Вспаханное поле

Кастро Эрнесто Л.

— Подумаешь, доктора!.. Да, они грамотеи, только

проку нет от ихней учености. Что ж, отвези к ним боль¬

ных, посмотришь, что они сделают... Дона Ахенора я выле¬

чила, а тетушке Марселине и я не помогу, и никто другой

не поможет.

Потрясенный этим беспощадным приговором, Панчо, за¬

пинаясь, сказал:

— Вы думаете... думаете, что... крестная...

— Умрет — ее одолела оспа,— уверенно изрекла стару¬

ха.— Никому ее не

вылечить, а уж докторам и подавно.

Они выходят дона Ахенора, потому что я выгнала из него

хворь, но Марселину — ни за что.

Горе юноши тронуло дона Томаса.

— Давай-ка положим их в мою повозку и отвезем в.

селение,— снова предложил он.

Теперь, когда знахарка признала Марселину безнадеж¬

ной, Панчо послушался его совета, и они перенесли боль¬

ных в тарантас. Тем временем старуха собрала свои горш¬

ки и снадобья и, не глядя на мужчин, стала седлать пони.

Вдруг она подняла голову и внимательно посмотрела на

тучу, сгущавшуюся над равниной. Панчо уже поставил но¬

гу в стремя, но, спохватившись, подбежал к знахарке —

помог ей затянуть подпругу и, желая задобрить старуху,

которая, видимо, рассердилась, сказал почтительно и сми¬

ренно:

— Тетя Хуана, если вы думаете, что сможете выле¬

чить крестную, я ее оставлю.

— Я тебе сказала, что ее одолела оспа и никто ее не

вылечит. Что ж, потешь этого гринго, который верит в

докторов. Многого они стоят! Чем ученее, тем никчемнее.

С помощью юноши она взобралась на пони и выехала

на дорогу, сопровождаемая собаками. Фермер тронул ло¬

87

шадей, и тарантас, возле которого верхом ехал Панчо, ско¬

ро нагнал старуху и оставил ее позади, окутанную обла¬

ком пыли.

Она даже не взглянула на них. Напротив, Панчо, преис¬

полненный суеверного почтения к знахарке, то и дело огля¬

дывался на нее. Фигура старухи на бескрайном просторе

сливающейся с небом земли с каждой минутой уменьша¬

лась, превращаясь в крохотную точку, и наконец пропала

совсем, скрывшись в пыли и в тени, которую отбрасывала

на выжженную равнину все более сгущавшаяся туча.

Как только они приехали в селение, дон Томас справил¬

ся у встречного крестьянина, где находится лазарет. Тот,

отвечая на вопрос, увидел, что в повозке больные, и в стра¬

хе поспешил уйти. Такой же страх выказывали все, кто с

ними сталкивался. Наконец они добрались до оспенного

барака. Фермер отправился за санитарами, а Панчо спе¬

шился и подошел к больным, которые лежали без дви¬

жения,

как мертвые. Подавленный, он не мог отвести взгля¬

да от Марселины, пока его внимания не привлекла женщи¬

на, которая вышла из барака и направилась к нему. Это

была Клотильда. Не заметив больных, она взволнованно

спросила:

— О Сеферино ничего не слышно?

Панчо разозлил этот неуместный вопрос. Но тут Кло¬

тильда увидела, кто лежит в тарантасе, и воскликнула:

— Мать Сеферино!.. Что у нее, оспа?..

— Ага,— мрачно подтвердил Панчо.

Подошел дон Томас.

— Говорят, чтобы мы сами внесли больных,— сказал

он Панчо.— Здесь все и так сбились с ног.

Они подняли Марселину и отнесли ее в переполненный

барак, где с трудом нашли свободную койку. Клотильда

осталась возле больной, а они пошли за доном Ахенором,

которого положили на матрас, разостланный прямо на полу.

— Так ,— сказал фермер,— врачи их осмотрят, как

только освободятся. А нам велели как можно скорее ухо¬

дить отсюда.

— Не могу же я их оставить одних, без присмотра! —

запротестовал Панчо.

— Ничего, ступай, я за ними присмотрю,— участливо

сказала Клотильда. — Я каждый день сюда прихожу к

хозяину. Если что-нибудь понадобится, я дам тебе

знать.

88

Немного успокоенный этим обещанием, Панчо вышел.

Он привязал свою лошадь к задку тарантаса и сел на коз¬

лы возле дона Томаса.

Они долго ехали молча. Селение осталось позади, во¬

круг опять расстилалось открытое поле. Солнце, столько

дней ослепительно сверкавшее над равниной, померкло —

небо заволакивали тучи.

— Ну, сегодня будет дождь,— сказал дон Томас.

— Ага,— проронил Панчо, поглощенный своими ду¬

мами.

— Чего доброго, вымокнем, пока доедем,— продолжал

фермер, желая расшевелить парня.

— Ага.

Дон Томас искоса посмотрел на него и умолк.

На горизонте, среди черных туч, зазмеилась молния.

Стало совсем сумрачно, как всегда бывает перед грозой.

Лицо фермера засияло радостью.

— Скоро дождь покончит с засухой и с оспой! — вос¬

кликнул он.

— Может быть...

— Кстати, что ты думаешь теперь делать?.. Ведь ты

пока будешь один.

Панчо удивленно поднял глаза на него.

— Я?.. Буду ходить за лошадьми! Что же мне еще де¬

лать?

— То, что делаю я. Пахать и сеять... В этой стране

каждый, кто живет трудом, должен обрабатывать землю.