Врата «Грейвз»

Берджес Деннис

Он все сделал хорошо, поэтому я заставил его связать и инспектора. Потом я велел обоим поставить ноги на короткую решетку перед скамьей, велел несвязанному обхватить их ноги ремнем и привязать к решетке. Потом я сделал с ним то же, что и он с остальными.

– Это безумие, Бейкер! Мы пустимся в погоню через мгновение. Вы сами ухудшаете свое положение.

– Послушайте, главный инспектор, если бы я был таким негодяем, за которого вы меня принимаете, я бы пристрелил вас, а не привязывал бы таким малонадежным способом и не давал бы вам возможности преследовать меня.

Я не хочу никому причинять вреда. Я просто хочу выбраться и спастись из опасного положения которое не могу вам пока объяснить. Поверьте мне, я не имею никакого отношения к смерти Уоллеса.

– Тогда дело в деньгах, да? – спросил он. – Доддс сказал, вы спрашивали его о большой сумме денег, которая пропала много лет назад.

– Мне действительно пора, – ответил я, направляясь к двери.

Я выглянул: перед церковью никого, потому я быстро вышел. Я знал, что самодельные путы не задержат полицейских дольше чем на несколько минут. Поскольку с одной стороны с церковью граничило кладбище, к тому же вокруг располагалось обширное поле, ближайшим местом, где я мог скрыться, был торговый район, начинавшийся ярдах в двухстах от церкви. Оказавшись там, я продолжал идти по лабиринту улиц, пока не нашел подходящего места.

Там, где улица раздваивалась, на углу стояло здание, в котором находились табачная и книжная лавки. Это было довольно большое помещение с тремя дверьми: по одной выходило на каждую улицу, центральная располагалась на самом углу. Все было заставлено высокими шкафами и изобиловало темными уголками. Кроме того, я обнаружил лестницу, которая вела на второй этаж, к отделу редких книг. Из окна второго этажа я мог наблюдать за обеими улицами. Наконец я почувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы выждать и передохнуть.

Два часа спустя, во время которых я не привлек ничьего внимания, я спустился к прилавку на первом этаже с целью совершить скромную покупку и попросить телефон. После того как мне его предоставили, а продавец деликатно отступил на несколько футов, чтобы не мешать разговору, я вызвал такси. И еще через час я снова был в безопасности в своей комнате.

Глава 29

Всякая задача оказывается очень простой после того, как вам ее растолкуют.

Пляшущие человечки [29]

29

Пер. М. и Н. Чуковских.

Я встретился с Адрианой в среду днем. Предыдущие сутки я провел в своем номере, никто меня не беспокоил, за исключением сэра Артура, которого я побеспокоил сам и с которым мы имели продолжительную телефонную беседу. Адриана приняла все возможные меры предосторожности, чтобы никто не проследил за ней от ее гостиницы. Она забрала меня в назначенном месте у моей гостиницы. Стоило мне ее увидеть, как я заметил, что выглядит Адриана лет на десять старше, чем неделю назад. Неухоженные

волосы, измученное лицо… Однако для меня она все равно выглядела прекрасно.

Нам уже были известны имя священника и название прихода. В час дня мы с Адрианой ехали к отцу Келли, она рассказывала мне о своем разговоре с главным инспектором Уиллисом в понедельник утром.

– Инспектор был очень вежлив. Он не задавал вопросов, на которые я уже отвечала. Видимо, прочитал их донесения. Основной мишенью его вопросов были вы, – сказала она.

– То есть?

– Встречались ли мы с вами после вашего побега из больницы. Уиллис довольно долго объяснял – при этом постоянно извинялся, – как все это смотрится глазами стороннего наблюдателя. Например, то, что мы с вами были вместе, когда в вас стреляли, а вот Фредди никто не заметил. Боюсь, он думает, что вы… – Она замолчала и прижала руки к лицу.

– О боже! Как он может?!

– Если вы приходите к подобному заключению, – сказала она, – и другие могут.

– Что я застрелил Фредди и убил всю прислугу в доме?

– Так далеко он не зашел – просто спрашивал, где вы находитесь и известны ли мне причины, по которым вы сбежали из Королевской больницы в Челси и разорили могилу психиатра.

У сэра Артура он спрашивал примерно то же самое, – сказал я. – Однако газеты об этом помалкивают. Это значит, что Уиллис держит свои подозрения при себе. А что было вчера?

– Когда инспектор пришел ко мне в гостиницу, он был гораздо суровее. Разыскал меня, заставив родителей сообщить мое местонахождение. Сказал, что вы побывали на похоронах в обличье пожилого человека. Заявил, что вы напали с оружием на него и еще на двоих полицейских. Этого было достаточно, чтобы получить ордер на ваш арест, каковым он и размахивал передо мной.

– А он упоминал о своих подозрениях касательно моего предположительного сговора со Стэнтоном?

– Нет.

– Это плохо, – заметил я. – Значит, он думает, что вы тоже к этому причастны.

– Судя по всему. – Адриана поднесла к носу платок и отвернулась к окну.

Я секунду поколебался, потом заявил:

– Мы должны как-то изменить его мнение.

Она молчала всю оставшуюся дорогу до церкви, где нас ожидала беседа с отцом Келли.

В приходе мы представились мистером и миссис Бедекер, родителями заблудшей дочери, которой нужна помощь. Наша дочь, говорили мы, заключена в тюрьме Холлоуэй, и нам требуется помощь в возвращении ее на путь истинный. Мы попросили, чтобы отец Келли навестил ее, но в ответ услышали, что его нет в стране. Не устроит ли нас другой священник?

Мы продолжали настаивать, и нас провели в кабинет главы прихода. На вид ему было лет сорок, как и мне в гриме. Мы сказали, что очень хотим поговорить с отцом Келли, и священник погрустнел.

– Мне очень жаль, но это невозможно. Отец Келли уехал из Англии. Он вернулся в Ирландию, – сказал глава прихода.

– Но мы разговаривали с ним всего недели две назад, – сказала Адриана, – и он выразил такое желание помочь, такое понимание молодых женщин, особенно в нервном состоянии.