Вспаханное поле

Кастро Эрнесто Л.

77

решив, что донью Хуану позвали к больному, сел под на¬

весом из веток и стал терпеливо ждать, глядя вдаль.

В период дождей река в этом месте выходила из бе¬

регов, и земля, покрытая коркой селитры, сверкала на

солнце, словно усыпанная кусочками слюды. Торчавшие

там и сям пучки жесткой травы лишь подчеркивали опу¬

стошительные последствия засухи. Даже в тени было

жарко, как у раскаленной печи. Кроме лошади, которая,

шаря

мордой по земле в поисках соломинок, бродила у на¬

веса, вокруг не было видно ни одного живого существа.

Панчо задумчиво устремил взгляд на выжженную солн¬

цем пампу. Это зрелище вызывало у него иные чувства,

чем у его отца: он с острой болью смотрел на пересох¬

шую, жаждущую влаги землю. «Засуха — это голод, а го¬

лод — это смерть, — думал он. — Человек не может сго¬

нять Тучи и выжимать из них воду. Но он может вспа¬

хать поле, чтобы дождь просочился глубоко в землю и она

возродилась бы, вновь зазеленев».

Казалось, время остановилось. Ничто не нарушало ца¬

рившего вокруг мертвого покоя — даже птица не пролета¬

ла. Панчо вспомнил, что Марселина просила добыть ка¬

кую-нибудь дичь. Он сел на лошадь и поехал шагом,

всматриваясь в кустарник. Но что добудешь без оружия

и собак? Безуспешно обследовав русло реки, он уныло по¬

вернул назад. Вдруг, когда он меньше всего этого ожидал,

он заметил готовую взлететь куропатку и сшиб ее ловким

ударом плетки. Подняв добычу, он вернулся к лачуге и

снова укрылся под навесом. Чтобы убить время, он вы¬

тащил нож и принялся потрошить куропатку. Покончив

с этим, он привязал ее к седлу.

Стемнело. Потеряв надежду дождаться знахарки, Пан¬

чо решил вернуться домой. Усталый и подавленный, он

ехал теперь не галопом и не рысью, а шагом. Проезжая ми¬

мо фермы дона Томаса, он увидел мелькнувший сквозь

щель огонек. В свете луны возле дома вырисовывался си¬

луэт вола.

Внезапно лошадь Панчо рванулась в сторону, запря-

дав ушами. На нее накинулась целая свора собак, а за

ними, подобно призраку, показалась фигура женщины

верхом на низкорослой лошадке, гривастой и лохматой.

В первый момент Панчо вздрогнул от неожиданности, но

тут же радостно воскликнул:

— А я вас искал, тетушка Хуана!

78

Женщина остановила лошадь и окинула его взглядом

из-под мантильи, закрывавшей ее лицо.

— Кто ты такой?.. И чего тебе надо от меня?

— Я Панчо, сын дона Ахенора. Он захворал: у него

жар и озноб. Я поехал за вами, да не застал вас дома.

— О-ох... —

устало вздохнула донья Хуана. — Вот уж

три дня и три ночи я глаз не смыкаю. А теперь еще и

Ахенор... Повсюду эта зараза.

И она покорно повернула назад. Собаки бежали за

нею, не отставая ни на шаг. С ее седла свешивались связ¬

ки трав и горшочки со снадобьями, стучавшие друг о

друга в такт шагам лошади. Панчо из суеверного почтения

старался не обгонять знахарку. Скоро он понял, что она

задремала и выпустила из рук поводья.

— Сюда, тетя Хуана,— сказал он, указывая в сторону

почтовой станции.

Старуха встрепенулась и поехала за ним, бормоча по-

индейски что-то вроде молитвы. На почтовой станции бы¬

ло тихо и темно. Это удивило Панчо. Он решил, что из¬

голодавшиеся собаки бродят в поле, но его встревожило,

что в ранчо не горит свет. Он соскочил с лошади и по¬

звал:

— Крестная! Крестная!

Тут он услышал стоны отца и вошел в дом. На столе,

мигая, догорал фитилек оплывшей свечи.

— Достань другую свечу и зажги ее от огарка,— при¬

казала тетка Хуана, подходя к кровати дона Ахенора.

Панчо зажег свечу и увидел Марселину, лежавшую на

куче потников и чепраков. Знахарка взглянула и на нее.

— В обоих вошла хворь,— сказала она.— Подай-ка

мне свечу!

Пока она осматривала волдыри на теле Сории, Панчо

не спускал глаз с ее пергаментного лица. Но оно остава¬

лось непроницаемым. Он услышал только, как старуха про¬

говорила с характерной для туземцев невозмутимостью:

— Оспа. Всего обсыпало.

Так же невозмутимо она подошла к Марселине, лихо¬

радочно метавшейся во сне, поднесла к ней свечу и опре¬

делила:

— Тоже оспа, хотя сыпи еще нет.

Потом, обращаясь к Панчо, распорядилась:

— Разожги огонь — надо приготовить лекарство, а я

сейчас приду.

79

Она вышла во двор, отвязала притороченные к седлу

пучки трав и горшочки со снадобьями и вернулась. В оча¬

ге уже пылал огонь.

— Займись-ка моей лошадкой, а то она еле жива,— ска¬

зала знахарка.— Ступай, ты мне не нужен.

Панчо вышел и направился к колодцу. Пока он напол¬

нял водой корыта, лошади в загоне нетерпеливо ржали.

Очевидно, Марселина уже не смогла напоить их. Жеребе¬

нок просунул голову между кольев. Панчо, поивший лошад¬

ку доньи Хуаны и Лысого, тихонько засвистел, чтобы успо¬

коить его. Потом он выпустил его из корраля. Жеребенок