Я не Поттер!
Шрифт:
— Так, я же родственница, значит, я могу, она меня не убьет, не убьет… — горячо зашептала Беллатрикс, переводя неуверенный взгляд с одного талмуда на другой. — Так ведь поступают все директора, когда детей из школы в школу переводят, ну, чтобы путаницы не было, да?
— Это только если раньше имена их детей в эти книгах вообще были… — прохрипел Филч, стоя у входа и к чему-то прислушиваясь.
Белла закусила губу, а её красивое лицо перекосила злоба.
— Проклятье! Я выколю тебе сердце, Дамблдор, рано или поздно! Какая книга сильнее? — уверен, она и сама
— Хогвартса, полагаю. Салазар — это совсем другая история. Я читал.
— Хорошо, это очень хорошо… — забормотала Белла, зажмурилась на мгновение и решилась. — Перо! — крикнула она и подняла одну руку. В ней тот час появилось длинное золотое перо.
— Быстрее!
— Я пишу уже, пишу! — она взялась за книгу со змеей на обложке, и хоть та зашипела, но страницы пролистались сами и довольно быстро. Нависнув над ней всем телом, она старательно выводила мое имя. — Гар–р-и Пот–те–р… Что?.. Она стирает его имя, нет!!!
— Что там?!
Белла молчала и всматривалась в надпись на странице.
— Ха! Ну надо же… Какой поворот событий! Пророчество имело смысл, с таким то отцом…
— Да что там?!
Женщина с силой закрыла книгу, и этот хлопок ознаменовал мое повторное появлении в мире, где меня, по сути, никто не ждал.
— Потом расскажу, всё готово. Я убегаю, спасибо вам… — она на ходу чмокнула Аргуса в лоб и растворилась не только в темноте, но и в моей голове. Через пару дней её встретят в Азкабане, и жернова этой чудовищной машины по уничтожению человеческих душ сделают свое дело. Какой смысл заключать сюда преступников, если исправление невозможно по определению?!
Я вновь оказался в зловонной камере, среди объедков, крысиного помета и перед той, кому обязан… да, именно душой. Не представляю себя магглом, я их сильно недолюбливаю, если честно. Мы смотрели друг другу в глаза и не произносили ни слова. Как можно быть обязанным тому, кто тебя ненавидит? И как можно помогать тому, кого ненавидишь? Ради цели? Да, ради неё.
— Колдовал когда-нибудь несанкционированно? У магглов, например, на каникулах?
— Нет…
— А ты попробуй, Гарри, попробуй, ничего не будет. Ты маг, но вне закона, тебя даже в школе лишь Салазар держит, и всё! Свобода… знаешь, что это такое? — она попятилась, на её лице заиграла безумная улыбка, и она принялась вальсировать по комнате, размахивая руками, словно дирижер перед оркестром. — Свобод–а-а–а…
Безобразное зрелище, жуткое. Ей не нужен был разум без Лорда, её воля подчинялась лишь цели, желанию править презираемыми, и подчиняться сильнейшему. Появилось жгучее желание схватить её за руку и остановить этот сумасшедший танец, но за моей спиной загромыхали засовы.
— Визит окончен, расходимся, — возвестил грубый голос. — Где ребенок? Он там один?! Да что вы себе позволяете, аристократики! Как вы не…
Крик надзирателя, дикая песенка Беллы, которую та тихо пела себе под нос, слова Малфоев — все сливалось в гул, в нем и тонуло.
— Я вам напишу.
— И я, я теперь часто буду тебе писать… сыночек. Ха–ха–ха!.. —
* * *
«Здравствуй, Симус! Я скучаю, на лето меня отправили к тетке, а здесь меня не любят. Папа занят и не часто меня навещает, Драко с родителями на море и вернется не скоро. Ты говорил, что я могу тебе писать, что я и делаю. Знаешь, я вспоминаю прошедший год и с каждым днем понимаю все лучше, что без тебя бы не справился. Как ты догадался о том, что Тот–Кого–Нельзя–Называть отправится за камнем именно в тот день? А как догадался обезножить шахматные фигуры? И вообще, ты хороший друг, извини меня, если я тебя обидел, я не хотел. А сейчас я тебе расскажу, как Хельга напугала противного Даддли, когда он спал. Она зашла к нему и…»
«Здравствуй, Гермиона! Я скучаю, на лето меня отправили к тетке, а здесь меня не любят. Папа занят и не часто меня навещает, Драко с родителями на море и вернется не скоро. Помнишь, как я тебя обидел возле того зеркала в старом классе, и на крыльце перед Рождеством? И еще много раз? Так вот, ты прости меня, пожалуйста. Ты помогаешь тем, кто нуждается в твоей помощи, а это просто замечательно, ты отличный друг. И еще, я никому не признавался, но в следующем году мне тоже понадобится твоя помощь, я почти ничего не смыслю в Астрономии, знаешь, как я схитрил на экзаменах? Сейчас я всё тебе поясню…»
«Здравствуй, Невилл! Ты мне не нравишься, очень сильно. И я тебе не нравлюсь, еще сильнее. И плевал я на твою дружбу. Но давай не будем воевать, ладно? Ты обязан мне жизнью, у твоей бабушки не было бы внука, если бы не я. Разве тебе не жалко свою бабушку? Я знаю, что ты смелый и благородный, хоть и противный, и жаба твоя тоже противная, еще противнее, чем ты. Но в этом году герой именно я. И ничего дурного я не совершил, тебе показалось. Если хочешь, чтобы я и дальше не совершал ничего дурного, ты лучше никому не рассказывай о том, чего я не совершал. Ясно? До встречи в новом учебном году!»
«Здравствуй, Хагрид! Чем ты занимаешься эти летом? Я вот скуч…»
Тьфу! До такого я не опущусь, и гори оно огнем! Скомканную бумагу я испепелил, а горячий пепел сдул с ладони.
Интересно, анубисы могут убивать взглядом? Букля сидела на подоконнике и с ужасом смотрела на письма в моих руках. Зной за окном мог и слона с ног свалить, не то что нежную птичку. Хотя эта птичка, судя по недоброму блеску в её круглых не только от природы, но и от возмущения, глазах, нежной не была и не будет.
— Надо, Букля, очень надо… — она недовольно ухнула, но дала привязать к своей лапе письма, печально потопталась на месте, еще раз ухнула и улетела.
— Хибара это, а не дом, должен заметить… Ух ты! — Драко застыл в дверях при входе в гостиную. — Ты не только тетку на море снарядил, ты теперь еще что-то вроде скатерти самобранки и этого… как его?
— Кондиционера.
Я действительно охладил температуру в помещении, меня раздражал гул этой белой штуки на стене.
— Ну да, его… Грэг! Винсент! Сюда!