Всадники
Шрифт:
– Значит, не понял.
– Ну да, конечно. Дракон понял, "конь", так сказать, а всадник - нет. Чушь! Все он прекрасно понимает. А за это наказывают! Зачем он уничтожил роботов?
– Но ведь вы его сами спровоцировали!
– Изумленный сенатор рухнул на сидение рядом.
– Вот!
– Киллер поднял вверх палец, ни капли не чувствуя себя виноватым И ты его пожалел! Урода! А кто-то из классиков, кого так любит твой умный Хойл, говорил: "Мужчина должен быть воспитан для войны, а женщина для отдохновения воина; все остальное - лукавство".
– Безумство - поправил Джайлс, который тоже читал Ницше.
И в это время "эф-шестнадцать" вышли
Существо, на котором прилетел ксенурс, только издали и только когда на нем сидел двутелый гигант, было похоже на земную манту. Стоило "динозавро-медведю" слезть, как "манта" встала на дыбы и превратилась в помесь гигантской кобры с богомолом. Смотреть на это чудище было тошно и страшно.
Ксенурс обошел Тихоню кругом, нагибаясь к нему то левым, то правым телом, постукивая снизу по корпусу сверхдракона - металлические поющие удары - так механики постукивали когда-то молотками по колесам старинных паровозов и вагонов. Затем нагнул голову суперзавра, так что она ушла из поля зрения замерших людей. Послышались новые звуки: треск, звон, скрипы. Тройной гребень на шее Тихони - его антенна-воротник - заискрился мелкими голубыми разрядами. Тела людей свела судорога, но не болезненная, почти приятная.
– По-моему, он нас не замечает - заметил Кемпер - Сейчас возьмет сядет и раздавит. Давай покричим?
Алиссон улыбнулся, заинтересованный происходящим.
– А по-моему, нам ничто не угрожает. Эта зверюга, полукасекомое-полукобра, всего-навсего наземный транспорт ксекурса.
Словно вспомнив о седоках, двутелый колосс, вдруг протянул лапу, раскрыв девятиметровую "ладонь" веером, накрыл прозрачный пузырь над "седлом" и перенес пузырь вместе с людьми, как воздушный шарик, на черную почву этого мира. Затем снова занялся обстукиванием и обслушиванием суперзавра.
Ошеломленные и слегка оглушенные седоки - удар о прозрачные стенки шара был приличным - не сразу пришли в себя. Флегма Алиссона и природный оптимизм Кемпера были поколеблены не столько необычностью свершаемого, сколько непризнанием в них ксенурсом равных себе по разуму партнеров. Да и несопоставимость масштабов людей и гигантских существ действовала на психику, подавляла и отвращала. Смотреть на "кобро-богомола", закрывшего собой половину горизонта, было не слишком весело. Что же касается двутелого негуманоида, по мнению Алиссона, он был достаточно вежлив, проявляя минимальную в данном случае заботу, но и только. О контакте речь не шла. ксенурсу он был не нужен.
По-видимому, ксенурс удовлетворился осмотром суперзавра, потому что подал неслышимую команду, и "кобро-богомол" послушно принял горизонтальное положение, превращаясь в манту. Новая команда - тихий световой всплеск в мозгу Алиссона - и Тихоня взгромоздился на "манту", раскорчился, вставляя лапы и голову в выемки на горбу летающего чудовища. Последним на живую гору влез ксенурс, уселся в "седле" Тихони, едва не доставая головами потолка-неба. Затем взялся всеми четырьмя лапами за воротник на шее суперзавра, и вся эта конструкция исчезла. Ни вспышки, ни звука, ни дуновения ветерка.
Кемпер очнулся от несказанного изумления первым, разразился бранью и восклицаниями. Алиссон пришел в себя позже, сделавшись рассеянным и задумчивым. Он размышлял и делал выводы.
– Симбиоз!
– Что?
– остановил бурный монолог летчик - Ты о чем? Ты понимаешь, что он нас бросил?! Ссадил, забрал "коня" и - аллюр три креста!
– "Симбиоз, - повторил Норман.
– Конь, всадник и наездник. И сдается мне, что каждая часть этой троицы разумна по-своему. Нет,
– Попроще, док, я не шибко грамотен.
– Экотон - пограничная зона между сообществами. На Земле это опушка леса, берег реки, а здесь, в мире чужих гигантов, он выглядит так. Хотя, может быть, это лишь мы, люди, со своими несовершенными органами чувств, видим этот мир таким, а ксенурсы и иже с ними видят его другим.
Кемпер вздохнул, помолчал немного, постучал по шлему.
– Звенит. Пустая голова - источник звона. И вообще я хочу есть, пить, спать и... домой.
– Я тоже - засмеялся палеонтолог - Неведомое и непонятное хорошо для организма в малых дозах, как яд. Подождем, он вернется. На, глотни виски.
Летчик отбросил маску и приставил ко рту флягу.
Неизвестно, почувствовал ли двутелый пришелец тревогу или просто был готов к коварству людей, дважды пытавшихся усыпить его, но на залп шести управляемых ракет "Мейверик" с трех самолетов F-16A "Файтинг фалькон" он отреагировал мгновенно, выпустив огромное черное облако. Впрочем, говорить "выпустил облако" было неправильно: просто воздух над районом в радиусе с километр, в центре которого находились биурс, жуткий кобро-богомол и суперзавр Индра, вдруг стал абсолютно непрозрачным, напоминая черную грозовую тучу! Ракеты вонзились в эту куполовидную тучу и... не взорвались! А затем в действие вступил Индра-Стрелок, для которого туча, наверное, была прозрачной. Две трассы гамма-луча поразили два самолета, а третья повредила вертолет "Хью кобра", неосторожно приблизившийся к зоне боевых действий.
Летчики сбитых истребителей катапультировались, а оставшиеся неповрежденными самолет и вертолеты быстренько ретировались на безопасное расстояние, не дожидаясь приказа растерявшегося командования.
Черная полусфера, накрывшая инопланентную компанию, исчезла без следа спустя минуту после бегства людей, и взорам наблюдателей предстала такая картина: двутелый динозавро-медведь подсаживает суперзавра Индру на кобро-богомола, который, опустившись на землю, стал плоским, похожим на земного ската. Уместившись на спине "кобро-ската", дракон вытянул морду и воткнул ее в углубление на шее "ската", а биурс влез на него, устраиваясь в седле, совершенно как человек-всадник. И это было противоестественно и страшно, потому что на человека этот сутулый монстр не походил никак!
Миг - и их не стало! Лишь зелено-серый "конь" биурса, на котором он прибыл на Землю, остался лежать на скалах, не заботясь о хозяине. И в этот момент шесть ракет, выпущенных с истребителей и воткнувшихся в песчаные барханы, взорвались, подняв новую тучу - рыже-багрово-черную. Когда пыль и песок осели, а обломки скал перестали падать, люди увидели шесть неглубоких воронок и невозмутимого суперзавра, для которого не страшны были и прямые попадания.
– Долф, ты скотина!
– сказал сенатор Джайлс Киллеру, но из-за шума в эфире и взрыва возбужденных голосов в кабине БТР адмирал не услышал этой фразы. Он уже вызвал своих главных экспертов и лихорадочно готовил план дальнейших действий. Биур должен был вернуться, один или в сопровождении своих страшилищ, и у армии оставался шанс захватить его в качестве похитителя двух представителей хомо сапиенс... на которых лично Киллеру было глубоко наплевать.