Враг моего врага
Шрифт:
— Граф, — говорит он негромко. — Я понимаю ваше положение. Но в следующий раз вам так может и не повести.
— Это не было везением, господин представитель императора. Моя команда точно знает, как действовать в любой непонятной ситуации. Моя порталистка, — киваю в сторону Ирины, — весьма одарёная девушка. Думаю, вы в курсе, что ей удалось дважды запечатать Прорву и вытащить нас оттуда.
— Да, я наслышан, но, признаться, верится с трудом, — Завьялов окидывает взглядом Иришку, которая запихивает
— А вы поверьте. Ну или проверьте.
— Поздравляю, граф, — он кивает и уходит.
Кабанский подходит, наклоняется ко мне.
— Шампанское-то остыло. Будем?
— Будем. Заслужили.
Беру со стола бокал и просто приподнимаю его. Никакого звона хрусталя или тостов — все и так всё понимают.
Мы заслужили это.
В поместье возвращаюсь к вечеру. Двор пустой, только Евграфыч встречает у крыльца с полотенцем и кувшином тёплой воды.
— Ваше сиятельство, ванна готова. Лекарь просил передать, чтобы вы зашли к нему после.
— Зайду, но сначала помыться.
Горячая вода смывает корку грязи и крови, мышцы наконец-то отпускает. Сижу минут двадцать, ни о чём не думая.
Лекарь меня осматривает быстро. Пара ссадин, один серьёзный ушиб на боку, всё остальное — мелочи. Мазь, повязка, рекомендация не геройствовать пару дней.
Иду в кабинет. На столе — записка от Олега: «Ваше сиятельство, Ольга Дмитриевна звонила, обещала заехать около девяти вечера».
Едва успеваю переодеться, как слышу, что её машина останавливается у крыльца, а потом тонкие каблучки стучат по крыльцу.
— Оленька, солнце моё, — иду к ней, любуясь розовыми щёчками после морозного воздуха. — Я уж думал, не дождусь.
— На дорогах наледь, — отвечает она, подставляя губки для поцелуя. — Еле проползли.
Веду её в малую гостиную. Камин уже растоплен — Евграфыч позаботился. Усаживаю в кресло, сам сажусь напротив.
— Слышала про канцелярию. По городу уже разнеслось.
— Быстро.
— Воронцов в бешенстве. Его дядя со стороны матери — граф Кутепов, уже подал прошение о пересмотре.
— Пусть подаёт. Мы выиграли честно.
— Я и не сомневалась, — улыбается она.
Смотрю на неё и думаю, а чего мы тянем?
— Слушай, — говорю. — Я тут подумал. До весны ещё долго. Нас будут трепать со всех сторон, начнутся суды, в том числе над Щегловым…
— Что ты хочешь сказать? При чём здесь губернатор?
— Свадьба весной — это значит ещё вагон разговоров, сплетен и уверен, адвокаты Щеглова будут давить на твоё положение в обществе.
Оленька опускает глаза, уверен, она считает так же.
— Давай распишемся на Новый год.
— Через неделю? — её бровки взлетают до волос.
— Через девять дней. Сделаем свадьбу для своих, а большой
Откидываюсь в кресле и наблюдаю на Ольгой.
— Я… ну… а мы не слишком торопимся?
— Думаешь, я пожалею? Глупышка, — беру её за руку и притягиваю к себе, — я бы с радостью оформил всё ещё вчера.
Мои аргументы вполне убедительны. Подхватываю Оленьку на руки и тащу в спальню. Я дико соскучился. За всеми этими делами и её учёбой у нас почти нет времени просто поваляться в постели — надо исправлять!
Утром просыпаюсь от стука в дверь. Евграфыч — с папкой бумаг и кислым выражением лица.
— Ваше сиятельство, к вам Спинорогова.
— Чего хочет? — накидываю халат и выхожу в коридор, чтобы не разбудить Ольгу.
— Не говорит. Просит лично.
— Зови в малую гостиную. И принеси туда кофе. Да побольше.
— Плохо спали? — вежливо любопытствует дворецкий.
Вот старый прохвост, знает же, что всё с точностью до наоборот.
Через десять минут спускаюсь. Александра сидит на краешке дивана, прямая как палка. Что это с ней?
— Баронесса, — киваю, садясь напротив. — Чем обязан?
— Граф, я перейду сразу к делу. Ночью на мои восточные угодья снова напали. Сожгли амбар, угнали скот, ранили двоих работников. Это третий случай за месяц.
— Почему мои бойцы не доложили?
— Это моя вина, — она опускает глаза.
— Не понял? — отпиваю кофе.
— После последнего нападения, я не могла спать и попросила ваших людей присматривать за домом, а не скотом…
— Вот как, их там просто не было. Так, а почему не сказали? Я бы прислал ещё пару человек.
Спинорогова поджимает губы и смотрит на меня исподлобья:
— Всеволод Алексеевич, я прекрасно понимаю как это выглядит, особенно накануне вашей свадьбы. Не пристало вам столько сил тратить на вдову по соседству. Уже и так слухи ползают.
Чуть не давлюсь напитком.
— Какие ещё слухи?
— У вас есть куда более важные дела, чем сплетни служанок. Но я так больше не могу, граф. Я хочу уехать.
— Вот так сразу? Вы же понимаете, что стервятники налетят и разорвут остатки ваших земель.
— Вот поэтому я хочу продать все мои земли вам. Целиком. Поместье, угодья, виноградники, каменоломню на южном склоне. Всё.
Вот такого, признаться, я не ожидал. Заманчивое предложение, надо сказать…
Вопрос: стоит ли шкурка выделки?
Глава 28
— Цена вопроса? — перехожу сразу к делу.
— Восемьсот тысяч. Это в полтора раза ниже рыночной — я знаю. Но я хочу быстро и без торга. Деньги мне нужны, чтобы уехать в Петербург.