Я не Поттер!
Шрифт:
— Мальчик, не хочешь с Гарри и моим сыном в одном купе ехать? Мы уже и сладости заказали, и веселее втроем! Гарри с вами не может пойти, они ведь с Драко вдвоём, а вас много — за тобой не успеют соскучиться, я уверена! — её голос вновь стал нежным, певучим и ласковым.
По лицам всех Уизли пробежала не то что тень, а огромная черная туча. Нахмурились даже развеселые близнецы!
Рон обернулся, внимательно посмотрел на растерянную мать, словно судьбу свою выбирал, а не купе в Хогвартс–экспрессе, и отрешенно переспросил:
— Сладости?
— Да, много! Таких больше ни у кого не будет!
Пока Рон думал, уставившись
— Да, веселее! — сложно было представить этого недотепу в компании со мной и Драко, ну раз нужно так…
Спотыкаясь о снующих под ногами кошек разных мастей, сталкиваясь с другими тележками и их хозяевами, щурясь от яркого солнца, я шел к поезду, но шел уже не один. Следуя за прямой спиной миссис Малфой, рядом со мной и нога в ногу шагал угрюмый Рон Уизли. Ему явно не сойдет с рук такое решение, ведь последние слова перед началом учебного года, которые он услышал от матери в свой адрес, были такими:
— Негодный мальчишка!
Его младшая сестра схватилась за серую мамину юбку и со слезами на глазах спросила:
— Мам, а с кем он пошел? Кто та красивая тетя? Ты злишься на братика?
Женщина потрепала дочку по тяжелым рыжим волосам.
— Нет, Джинни, я не злюсь, всё не так просто…
С Молли Уизли и мной был полностью согласен еще один человек — лорд Малфой. Он впервые в жизни кивнул в мою сторону не высокомерно и покровительственно, а вопросительно и растерянно, лишь только завидев нашу странную процессию у вагона. Я немного пропустил Рона вперед, чтобы не обидеть, и не менее растерянно пожал плечами, выразительно выпучив глаза на тетю Нарциссу. Но, справедливости ради, дядя Люциус ни на секунду не подумал, что это я мог пригласить Рона в наше купе, он просто недоумевал, а увидев мой взгляд, сразу переключил своё внимание на жену.
— Так, Люциус, Драко, — кстати, приятель вообще окаменел, я его сразу и не заметил, — познакомьтесь, это Рон Уизли–и-и! — на фамилии она сделала ударение и немного её растянула, словно пробкой закупорив неминуемый поток слов, готовый излиться из обоих Малфоев. — Дорогой, — она наклонилась к сыну и потрепала его по волосам, — он поедет с вами!
— Но…
Драко явно хотел возмутиться, но мать резво повернула его лицом к вагону, чмокнула в затылок и подтолкнула к ступенькам, затем повернулась к нам и процедуру повторила, с тем лишь отличием, что Рона она не целовала, разумеется. Драко ничего не оставалось, как залезть в тамбур и уже оттуда выражать свой молчаливый протест. Его отец подал нам клетки, чемоданы, мой синий спортивный рюкзак — подарок Дурслей, и неуверенно махнул на прощание рукой, чуть скривившись. Он явно мучился тем фактом, что прощаться ему пришлось не только со мной и сыном, но и отпрыском семейства Уизли! Тетя Нарцисса легонько наступила ему на ногу, чего я просто не мог не заметить по причине своей наблюдательности, и дядя Люциус заулыбался и замахал намного живее, но всё равно — я был с ним абсолютно согласен!
Приятель сунул какому-то тщедушному пареньку в синей помятой форме носильщика галеон и тот проводил нас по вагону, расталкивая на своем пути всех и освобождая путь. Драко следовал сразу за ним, гордо задрав подбородок, то и дело с кем-то нехотя здороваясь, и поглядывая себе за спину — на меня и Рона. Если я благодаря Малфоям привык к тому, что деньги — залог успеха,
Когда мы, наконец, дошли до зарезервированного для нас купе и скрылись от завистливых взглядов, Драко возмущаться уже не хотел. Он с интересом рассматривал Рона, и просто светился от удовольствия, наслаждаясь его реакцией.
— Привет, я Драко! — он смело протянул руку.
Рон неуклюже вытер ладони о брюки и протянул свою в ответ. После такой открытой демонстрации своей невоспитанности, любой другой на его месте не удостоился бы и взгляда любого из Малфоев, но в этот раз Драко даже не скривился. Он словно затаился в ожидании чего-то!
— Я Рон… — парень уже не хмурился, а улыбался.
Перемены произошли не только в нем, если минуту назад Драко просто светился, то сейчас готов был просто треснуть от распиравшей его важности! В голосе Уизли он безошибочно угадал нотки слепого обожания, ведь слышал их с самого детства — сперва в адрес отца, а со временем и в свой. Я ухмыльнулся, уселся поближе к окну, и уставился в него. Может, выгнать? Просто взять и выгнать? Пусть обидится, разозлится, и уйдет к своим? Я обернулся — Драко как раз руководил погрузкой поклажи на багажную полку. Руководил то он, ему эта роль к лицу, но вот потел Рон. Я опять отвернулся. Раз он сам готов прислуживать Драко, то к чему вмешиваться? Может, мы еще подружимся?
— Так хорошо?
— Нет, левее! А то мой с краю — упадет еще…
— А так?
— Нет, теперь чемодан Гарри с краю! Ну ты что, совсем того?! Левее, говорю, ле–ве–е! — приятель капризничал.
Рон потянул на себя свой чемодан и оставил его лежать у самого краешка, весьма довольный своим глупым решением.
— Вот так, молодец! — громко похвалил его Драко. — Теперь слезай, сейчас отправляемся, упадешь еще! — если в моем воображении Рон тут же превратился в клетчатый чемодан с кожаной ручкой, то сам Рон подобного сравнения не уловил. Его такая неискренняя забота только порадовала, он спрыгнул на пол и присел рядом со мной.
Я решил поблагодарить:
— Спасибо.
— За что?
Подобная недогадливость и угодливость разозлит кого угодно!
— Мой багаж, полка! — провел я аналогию.
— Ааа… Не за что!
Я вздохнул — выгонять, то есть спасать, я его не буду, но мы абсолютно точно не подружимся!
За окном все еще толпились люди, тискали своих чад, совали в руки разные свертки, украдкой вытирали слезы, шумели, смеялись. Но Малфои на перроне не остались, не желая топтаться возле экспресса, как все остальные, и я успел заметить только их спины. Внутри что-то неприятно заныло — мне вдруг стало ясно, что я буду сильно за ними скучать…
Мистер Малфой меня как будто услышал и резко обернулся, я даже немного испугался и отпрянул назад! Но, не заметив на его лице обидных гримас, вновь прильнул к стеклу. Отыскав меня в окне, он кивнул и еле заметно, одними уголками рта, улыбнулся. Застыл на секунду, нахмурился, тряхнув белоснежными волосами, и так развеваемыми ветром, словно мысли гнал, и пошел прочь.
Раздался свисток, поезд тронулся, набирая скорость, и вскоре платформа скрылась за поворотом, а за окном замелькали дома.