Выстрел издалека
Шрифт:
Ствол винтовки двигался между губами Ловелла в такт движениям ее тела. Внезапно Лена остановилась и приподнялась.
– Я спустила курок. Мозги брызнули на пол, а тело забилось в конвульсиях. Член стал таким большим и твердым, а судороги ввели его в меня так глубоко… Я никогда не испытывала этого раньше. Каждая женщина должна почувствовать, каково это – знать, что мужчина умер прямо в тебе!
Она усмехнулась.
– Они, разумеется, не знали о том, какой сильнейший оргазм я испытала. Правильно говорят, Ловелл: хороший янки – только мертвый янки. Я думаю, мне следует заранее тебя поблагодарить…
Лена с такой силой опустилась на него, что он чуть не задохнулся.
– Пусти
Он попытался было сопротивляться, но его руки и ноги были привязаны слишком крепко. Он заметил, как напрягся палец Лены на спусковом крючке, и постарался вызвать в воображении картины, которые отвлекли бы его от происходящего. Возможно, подумал он, если эрекция ослабеет, она оставит его в покое. Он пытался думать о бейсбольных матчах, старых фильмах, таблице умножения… Все оказывалось напрасным – член становился только тверже. Ловелл открыл глаза и увидел, что Лена не сводит с него сияющего взгляда. Крепко прижавшись к нему, она раскрыла рот, ее грудь блестела от пота, а мускулы шеи напряглись, подобно стальной проволоке. Маленькие груди подпрыгивали в такт ее движениям. Он опустил взгляд и увидел ее плоский живот и треугольник волос. Когда она опускалась и поднималась, становился виден влажный сверкающий презерватив. Ловелла начало трясти от страха. Он почувствовал близость оргазма, а по ее сатанинской усмешке понял, что и она это почувствовала. Ему захотелось кричать, умолять ее, но ствол винтовки плотно прижимал его язык, как кляп. Его бедра задвигались ей навстречу, как будто уже не повиновались его воле. Он хотел ее, несмотря на то, что знал: это означает его смерть. Спусковой крючок пришел в движение, палец прочно удерживал его. Рашид поднималась и опускалась все быстрее.
– Возьми меня и умри! – прокричала она, сжимая его член внутренними мышцами.
Ловелл ощутил, как под влиянием оргазма вошел в нее с небывалой силой, и одновременно увидел, что спусковой крючок оттянут назад, а курок начал двигаться. Он закричал так, как не кричал ни разу в жизни, и уже не услышал щелчка, с которым курок привел в движение боек, ударивший в пустой патронник.
Лежа на кровати в своей спальне, Карлос услышал этот нечеловеческий вопль. Вряд ли Ловелл еще когда-нибудь попытается залезть к Лене в постель, подумал он с улыбкой.
Дон Клутези налил себе кофе и положил три ложки сахару.
– Хочешь кофе? – спросил он Фрэнка Салливана.
Салливан покачал головой. Он читал одно из фэбээровских дел, лежавших у него на столе, и время от времени глухо ворчал. Клутези встал у него за спиной и тоже начал читать, заглядывая другу через плечо.
– Мэри Хеннесси… – задумчиво произнес он. – Королевская тайная полиция вроде бы искала ее два года назад. Ну и как, нашли?
– Они-то нет, а вот агент в Фениксе, похоже, нашел, – ответил Салливан.
Пошарив на столе среди бумаг, он выудил фотографию и подал через плечо Клутези.
Тот схватил ее и начал сличать со снимками в досье. Цвет волос был другим, но тем не менее было ясно, что на снимках изображен один и тот же человек.
– Когда была сделана фотография? – спросил Клутези.
– Недавно, – ответил Салливан. – Точнее сказать не могу. Я даже не знаю, откуда у агента этот снимок.
Он подал коллеге вторую фотографию.
– Она была с мужиком. Узнаешь его?
Клутези внимательно посмотрел на фотографию и пожал плечами.
– Он тоже из ИРА?
– Это Мэтью Бейли, тот парень из ИРА, что в прошлом году пытался в Лос-Анджелесе
С этими словами Салливан показал напарнику фотографию человека с усами и в солнцезащитных очках, который держал у рта переговорное устройство.
– Я собираюсь запросить Феникс, можно ли провести перекрестную проверку с КТП и МИ-5.
В дверях показалась голова человека средних лет. Это был Дуглас Фаулгер, который работал на том же этаже в отделе контрразведки на Ближнем и Среднем Востоке.
– Привет, Фрэнк! Пойдешь в субботу играть в софтбол?
– Конечно, Дуг. А с кем мы играем?
– С одной из команд бруклинского СВАТа, [9] – ответил Фаулгер, ухмыляясь. – Так что готовься к бою.
Он вошел в кабинет, кивнул Клутези в знак приветствия и вдруг увидел фотографию Мэри Хеннесси.
– Красивая женщина, – заметил он, изучая снимок. – И наверняка с большим опытом.
– Точно, – ответил Клутези. – Это террористка из ИРА. Любит забавляться тем, что замучивает до смерти наших секретных агентов.
9
SWAT – Special Weapons And Tactics, спецпоздразделения полиции.
Он передал Фаулгеру вторую фотографию – ту, на которой был снят мужчина с переговорным устройством.
– Ну уж этого ты наверняка не знаешь, – предположил он.
Фаулгер быстро взглянул на фотографию и фыркнул.
– Да перестань меня разыгрывать, Дон! За дурачка меня держишь, что ли?
Салливан вскинул голову.
– Так ты его знаешь?
– Послушайте, парни, да на свете нет агента по борьбе с терроризмом, который бы не знал этого человека!
Вдруг он в изумлении раскрыл рот.
– Боже мой! Не хотите ли вы сказать, что он в Штатах?
– Да кто «он»? – нетерпеливо переспросил Салливан. – Кто это, черт возьми?
Фаулгер еще раз внимательно взглянул на фотографию.
– Если я не ошибаюсь, джентльмены, это Ильич Рамирес Санчес, псевдоним Карлос Шакал.
Лу Шолен включил телевизор у себя в спальне и увеличивал звук до тех пор, пока не удостоверился, что он перекрывает его голос. Карлос настаивал, чтобы они избегали всяческих контактов с друзьями родственниками, пока дело не будет сделано, однако Шолен считал что такие предосторожности излишни. Не было никаких признаков того, что кто-нибудь напал на их след. Тем не менее, Шолен предварительно убедился, что его звонок не услышат: Карлос не так давно вышел из дома, Ловелл смотрел телевизор внизу, в небольшой комнатке, а ливанка находилась у себя в спальне.
Он достал из-под кровати ранец и, расстегнув молнию на боковом кармане, вынул оттуда черную пластмассовую коробку размером с книжку в мягкой обложке. На одной стороне коробки располагались двенадцать серых кнопок, а на противоположной – маленькая решетка, в которой скрывался микрофон. Встроенное электронное устройство было очень простым и обошлось Шолену всего в несколько долларов. Коробка только генерировала электрические сигналы, подобно тому, как работает обычный телефон. Конечно, в руках человека, не знакомого с работой сетей связи, она была бы совершенно бесполезной, но Шолен не был невеждой. Он открыл маленькую записную книжку и пробежал глазами ряды цифр. Ему понадобилось десять лет, чтобы собрать всю имеющуюся теперь в его книжке информацию, причем номера он записывал с помощью других цифр, как дети при игре бейсбольными карточками.