Всадники

Головачёв Василий Васильевич

– Ну и положение!
– присвистнул Кемпер, когда они наконец остались в боксе одни.

Алиссон, наслаждавшийся прохладой и чистотой постели, был поражен случившимся не меньше друга и в ответ лишь покачал головой. Тупость военных действовала на него угнетающе.

Через несколько минут в бокс заявились друзья и коллеги путешественников: Хойл, Тиммери, Кеннет, Романецкий, летчики и исследователи, всего душ пятнадцать. Протесты армейского врача и охранника они проигнорировали. Пришлось повторять историю путешествия и гостям, на что ушло

в два раза больше времени, чем на тот же рассказ компании Киллера: во-первых, рассказчики не чувствовали скованности, во-вторых, Кемпер начал вспоминать подробности и не без юмора комментировать рассказ Алиссона.

Гости слушали жадно, а когда рассказ закончился, сидели некоторое время молча, переваривая услышанное. Первым заговорил Хойл; глаза маленького физика горели:

– Доктор Алиссон...

– Можно просто Норман - великодушно разрешил палеонтолог.

– Э-э... Норман. Вы, по-моему, величайший из авантюристов, каких я только знаю! Не обижайтесь, это похвала. Лично я не решился бы на такое путешествие. Вы не смогли сориентироваться, куда вас заносило? Была ли это Солнечная система или вы побывали на планетах других звезд?

– Мне трудно говорить на эту тему, я не специалист - осторожно проговорил Алиссон - но мне кажется, ни один из миров, куда переносил нас панспермит, не является планетой Солнечной системы. В большой степени - из-за температуры воздуха, в меньшей - из-за несоответствия дневных светил Солнцу. Так, третий и четвертый переносы вообще были осуществлены явно в иные системы - небо там украшали близкое шаровое звездное скопление и кольцо плериона. У меня сложилось впечатление, что дракон шел привычным маршрутом по цепочке миров.

– Как трамвай, - серьезно вставил Кемпер.

– И каждый мир вполне мог быть его родиной. А может быть, все они представляют "технологическую" цепочку родного дома.

Тиммери неодобрительно покачал головой.

– И после всех этих передряг вы еще способны шутить? А если бы вы погибли или не вернулись, что, по сути, одно и то же?

– Ну не плакать же! Все закончилось нормально.

– Шаровые скопления - наиболее старые образования в галактике пробормотал Хойл - Я хочу сказать, что цивилизация этих биурсов - или всех трех симбионтов?
– возможно, старше нашей. Значит, биурс - наездник, панспермит - всадник, а кобробогомол - скакун? Три составляющих одной разумной личности?

– По-видимому, так - согласился Алиссон - Биурс может играть роль "головы", управляющего центра. Одно его тело управляет драконом, а второе кобро-богомолом.

– Браво! Мысль отменная! Жаль только, что недоказуемая.

– Почему? Косвенно это уже доказано.

Хойл вздернул брови.

– Чем же?

– Биурс не идет на контакт не потому, что не хочет, а потому, что не может, не являясь полноценным организмом без своих составляющих.

Физик задумался.

– Это спорно. Ведь понимал же вас панспермит, всадник, так сказать, не обладавший

высоким интеллектом.

– Знать бы точно, кто из них умнее - философски заметил Кеннет - А вообще, спор на эту тему бесполезен.

– А почему вы решили, что путешествие происходило по нашей галактике, Стив?
– осведомился Тиммери, такой же седогривый и длиннолицый, как адмирал Киллер, но не столько спесивый и надменный - Наши парни могли побывать и в других галактиках, и вообще в других вселенных. Во всяком случае, эти монстры настолько далеки по своим параметрам от нас...

– В данном случае это не столь важно, хотя, конечно, по внешнему виду действительно трудно поверить в наличие у драконов разума.

– Добавьте - подобного человеческому. Доктор Алиссон, ведь вы не заметили промышленной инфраструктуры ни на одной из планет?

– Кроме, пожалуй, мира двух плоскостей, - подумав, ответил Норман - Если только гигантские ячеи-"стойла" можно назвать "промышленной инфраструктурой".

– Едва ли. И тем не менее отсутствие технологического пейзажа не говорит об отсутствии у обитателей миров разума. У вас чисто антропоцентристский подход к проблеме.

Хойл хотел возразить, но его перебил Кеннет:

– Ах, господа, не затевайте схоластических споров, есть вопросы поважней и поинтересней.

Физик не обиделся, тут же переключив тему разговора.

– Меня интересуют ваши ощущения, док... э-э, Норман, во время "подпространственных" переходов. То обстоятельство, что драконы владеют секретом преобразования топологических свойств пространства, не нуждается в комментариях, наша физика уже подошла к теоретическим разработкам многосвязных пространств, "суперструнных" узлов и топологических дыр, но я не понимаю, почему вы уцелели!

– То есть?
– удивился Кемпер.

– Вы могли путешествовать по космосу со скоростью света только в виде волновых пакетов, а человеческое тело вряд ли способно вынести преобразования подобного типа.

– Факты - упрямая вещь, дружище - пророкотал Тимме

Квиетизм - пассивно-созерцательное отношение к добру и злу, как проявлениям воли Бога. ри.
– Я не понимаю, вы хотите простейших объяснений их полетам, но никто не в состоянии вам их дать. В том числе и доктор Алиссон. Например, я как биолог и криптозоолог всю жизнь ищу объяснения цепочки причинных связей, приведших к зарождению жизни на Земле, но так и не нашел.

– Господа, господа - запротестовал Кеннент - мы снова отклоняемся от темы. Норман, мы как-то с тобой говорили об эволюции драконов, помнишь? Поскольку цель эволюции - ослабление зависимости от среды...

Алиссон остановил его жестом.

– Я имел в виду программное обеспечение разума в приложении к панспермитам. Но это же..
– палеонтолог пошевелил пальцами - только мои фантазии.

– О чем речь?
– осведомился Тиммери.

Алиссон подал плечами, нерешительно глянув на поскучневшего Кемпера.