Все недостающие части
Шрифт:
— Никакой пощады.
Эйвери ухмыльнулась.
— Чертовски верно.
Чья-то рука легла мне на плечи, а губы коснулись виска.
— Привет, малышка.
Я откинула голову, чтобы взглянуть на знакомое лицо. Янтарные глаза в обрамлении темных ресниц. Светло-каштановые волосы, выгоревшие прядями от постоянного солнца и тенниса. Я улыбнулась Джареду и потянулась к его губам.
Поцелуй был теплым и привычным. Легким, без давления. Я позволила ему углубиться, надеясь на искру. На огонь. Его
Джаред отстранился, поцеловал кончик моего носа и посмотрел на сестру.
— Привет, Эйвс. Вот это сюрприз.
— Исполняю последнее студенческое желание сестры.
Джаред рассмеялся.
— За такое точно начисляют очки в раю.
Губы Эйвери дернулись.
— Я вижу Карли. Пойду поздороваюсь.
— Помни, — крикнула я ей вслед. — Никаких напитков от случайных мужчин, просто говори «нет» наркотикам и не бери конфеты у незнакомцев в фургонах.
Она показала мне средний палец и направилась к своей сокоманднице.
Джаред усмехнулся, и знакомая вибрация его смеха скользнула по мне. Но ни приятной дрожи, ни намека на что-то большее.
— Ты и правда творишь чудеса, раз смогла затащить ее на такое, — сказал он.
— Думаю, нам стоит пойти за ней. Кто знает, в какие неприятности она может вляпаться.
Он притянул меня к себе, обняв.
— А можешь остаться здесь со мной.
Я подняла голову, глядя на его красивое лицо.
— Могу.
Я позволила шуму людей и музыке увлечь меня, жару костра и предвкушению завтрашнего дня. Джаред повел меня к компании — несколько его соседей по теннисной команде и их девушки, с которыми я подружилась за последние полтора года.
Мы болтали о выпуске и поездках, которые некоторые планировали после церемонии. Легко, непринужденно, но с ощущением возможных перемен.
Губы Джареда едва коснулись моего уха.
— Ты думала о Нью-Йорке?
У меня внутри все оборвалось. Жизнь Джареда была распланирована с того момента, как его отец узнал, что у него будет сын. Финансы, работа в отцовском хедж-фонде в городе. Даже теннис входил в список допустимых увлечений — наряду с гольфом и ракетболом.
В колледже Джаред позволял себе больше свободы. Ходил со мной в походы, ездил к озеру. Но стоило ему оказаться рядом с отцом, все менялось. Он строго держался в рамках.
— Нью-Йорк — не для меня. — Я сказала это тихо, будто мягкость могла притупить боль.
Челюсть Джареда напряглась, узкая мышца дернулась.
— Ты не узнаешь, пока не попробуешь.
— Я знаю. — В этих двух словах стало меньше мягкости. Они не были резкими, но были твердыми.
В его глазах мелькнул жар, злость.
— Значит, и во мне ты тоже уверена?
— Джер, давай не сегодня.
Он стиснул зубы.
— А когда, по-твоему, мне об этом говорить? Когда ты свалишь из
Грудь сжало так, что стало трудно дышать.
— Я просто хотела, чтобы мы насладились этими последними неделями. Не влезали во что-то тяжелое.
Джаред долго смотрел на меня, челюсть ходила из стороны в сторону.
— А «тяжелое» — это значит, что для тебя все кончено. И ты, скорее всего, знала это уже несколько месяцев. Но вместо того чтобы повзрослеть и сказать мне прямо, ты просто избегала разговора. Спасибо.
— Джер… — Я потянулась к нему, но он выскользнул из моих рук.
— По крайней мере, тебе не придется говорить об этом сейчас. Мы все.
Он развернулся и ушел — прочь от вечеринки, к тропе, ведущей к дороге, где все парковались. Я могла только смотреть ему вслед.
По телу разлилось зудящее напряжение, кожа будто стала тесной. Потому что Джаред был прав. Я избегала этого разговора. Не хотела ранить его, не хотела видеть предательство в его глазах. И этим только причинила еще больше боли.
Чья-то рука легла мне на плечо, и я вздрогнула, резко обернувшись.
Лана, девушка одного из соседей Джареда, смотрела на меня добрыми глазами.
— Ты в порядке?
Ее взгляд скользнул по моим щекам, и только тогда я поняла, что плачу. Я поспешно вытерла лицо.
— Я сволочь.
Темные глаза Ланы потвердели.
— Не смей так говорить о моем друге.
Я хотела улыбнуться, но губы не слушались. Вместо этого наружу вырвалась правда.
— Я причинила ему боль.
— Ох, милая. — Она притянула меня к себе. — Он просто не мог увидеть, что у этого не было шансов.
Я шмыгнула носом, когда она отпустила меня.
— А ты видела.
Лана мягко улыбнулась, и кожа вокруг ее глаз собралась в морщинки.
— Два разных мира. И он ведь не предлагал встретиться посередине. Я люблю Джареда, но у него всегда либо по его правилам, либо никак. Он ни разу не задумался о том, чтобы пойти против воли отца.
Ее слова немного ослабили тяжесть вины. Потому что она была права. Никто не спрашивал, чего хочу я. Меня лишь просили вписаться в его планы.
— Это и правда не могло сработать.
Лана сжала мою руку.
— Думаю, ни один из вас на самом деле этого не хотел.
— Это была не та любовь, от которой загорается душа. Это была удобная любовь, — призналась я.
— Ты заслуживаешь любви, которая сжигает все дотла. — Она посмотрела на меня с сочувствием. — Но от этого прощаться с этой любовью не легче. Так что будем делать? Напьемся в хлам и будем танцевать, чтобы все забыть? Или поедем домой и наедимся мороженого, проклиная его имя?
Уголки моих губ дрогнули.