Вся правда про эльфов

Ларичева Елена Анатольевна

–  Точно к дождю, - пробормотал я, разглядывая пересидевшую в солярии старосту, сейчас черную, точно головешка. Только на переносице и вокруг глаз кожа от очков была чуть светлее.
– С градом, - добавил я, подумав.

–  Тихонова, на два слова!
– она сама потянула Эльку за рукав курточки.

–  Подержи, - заинтригованная Элька сунула мне в руку свою сумку. Она там что, филиал кирпичного завода таскает?

Девчонки отошли на полквартала и долго шептались. Кущина махала руками - возбужденная, взлохмаченная, испуганная. Элька кивала, скрестив руки на груди, потом сама что-то втолковывала

Наде, тыча ей пальцем в грудь.

Или я ничего не понимаю в женских делах, или у них перемирие. Я сейчас был готов позволить эльфам сделать из себя чучело для кабинета биологии, лишь бы узнать - о чем они так шушукаются? Что заставило Надю отступить от объявленной войны?

–  Элька, ее что, кипятком ошпарили?
– вцепился я в Тихонову, едва та распрощалась с Надей и поманила меня кивком головы.

–  Вроде того, - она дала понять - из нее не вытянешь ни слова. И где справедливость?

Уже через час мы втроем (я, Эля и Аня) столпились в нашей прихожей, положили ладони на дверь и произнесли про себя: "Центр тренировки молодых эльфов, Площадь Победы, 44-в". И вышли их квартиры.

Сколько раз уже тут бывал, а все привыкнуть не могу. В глаза ударил пронзительный синий свет. Синева сентябрьского вечернего неба - на такой высоте густая и прозрачная одновременно, точно подкрашенный хрусталь, необъятная и манящая.

Помню, когда мы впервые прибыли сюда, все без исключения приникли к стеклу пола и стен и минут пять безотрывно смотрели на переливающуюся, перехлестывающую волнами-нитями небесную реку - Верхний Путь - " ата-на-даба " на языке эльфов.

Облака клубись вверху, ласково льнули к окнам, невесомой пеной молочного коктейля протекали под нами. Город внизу казался неумело нарисованным планом, эскизом на клетчатом тетрадном листке. Стремительные стрижи отважно устремлялись туда, грозя продырявить листок, быстро терялись из виду, точно бусинки в траве.

Как же тут было потрясающе!

Элька тогда вздохнула и доверительно сообщила Августу Денисовичу:

–  А папа меня однажды брал на самолете катать. На настоящем боевом истребителе! Но это круче в сто раз!

Сейчас мы прибыли раньше условленного, и оказались одни в просторном круглом зале - внизу и по бокам прозрачном. Ни господина Иванова, ни Марата с Мартой - наших наставников.

Я тысячу раз, наверно, был на площади Победы, на 9 мая и день города с классом возлагал цветы к мемориалу, гулял вечерами возле танцующего фонтана, ходил мимо в кинотеатр. И предположить не мог, что над закутанным в серый гранит зданием администрации - хмурым и невзрачным - в воздухе висит нечто . Представьте себе стеклянные приплюснутые шары - три штуки. Каждый последующий в полтора раза больше предыдущего. Они висят один над другим, имеют свою нумерацию снизу вверх - "44-а", "44-б" и "44-в".

Под третьим из них бурлил Верхний Путь. На реку он действительно походил мало, скорее на голубоватые трубочки, светящиеся по центру желто-белым цветом. Потоки энергии, как сказал Август Денисович. Они опутывают всю Землю и для людей невидимы и неощутимы. Даже если сквозь них пролетит самолет - ни с ним, ни с Путем небесным ничего не случится. А вот всякие там непонятные сущности плавали по волнам, точно заправские моряки.

Высоко-

высоко в завихрениях и водоворотах Верхнего Пути угадывались островки с отдельными хуторами. Я разглядел три: белые одноэтажные домики (прямо, как у моей бабушки в деревне) с вишневыми и лиловыми покатыми черепичными крышами, низенькими заборчиками и миниатюрными садиками.

–  Осторожно, в предзакатное время появляются особенно яркие и правдоподобные миражи. В них очень легко поверить и навсегда лишиться покоя, - раздался позади голос Августа Денисовича, когда мы, прижавшись лбами к холодному стеклу, смотрели на колеблющиеся "воды" Пути.

–  Для нас - весь ваш мир - большой мираж, - проворчала Эля.

–  Это потому что у вас еще не до конца сформировалось внутреннее веко, - с удовольствием решил просветить нас эльф, притворяющийся фотографом.
– Нас вы различаете только потому, что начала расти прозрачная пленочка на глазах. Она сформируется окончательно, откроется, и вы получите возможность смотреть на мир человеческим или эльфийским зрением - на выбор. Где-то через неделю после подписания.

В тот момент я усомнился в словах Славика о нашей страшной кончине. Но неподкупный Валентин (который, кстати, только что появился из расположенной посреди просторного зала закручивающейся спиралью череды хрустальных арок) состроил за спиной фотографа кислую физиономию. И я окончательно уверился - главный городской эльф - товарищ Иванов - не самый добрый из персонажей нашей общей сказки.

–  Чем будем заниматься сегодня?
– Элька принялась отвлекать внимание главного от нас, хмурых и пасмурных. Один защитник чего стоил? Не знал бы его столько времени, сам бы деру дал, повстречав вечерком на пустынной улочке. И на непустынной тоже. Ему бы в маминых любимых полицейских сериалах бандитов играть…

Август Денисович задумчиво пожевал нижнюю губу, пригладил воротник коричневой замшевой куртки и уверено произнес:

–  Будете учиться плавать. Дорога к месту подписания лежит по Пути. Вот по нему сейчас и поплывете.

–  Ты говорил, мы сами отыщем место. Врал, как всегда!

Валентин постоянно общался с главной городских на грани скандала. Кажется, вот-вот сцепятся. Не сцепились до сих пор. Главный привык смотреть на защитника как на буйно помешанного, делал вид, что речи чародея его не задевают.

–  Подробности узнаете в день подписания, я уже говорил, - тон его голоса не поменялся - ровный, даже ленивый.

Он постоял, глядя вниз на проскальзывающие по извивам Пути различные плавсредства. Одни из них напоминали корабли, другие - помесь подводной лодки и летающей тарелки. Третьи - вообще оказалось невозможно описать словами - настолько они были необычны и удивительны.

–  Скандинавские маги, - вздумал заняться нашим образованием главный, - видели Путь и считали его ветвями дерева прорастающего сквозь миры. Иггдрасиль оно звалось. Верховный бог О дин с его помощью получил мудрость и руны - основу магии. О!
– прервал он речь, увидев, как под нами притормозило нечто вроде ванны для великана - металлическое, тяжелое на вид. При этом с колесом, точно у старинного парохода из американских фильмов, - О!
– Повторил он еще раз.
– Это за нами.