное предупреждение. Если бы они меня совсем достали, я бы продемонстрировала им свою… непредсказуемость.

— Мы бы тоже предпочли напрямую разобраться с угрозой. Но на данный момент наши военные ресурсы крайне ограниченны. Мы должны помешать гефес организовать здесь военную базу.

Вроде бы невинный разговор, а ведь речь идет об убийстве людей! Но Шан не ощущала, что ей трудно перепрыгнуть через эту пропасть.

— Брось, вы же не сможете послать экспедиционный корпус на Землю без посторонней помощи, разве нет?

— Верно. Но есть другой вариант. Биологическое оружие. Если бы мы располагали достаточным количеством неповрежденных человеческих ДНК, мы бы создали оружие-преграду. Создали и применили однократно.

— Отравили Землю?

— Отравили Безер'едж.

— А-а… — Шан вдруг поняла, о чем идет речь. — Вы хотите сделать это с моими ДНК?

— Да.

— А чем Арас не годится?

— У него с'наатат. Этот микроорганизм очень опасен, а мы не нашли способа отделить его от хозяина. Если бы нам это удалось, все сейчас было бы по-другому, не правда ли? Кроме того, нам нужны еще ДНК исенджи.

— Ну, я ведь тоже больше не обычный человек. Не уверена, что смогу помочь.

— Еще несколько месяцев назад ты была нормальной. Может быть, остался какой-то незараженный клеточный материал.

А вот в этой области Шан прекрасно ориентировалась. Образцы для судмедэкспертизы: волосы, слюна, отпечатки пальцев, сперма.

— Посмотрим у меня в рюкзаке. Я слежу за чистотой своих вещей, но, вполне возможно, осталась пара волосинок.

И зимний костюм она тоже не надевала с момента первой высадки на Безер'едже, можно поискать клетки там…

— А ты легко согласилась.

— Я смотрю на это, как на колючую проволоку. Если не пытаться через нее перелезть, не порежешься.

— Ты прагматичная женщина.

— А

у вас и вправду нет ДНК исенджи?

— Мы не берем пленных, — ответила Местин.

— А если попросить юссисси добыть ДНК?

— Этим мы их скомпрометировали бы.

У Шан не укладывалось в голове, как можно жить в государстве, где вся работа оборонной промышленности может застопориться из-за желания не поставить союзника в неловкое положение. Основная сложность в общении с вес'хар в том, что у них есть только две формы поведения — благостно-доброжелательная и агрессивно-психопатичная. Никаких полутонов.

— Мы бы подошли к этому вопросу иначе.

— Юссисси нейтральны.

— Боже, вам действительно нужна помощь, чтобы справиться с гефес? Если так, то без меня не обойтись. — Шан помолчала. — А что станет с колонистами из Константина, если вы населите планету антигуманоидными патогенными микроорганизмами?

Местин покивала головой.

— Я бы убрала их всех.

Джош. Дебора. Джеймс. Рейчел. Это уже не серая безликая масса. У них нет причин разделять твои нравственные убеждения, успокойся.

— А если перевезти их сюда? Как вы сделали с банком генов?

Местин задумалась. Склоненная голова и длинный нос делали ее похожей на озадаченную афганскую борзую.

— Пожалуй, если они предоставят штамм приемлемых людей, вполне мудро будет оставить их для размножения. Возможно, со временем других гефес во Вселенной не останется.

Последнюю фразу нужно хорошенько обдумать.

Шан не сразу поняла, что Местин имела в виду. В короткое предложение матриарх вместила такую страшную угрозу, по сравнению с которой отошел на второй план весь вес'харский военно-воздушный флот.

— А что если они не согласятся перебраться сюда?

— Они умрут. — Местин сказала это так, будто для Шан совершенно все равно.

Шан же почти ощущала густой цитрусовый запах собственного волнения.

— Может, мне удастся должным образом донести до них мысль о переселении.

Что-то подсказывало Шан, что ей нелегко будет объяснить все Арасу. Этой темы в разговорах они не касались. Он предупреждал ее о политике матриархов и о том, что она окажется в рабстве, но она принимала эти сентенции за сочувствие ее изгнаннической доле.

По необъяснимым причинам ее гораздо больше волновало, как оправдаться перед Арасом, чем то, что она по сути помогает инопланетянам уничтожать людей.

Шан подошла к ближайшему истребителю и оглянулась на Местин, спрашивая позволения забраться внутрь. Стоило ей только положить руку на обшивку, как кабина открылась, и тихий звук на высокой ноте поднялся от просто неприятного до пронзительного воя, который невозможно слушать. В горле засвербило. Кабина осветилась мягким голубоватым светом.